Ворота открылись и белый представительский Мерседес въехал на небольшую очень ухоженную территорию. Машина остановилась у большого дома начала двадцатого века. Водитель быстро вышел, подошёл к задней пассажирской двери и открыл ее. Из машины оперившись на руку водителя вышла старая женщина. Она была очень элегантно и дорого одета. Ее лицо выглядело усталым. Седые волосы были зачесаны назад и полностью открывали уши с старинными сережками, на которых сверкали бриллианты.
Из дома быстро вышел молодой человек в строгом деловом костюме. Он быстрым шагом спустился со ступенек и поклонился женщине.
- Здравствуйте, мадам! - учтиво сказал он, - доктор ждет Вас.
Она не ответила на приветствие, а отпустив водителя оперлась на руку молодого человека и стала подниматься по лестнице. Они зашли в просторную гостиную и проследовали через неё в кабинет доктора. Видно было что каждый шаг женщине давался не просто. Она была очень стара.
Наконец они подошли к массивной дубовой двери кабинета. Молодой человек постучал и не дожидаясь ответы повёл женщину в кабинет. Доктор, высокий худой брюнет в золотых очках на большом носе с горбинкой, сразу поднялся со стула и поприветствовал гостью. Она села на небольшой кожаный диванчик, а доктор присел в кресло рядом. Молодой человек удалился.
- Как Вы себя чувствуете, мадам Дюпре? - спросил доктор.
- Ужасно доктор, - вздохнув ответила она, - уже хочется быстрее.
- Мадам, - сказал доктор, - хотя мы подписали все бумаги и аванс оплачен, я хотел бы ещё раз спросить, хорошо ли Вы подумали? Если Вы сомневаетесь, я готов сейчас же вернуть аванс, за исключением незначительных организационных расходов. Хочу Вам напомнить, что если Вы решитесь, то мы уже не сможем остановить процесс, Вы должны будете пройти все три этапа…
- Доктор, - она уверенно прервала его, - я буду это делать. Мне восемьдесят четыре года, мне уже все равно. Если даже я не выдержу Ваших процедур, лучше умереть, чем каждый шаг и каждое движение совершать как подвиг. Лучше чем смотреть в зеркало и понимать что это я!
- Как пожелаете, мадам! - не спорил больше доктор. - Ещё один вопрос, мадам! Вы предупредили свою прислугу, своих доверенных лиц…
- Доктор, - снова прервала она, - пожалуйста делайте своё дело, а мои дела предоставьте мне!
Доктор кивнул головой. Он нажал на звонок. Вошла молодая девушка в белом халате. В руках ее был поднос с большой фарфоровой чашкой. Сразу почувствовался слишком даже сильный и насыщенный запах трав.
- Выпейте это, мадам, - произнес доктор, - потом моя помощница отведет Вас в комнату где Вы сможете отдохнуть часа три, после этого мы начнем. Постарайтесь поспать.
- Доктор, - отвечала женщина, - в последнее время сон стал роскошью для меня, бессонница мучает меня постоянно.
- Думаю сейчас выпитый Вами настой поможет уснуть!
Молодая девушка проводила ее в небольшую комнату на втором этаже, где тут же уснула на кровати мадам Дюпре - вдова Филиппа Дюпре, обладательница огромного состояния. Она родилась в богатой семье парижского банкира, была его единственной дочерью. Ее муж, с которым прожила она более полувека был тоже единственный наследником владельца нефтяной компании. Они объединили активы, но также и свои сердца - они истинно любили друг друга. Но она была бесплодна. Теперь мадам Дюпре осталась одна и без наследников, она доживала свою жизнь.
Через три часа молодая девушка разбудила ее. Мадам одела белоснежный халат и девушка проводила ее в соседнюю комнату. Там посредине стоял операционный стол, рядом несколько медицинских приборов. На небольшой столе было много емкостей с разными жидкостями зеленого, синего, фиолетового цветов. Пахло снова травами, чем-то сладким.
Ее подвели к столу и доктор попросил раздеться. Ни думая не секунды она без стеснения скинула халат и обнажило своё старушечье дряблое тело. Ей помогли лечь на операционный стол. Доктор едел ей маску, но вместо обычного запаха лекарств, она почувствовала снова сильный запах трав и тут же все поплыло вокруг и она провалилась в бессознательное.
