Хочу сделать одно признание.
В эти дни всеобщего уединения и самоизоляции, я по-иному прочувствовал нашу усадьбу, ощутил её предназначение и смысл.
Более десяти лет назад, когда я взялся за ее восстановление, мне виделся этот дом, как большая дальняя дача, где можно будет поселиться на пенсии.
Читать чужие книги, писать свои. Эдакий мир обломовского созерцания и отдохновения от прежних трудов.
Но жизнь закрутилась по-иному, совсем не так, как я задумывал себе в начале.
Долгие годы восстановления и реставрации превратились в постоянный процесс стройки, чертежей, проектов и новых планов. Усадьба – большой мир. Там трудно остановиться, чтобы не взяться за что-то еще. Ты постоянно что-то строишь, осушаешь, планируешь и покупаешь.
А потом пришла история дома, без который любая усадьба не может жить, с ее князьями и императорами, Наполеонами и Александрами, с её войнами и революциями. А с этим в дом пришла кутерьма, с туристами и друзьями, экскурсионными группами и дружескими компаниями.
Люди, люди, люди…
Усадьба стала жить той жизнью, которой давно уже, наверное, живут все европейские замки, палацци и виллы: туристы, свадьбы, большие компании и бесконечный водоворот, каких-то новых мероприятий и запланированных групп.
Мы конечно выделили себе один из флигелей для частной жизни, где живем только мы, но все равно большой дом стал постепенно наполовину частный и наполовину общественный.
Я не скажу, что мне это не нравилось. Я сам так хотел. Так и должна жить старая княжеская усадьба, ведь ее невозможно спрятать и скрыть от людей. Наоборот, ты хочешь больше открыть и показать ее людям.
И вот неожиданно… все изменилось.
Именно в эти дни всеобщего самозаточения мы наконец-то живем в усадьбе одни. И чувствуем ее так, как, наверное когда-то, ее ощущал хозяин-дворянин.
Твоя усадьба – твой дом и крепость. Мир твоей изоляции и свободы, где ты хозяин всего вокруг. Пусть где-то рушится мир вовне, но тут – твое спокойствие и свобода.
В эти невероятные и трагические дни в усадьбе живем только мы. Дом стал нашей крепостью и защитой.
Где-то там, далеко останавливают фабрики и конторы, вводят карантины и патрули, а тут жизнь идет своим чередом, прежним и непрерывным. Мы нечего не останавливаем, но уже никуда не спешим.
Расчищаем березовую рощу за дальним полем, наконец-то дошли руки до извилистых берегов Люкши и Шоши, жжем старую лежалую траву, пашем поля, делаем новый загон для поросят, в планах овчарня и сыроварня.
Я получаю невероятное наслаждение от этих дней, когда можно упиваться неожиданным уединением и одновременно свободой. Ушло все ненужное, мелкое и пустое и хочется жить, думать, творить.
Здесь, среди портретов князей и императоров, с видом в окно на старые замшелые обелиски, с особой эпичностью воспринимаешь суть событий, творящихся сейчас в России и мире.
Эти дни точно войдут в историю, станут вехой и точкой отсчета. И каждый надолго запомнит, где мы были, и что делали в эти незабвенные дни.
Усадьба Степановское-Волосово, апрель 2020.