Хотя ей показалось что прошел лишь миг, мадам открыла глаза только утром следующего дня. В окно светило солнце. Рядом с кроватью стояла молодая девушка и смотрела на нее.
- Доброе утро, мадам, - сказала она, - пожалуйста не шевелитесь - я позову доктора!
Доктор был около нее через минуты. У мадам Дюпре еще немного плыло в глазах, она чувствовала как доктор взял ее руку, видимо нащупал пульс, потом наклонился близко и осмотрел глаза.
- Как Вы себя чувствуете, мадам? - спросил он.
- Как обычно утром, - ответила она, - с трудом могу пошевелить руками и печень ноет.
- Мы сейчас поможем Вам встать, - сказал доктор.
Они помогли ей сесть и она вдруг бросила взгляд на свою руку и вскрикнула. Это была ее рука, но никакой дряблой морщинистой кожи - лишь гладкая упругая кожа молодой женщины. И тут она увидела свои ноги - красивые стройные ноги. Мадам изумленно повернула голову на улыбающегося доктора и потеряла сознание.
Очнулась она в маленьком комнате на кровати. Доктор держал ее за руку. На ней был одет белый халат. Доктор улыбался ей и жестом показал на зеркало, что поставили посреди комнаты. Мадам Дюпре не верила глазам своим - это была она. Такой была она в шестидесятых годах прошлого века, когда они с мужем окончательно перебрались из Парижа в Нью Йорк. Да, Нью Йорк! Там они прожили больше тридцати лет пока Филипп не отошел от управления своими компаниями. Тогда они уехали в Калифорнию, проводить там остаток жизни.
Красивая молодая женщина смотрела на мадам из зеркала. Единственное что бросалось в глаза - это седые старческие волосы, которые спадали на молодые красивые плечи.
- Я хотел бы напомнить Вам, мадам, - уловив ее взгляд промолвил доктор, что Вы станете обладательницей роскошных волос только после третьего этапа.
- Я помню, - ответила она и вдруг испугалась своего старческого голоса.
- И голос тоже, - предупредил вопрос доктор. - Мадам, Ваша кожа восстановилась и регенерировалась, но помните Ваши болезни и слабость осталась. Этим мы займемся на втором этапе. Сейчас Вы поедите домой, мы прощаемся с Вами на неделю. Пожалуйста больше отдыхайте, никуда не ездите. А вот гостей можете принимать, больше общайтесь, разговаривайте - пусть Ваши друзья привыкают к Вашей вернувшейся красоте.
Водитель встретил мадам у машины с обычным каменным лицом без эмоций, каким он всегда был. Хотя он если сдерживался. Такого он не ожидал. Даже возникла мысль уж не подменили ли мадам? Но когда она села в машину, он услышал знакомый голос, который приказал ехать домой. Не задавая вопросов, водитель поехал в Лос Анджелес.
В ее огромном доме на берегу океана прислуга не смогла скрыть изумление как это получилось у водителя. Но ледяной взгляд мадам сразу вернул всех в реальность. Ее проводили в спальню. Она была очень слаба и очень устала. Перед тем как уснуть мадам сделала несколько распоряжений горничной, в том числе приказала купить краску для волос.
Она крепко проспала до следующего утра. И утро принесло небольшую головную боль и лом с ногах. Позавтракав она приказала горничной покрасить ей волосы. Через полтора часа она сидела у зеркала и рассматривала себя. Молодая красивая женщина с чёрными волосами. Да волосы бесили ее. Жидкие старческие, они не соответствуют ее роскошному телу. Ну ничего - это временно!
Вечером явились две ее подруги. Долго сидели они раскрыв рты от удивления, долго не верили - думали что их разыгрывают и Франсуаза подослала к ним молодую женщину, а сама сидит в другой комнате. Но ее голос! Мадам Дюпре приказала принести старые фотографии. Вот же она, смотрите! Это шестьдесят пятый год!
Ее подруги миссис Джексон - вдова генерала Джексона и ровесница мадам Дюпре и совсем еще молодая по сравнению с ней жена сенатора Маккартни не могли оторвать глаз от Франсуазы. Они даже чуть не довели ее до истерики все время пытаясь потрогать ее гладкую прекрасную кожу.
Потом стали расспрашивать о лечении, о докторе.
- И всего десять миллионов! - твердила вдова генерала, - да я бы все состояние отдала! Франсуаза, милая! Когда твой доктор сможет принять меня?
Но мадам Дюпре отвечала отказом. Доктор просил не давать его номера никому, пока мадам не пройдёт все этапы лечения. Но она все настаивала, пока мадам Дюпре наконец не выпроводила подруг за дверь.
Так прошла неделя. Ещё приезжали подруги. Долго не мог поверить, что перед ним мадам Дюпре ее адвокат. Приезжал мистер Ричардсон - управляющий активами семьи Дюпре. Потом были опять подруги, другие подруги. Молва стала тихо расползаться по городу, чему конечно способствовала прислуга мадам Дюпре и прислуга ее подруг.
Ровно через неделю в то же время ее машина подъехала к дому доктора. Молодой человек в строгом костюме провёл мадам в кабинет.
- Как Вы чувствуете себя, мадам? - спросил доктор приветствуя ее.
- Прекрасно и ужасно доктор! - ответила она. - Не могу оторваться от зеркала и в то же время не могу нормально пройтись по комнате или принять сама ванну!
- Сегодня все исправим, мадам! - сказал он. - Сегодня займёмся Вашими внутренними органами, сегодня Ваши мышечные ткани снова станут такими как были в Вашей молодости, сегодня Ваши кости снова станут крепкими. Сегодня мы завершим второй этап.
Ей снова принесли напиток на травах и проводили в комнату, где она уснула. Вечером мадам Дюпре вошла в операционную. Доктор ждал ее. Она также без стеснения скинула халат и легла на операционный стол обнаженная, но теперь прекрасная. Наркоз из душистых трав сделал своё дело. Однако она отключилась чуть позже чем в первый раз. Ей показалось, что в комнате погасили свет и тут же зажгли несколько свечей. А доктор снял белый халат и начал одевать причудливую одежду темного бордового цвета. Но может ей показалось.
Солнечные лучи разбудили ее. Она лежала одна, не в операционной, а в маленькой комнате на кровати. Не было привычной головной боли, не было ломящей и ноящей боли в ногах. Мадам попробовала встать и вдруг вскочила.
Она прыгала на кровати, радуясь как ребёнок. Соскочила на пол и начала с криком бегать по комнате. Она смеялась, потом плакала, опять смеялась. В комнату вбежала помощница доктора, но сразу все поняла и вышла. Доктор пришел через пару минут. Мадам подбежала к нему и бросилась на шею.
- Милый милый доктор! - закричала она и вдруг старческий голос ее остудил ее пыл.
- Вы прекрасны! - сказал доктор. - Насчёт голоса не волнуйтесь, это третий этап! Теперь можете ехать домой, снова расстаемся на неделю. Да, теперь можно не сидеть дома - ездите в гости, можете заняться спортом, дайте Вашему телу движение - она давно ждало его.
Даже водитель не смог скрыть удивления когда мадам выбежала из дома доктора и села в машину. Ее глаза горели от счастья, она вся ликовала, она вся сияла счастьем.
- Прикажите домой, мадам? - спросил водитель.
- Нет, - уверенно сказала она, - на Родео Драйв! Мы едем по магазинам. Мы будем покупать одежду.
Казалось она скупит все. Француза ходила из бутика в бутик, а водитель наполнял багажник машины платьями, юбками, джинсами, топами, бикини, нижним бельём. Она не смотрела на цены. Зачем? Она была безумно молода. Безумно красива. Безумно богата.
Приехав домой Франсуаза не могла усидеть на месте. Она плавала в бассейне, пошла в тренажёрный зал про существование которого давно забыла. Потом приказала открыть люк на крышу своего дома, чтобы посмотреть какой вид открывается на море. Потом поехала к своей подруге вдове-генерала. Последняя была просто шокирована ее энергией льющейся через край.
Затем Франсуаза поехала в ресторан, потом решила сходить в кино. Она сидела с ведром попкорна и весело смеялась над новой комедией. Измученный водитель привез ее домой около полуночи.
Рано утром приехала доставка - привезли велосипед. Пол дня каталась она вдоль побережья. После обеда решила поиграть в теннис. Вечером поехала кататься на лошадях.
Никогда не была она так счастлива. Франсуаза могла делать все что ей заблагорассудится. На следующий день она наняла вертолёт и летала над морем. Потом ей захотелось поплавать с аквалангом. В магазинах одежды каждый день ждали ее возвращения. И она возвращалась.
В один из вечером Франсуаза снова закупалась в Gucci и ехала домой. У нового клуба стояла очередь желающий попасть внутрь. На входе стояли два огромных охранника, закрытая вход. Она приказала остановить машину и пошла ко входу минуя очередь.
Но ее не пустили. Несмотря на просьбы которые переросли в угрозы. Охранники не реагировали.
Только по приглашениям сегодня, мисс. - бурчал темнокожий охранник.
- Чей это клуб? - закричала она в бешенстве.
- Не знаю кто владелец, - засмеялся охранник. - В Даймонд групп входит. Будете туда звонить?
Конечно будет! Основным акционером этой империи развлечений был старый знакомый мужа итальянец Джованни Кваттроки. Француаза нашла его номер в своём телефоне.
- Привет, Франcуаза! - раздался веселый голос из трубки, - ты прямо у всех с уст не сходишь. Говорят помолодела?
Слухи дошли уже и до Невады, Джованни большую часть времени проводил в Лас Вегасе. Про ее чудесное омоложение говорили уже все богатые люди не только на Западном побережье.
- Джованни, милый - сказала она, - это же твой клуб Мемфис в Лос Анджелесе?
- Да, - изумленно ответил он, - ты покупкой интересуешься?
- Да нет, попасть туда хочу!
Ей пришлось ещё минут пять слушать его смех и самой смеяться над его насовсем приличными шутками. Потом он отключился. Прошло еще пять минут, дверь клуба открылась и из нее расталкивая охранников вылетел толстый человек в белой рубашке. Он что-то спросил у охраны и стал рыскать глазами по сторонам. Француаза подошла к нему сама.
- Мадам Дюпре? - спросил он изумленно оглядывая ее.
- Да, - ответила она.
- Прошу извинить, нас не предупредили, я управляющий…
- Так я могу зайти? - строго спросила Франсуаза.
Охрана расступилась и она вошла. Сколько не была она в подобных заведениях. Музыка оглушала, свет переливался, крутился и разными цветами разукрашивал танцпол. А там была энергия, сумасшедшая энергия клуба.
И Франсуаза танцевала. Она кружилась, она зажигалась и гасла в сумасшедшем ритме, а потом снова возрождалась из пепла зажигая собою других. Иногда она уходила к барной стойке. К ней подсаживались мужчины, пытались угостить. Она была королевой этого клуба. И королева пьянела и снова шла танцевать.
Голова слегка кружилась. Красивый высокий брюнет не отставал от нее. Они прижимались телами, становились одним единым в такт музыки, потом расходились и снова сливались в танце. В ее глазах плыло. Вот они уже вышли на свежий ночной воздух, такси несёт их по тёмным улицам. Он целует ее шею, она улыбается, но не смеется - ей приходится хранить молчание . Он гладит ее волосы, она обнимает его.
Франсуаза проснулась рано утром. Он еще спал, положив на нее свою сильную руку. Она тихо встала, оделась и выпорхнула из его квартиры. У подъезда стоял белый Мерседес. Ночью прошёл нечастый тут дождь. Она ехала домой и вспоминала Париж. То прекрасное лето, когда она - студентка Сорбонны приехала к родителям. Она говорила, что переночует у подружки Жули, а сама бежала к Жаку. Она любила его, любила все лето. А на следующее забыла его. Но она помнила как он утром уходил на работу, а она шла по мокрым улочкам Парижа.
Нужно было ехать в Париж. Ее тянуло туда. Но нужно было закончить с доктором, к ней должен вернуться голос. Тогда она уедет во Францию.
Так прошла неделя. Она снова приехала к доктору. Она была радостна, она была счастлива. Доктор увидел это.
- Как Вы себя чувствуете, мадам - спросил доктор.
- Прекрасно, доктор! - ответила она, - только молю быстрее уберите этот голос и дайте мне мои волосы!
- Не беспокойтесь, сегодня Вы все получите, - ответил он. - По поводу волос. Я ведь не волшебник и не могу вмиг превратить Ваши седые волосы в длинные чёрные и шелковистые. Но у Вас вырастут новые волосы. За неделю. Это я гарантирую. А эти надо подстричь. Наголо!
- Как наголо? - вырвалось у Франсуазы.
- Это всего на неделю, мадам.
В маленькой комнате помощница доктора побрила ей голову. Принесли очередной отвар и Франсуаза уснула. Ее разбудили только около полуночи. Доктор был в операционной. Он необычно улыбнулся ей немного зловещей улыбкой. Но Франсуаза не обратила внимания и легла на операционный стол.
Наркоз подействовал. Но теперь ночь не пролетела как один миг, когда она была тут в первый и второй раз. Теперь они видела сон. Франсуаза шла босая в странном платье с корзиной в руке. Она шла по грунтовой дороге вдоль высокой каменной стены. Двое молодых людей в кожаных жилетах и металлических шлемах с арбалетами в руках стояли чуть в стороне и улыбались ей. Один крикнул ей что-то и помахал рукой, она обернулась.
Вдруг она услышала ржание лошади. На нее неслась карета запружённая шестёркой лошадей, а Франсуаза стояла посреди дороги. Кучер потянул за поводья, но карета слетела двумя колесами в кювет. Молодые люди быстро исчезли.
К ней подбежал человек в блестящих латах, больно сжал руку и потащил к карете. Занавеска на окне кареты отодвинулась и она увидела лысого человека в сутане. Небольшая бородка очень портила лицо его. Он сказал что-то на непонятном ей языке и Франсуазу поволокли по земле.
Потом было подземелье. Она через сон чувствовала сырости его. Она чувствовала кровь на губах своих. Чувствовала боль сломанных пальцев. Вошёл человек в кожаных штанах и светлой рубахе измазанной кровью. За ним человек в рясе. Последний кричал на неё, тряс руками. Она ничего не поняла. А потом другой раскалил кусок железа и… Безумная боль.
Ночью ее отвезли на телеге в поле и бросили у дороги. Они думали, что она умерла, но она была жива! Она лежала на холодной земле. Потом стук копыт. Остановилась карета. Она ничего не различала в темноте. Высокие сапоги - единственно что видела она. Ее подняли и положили в карету.
Потом круглая комната с небольшим окном. Это башня. Она лежит на столе. Она видит себя со стороны. Рядом стеллаж с пузырьками, баночками, колбами. На столе разогревается, бурлит жидкость. Человек в темно-бордовой одежде с большим капюшоном. Входят еще люди, ее заворачивают в простыню и выносят. Но она же тут, она смотрит из окна высокой башни замка, что стоит на горе.
Франсуаза пришла в себя. Было утро. Она потрогала голову. Очень короткие волосы почувствовала она ладонью своей. В небольшой комнате куда ее перенесли стояло все также зеркало. Франсуаза встала и подошла к нему. Она погладила голову, короткие и чёрные как смоль волосы - такие были у нее полвека назад.
- Как Вы себя чувствуете, мадам - спросил вошедший доктор.
- Прекрасно, - ответила Француаза и услышала свой молодой голос.
- Ну вот и прекрасно, - засмеялся доктор, - Ваш голос вернулся.
Она ликовала! Она говорила без конца, говорила чтобы говорить, чтобы слышать свой голос. Она благодарила доктора, обнимала его. Строила планы, рассказывала ему чем займётся в жизни своей. Новой жизни.
Доктор осмотрел ее. Все прошло идеально. Перед ним была молодая красивая женщина. Ни намека на старую мадам не было в этом молодой Франсуазе! Доктор отпустил ее, попросив теперь не ограничиваться ни поездками, ни развлечениями. Наоборот больше ездить, гулять, общаться, двигаться. А через неделю снова заглянуть к нему для последнего осмотра.
Водитель не мог сначала привыкнуть ни к молодому голосу мадам ни к тому что она всю дорогу болтала с ним. Она приехала домой, начала звонить подругам не узнавшим ее и тут же приехавшим, чтобы увидеть это чудо.
Жена сенатора и вдова генерала получили наконец телефон доктора, который Франсуаза дала им с его согласия. Доктор сказал ей, что готов начать лечение следующей пациентки, но только одной. Но пусть сами договариваются - это Франсуазу не интересовало.
Теперь летели дни - она каталась на яхте, которой последние лет пять не пользовалась. Это было дорогое сорокаметровое судно, которым управлял капитан и два матроса. Но она уже хотела управлять яхтой сама, но не этой. На следующей неделе она поедет в Париж, а потом она купит небольшую парусную яхту, она поедет в Ниццу и будет там учится управлять ей. Потом она выйдет в море сама.
Франсуаза объездила все рестораны, небольшие кофейни. Ее не мучили больше боли в печени, она могла есть любую пищу, пить вино. Она могла быть на ногах весь день, без устали до поздней ночи.
И только ночи были странными. В той старой жизни, когда она мучилась бессонницей, сны редко приходили к ней. Теперь она видела их каждую ночь - насыщенные, яркие. Но странные.
Франсуаза то видела себя в огромном зале, отделанном золотом. Вокруг были дамы в бальных платьях девятнадцатого века, мужчины в военных мундирах. Они говорили по немецки и она отвечала им, хотя никогда не знала она этого языка.
Потом вдруг она видела туманный Лондон. Но не такой каким она знала его. Франсуаза ехала в карете вдоль Темзы, а по реке бежали небольшие суденышки сильно дымя из труб черным дымом.
Потом ей снилось, что вдоль опушки леса она ехала на красивой белой лошади, ее сопровождал красивый мужчина с закрученными усами. На нем был белый мундир расшитый золотом. Все его движения, его речь и осанка были величественны и в тоже время очень учтивы с ней. Вдруг лошадь понесла, он пытался догнать ее, но вдруг она рухнула с обрыва вниз на голые скалы. В ужасе проснулась она.
Шли дни. Волосы ее росли. Но чем длиннее становились они, тем дольше она спала, тем больше снов она видела. Ей часто снился старый замок стоящий одиноко на горе, снилась комната в круглой башне, где в банках и склянках стояли жидкости, висели сушеные травы.
Но самые страшные сны напоминали о жутком подземелье. Ей надевали на ноги железный сапог, что сдавливал и ломал пальцы. На голову пускали обруч, внутри которого были шипы. Ее били плетью, топили в бочке с мерзкой вонючей водой. Она чувствовала боль во сне, чувствовала раскалённый металл, задыхалась без воздуха.
Она стала нервной, все начинало бесить ее. Франсуаза уволила садовника, за то что они неправильно постриг кусты, уволила горничную потому-что не того цвета были простыни. Приехавший к ней адвокат был тоже встречен ей с раздражением и в конце разговора она сообщила ему что в услугах его она не нуждается.
Вдову генерала обозвала она скверной старухой, хотя та была ее младше. В ресторане швырнула в официанта тарелкой с жульеном. В другом заведении вылила кофе в лицо пожилому господину, что неряшливо чмокал губами за соседним столиком.
Ее волосы уже закрыли плечи. Это было чудом - так выросли они всего за неделю. Она подолгу смотрела на себя в зеркало, любовалась собой, своей красотой когда-то потерянной и вновь обретенной.
В ночь перед посещением доктора ей снились особенно яркие сны, это был будто не сон, а реальность. Она снова стонала от боли в руках палача в темнице, потом была в объятиях высокого красавца в вышитом золотом мундире. Он поднял ее на руки и понес сквозь длинные коридоры, где лишь старые картины были им свидетелями прямо в большую спальню и бросил на мягкую кровать.
Вот ее снова несут по лестнице в круглую башню. Потом она на огромном корабле плывет по океану. А вокруг ходит богатая публика одетая по моде тридцатых годов двадцатого века. Она упала прямо в пучину океана. Люди закричали на палубе, но она не слышала этого и проснулась от ужаса. И вновь она уснула. Но больше никогда не видела снов.
Прислуга не решилась будить мадам. Она сама вышла из комнаты около часу дня и сразу направилась вниз. На ней было облегающее короткое чёрное платье и огненные красные туфли.
- Мадам будет завтракать? - спросила прибежавшая горничная.
- Нет, - я уезжаю, - ответила Франсуаза.
Водитель выбежал из комнаты прислуги на первом этаже застегивая пиджак.
- Я через минуту подам машину, мадам - выпалил он.
- Феррари! - отрезала она.
- Феррари? - выпучил он глаза от удивления, - но будет ли удобно мадам?
- Я еду сама на Феррари, без тебя, еще вопросы?
Никто из прислуги больше вопросов не задавал, хватило всем недавних увольнений. А красный спортивный автомобиль всеми сотнями лошадиных сил своих с ревом нес Франсуазу вдоль побережья. Она наслаждалась скоростью, наслаждалась риском, неслась не думая ни о чем. Она уподобилась ветру что летит вперёд все сметая перед собой и живя лишь по своим собственным законами.
Франсуаза носилась два часа то вдоль побережья, то возвращаясь в город и устраивая ралли на улицах. Наконец насытившись скоростью, она подъехала к дому доктора.
Молодой человек встретил ее и вежливо поклонился. Франсуаза не ответив на поклон быстро прошла в кабинет доктора. Он стоял у окна делая небольшие глотки из старого серебряного бокала украденного красными камнями.
- Как Вы себя чувствуете, милая? - спросил он.
- Великолепно, - ответила Франсуаза.
Ее глаза горели. Она не дожидаясь приглашения села на кожаный диван, где несколько недель назад доктор предлагал старой мадам Дюпре еще раз хорошо подумать о последствиях.
- С возвращениям, милая Гретхен! - сказал доктор.
- О сколько я ждала, - ответила она. - Это слишком затянулось в этот раз.
- Таковы обстоятельства милая, - ответил доктор. - Но зато теперь ты можешь жить на полную катушку! Завтра я пришлю к тебе Клауса, пусть просмотрит все бумаги. Ты вызовешь Ричардсона и уволишь его, надо будет дать ему прощальный бонус, не надо жадничать - пусть будет доволен, а то еще начнет копать. Клаус примет дела и займётся активами мадам Дюпре.
- И сколько продлится моя новая жизнь? - спросила она.
- Не думай об этом, - ответил он, - блистай, заставляй мужчин страдать и бросаться к ногам твоим, живи, гори. А потом, месяца через три…. Мадам Дюпре на этой прекрасной машине потеряет управление и на огромной скорости…
- Всего три месяца! - воскликнула она, - я думала Вы мне хотя бы год дадите! Она же в Париж хотела съездить, я тоже давно в Париже не была!
- Потом Париж, потом. - ответил доктор. - Тем более с завтрашнего дня моей пациенткой будет вдова генерала! Хочешь стать генеральшей?
- Ха, - вскрикнула она, - к моим ногам падали маршальские жезлы, что мне генерал!
Да, милая, - ответил он. - Но этот генерал в своё время помог произойти перевороту в одной африканской стране, за что получил большой пакет акций алмазодобывающий компании. Сейчас его вдова владеет громадным состоянием. После мадам Дюпре я месяца на три возвращу Вас в генеральше, она была красивой женщиной лет пятьдесят назад, поверьте! Вы также будете наслаждаться жизнью, а ее имуществом займётся Клаус.
- А что потом? - спросила она.
- Потом мы конечно вернёмся в Европу, - задумчиво ответил он. - Этих денег нам хватит на ближайшие лет сто. Я снова буду жить в своём замке. А ты..
- Вы опять обо мне забудете на шестьдесят лет, - вскрикнула она и гневно посмотрела на него.
- Гнев Вам очень к лицу, - засмеялся доктор перейдя вдруг на "Вы", - да Вы всегда были красивы в любом возвращении. Даже когда я нашел Вас выброшенной на дорогу. Вам очень повезло вырваться из лап Инквизиции, не подумай они что Вы умерли, гореть бы Вам на костре!
Она обиженно отвела взгляд. Но доктор пронизывал ее своими чёрными глазами, она чувствовала этот нечеловеческий взгляд, который всю видел ее насквозь и владел ею всецело.
- Ну хорошо, - сказал он, - когда мы вернёмся в Баварию - я возвращу Вас в молодой девушке, польке может быть, что приехала устраиваться горничной в Германию - такой чтобы никто не искал ее. Куплю Вам новый дом, возьмёте денег сколько захотите и будете жить как хотите. Но это все потом, сначала закончим здесь дела. Не смею больше Вас задерживать, идите - сияйте, сверкайте, затмевайте всех! Наслаждайтесь Вашей вечной молодостью!