Китай официально объявил о победе над COVID-19 и начал закрывать свои временные больницы. В то же самое время испанские чиновники сделали запрос на использование ледового катка в качестве морга, а американские медсёстры испытывают дефицит даже hand-made защитных масок. Эти резкие контрасты поднимают острый вопрос о государственном управлении: эффективнее ли авторитарные страны в борьбе с коронавирусом, чем демократии.
Можно с уверенностью утверждать, что Китай замешан в англоязычной пропагандисткой кампании, чтобы изобразить свой ответ как эффективное применение высокотехнологичного авторитаризма, которое быстро остановило эпидемию и выиграло для мира ценное время. Это подкрепляется посылкой экспертов и оборудования в другие страны и распространением фейковых новостей об американском происхождении коронавируса. С другой стороны, Дональд Трамп награждает пандемию ярлыком «Made in China» и обвиняет китайскую цензуру в сокрытии информации на ранних этапах, что и привело ко всемирному заражению.
Несмотря на попытки политиков прорекламировать миру свою политическую модель, данные до сих пор не выявляют корреляцию между типом политического режима и эффективностью анти-эпидемиологических мер. Некоторые автократии действовали хорошо, как Сингапур, а некоторые, как Иран, – полностью провалились. С демократиями та же история: США и Италия не смогли сдержать распространение, но Южная Корея и Тайвань стали примерами для всего остального мира.
Что мы знаем?
Есть как минимум три фактора, лучше объясняющие успех в борьбе с пандемией, чем тип политического режима.
Уроки SARS
Тайвань, Южная Корея, Гонконг и Сингапур отличаются своими системами управления, однако все они смогли извлечь определённые уроки из эпидемии 2002-2004 годов: они разработали быстрые тесты вскоре после того, как коронавирус начал распространяться, и провели широкое тестирование, чтобы опередить вирус на несколько шагов. Все они имели действующие законы для чрезвычайных ситуаций, которые позволяли отслеживать, где находились люди, зараженные коронавирусом. Эти же законы ослабляли защиту частной жизни, чтобы широко распространять информацию о коронавирусе и предупреждать людей, подлежащих тестированию. Затем они полагались на усиленный карантин, чтобы избежать распространения вируса. Канада (единственная страна за пределами Азии, где произошла крупная вспышка SARS) также сумела быстро реализовать необходимые меры.
Доверие правительству
Когда Гонконг попытался применить ту же стратегию, что и некоторые его соседи, он столкнулся с бастующими медсестрами и яростным сопротивлением карантину. Что отличает Гонконг от других ветеранов атипичной пневмонии? Его правительству не доверяют почти 60 процентов населения.
Успех государственного контроля в большей степени зависит от добровольного подчинения, чем от государственного принуждения. В эпоху Холодной войны тоталитарные системы были известны ГУЛАГами, аппаратчиками-бюрократами и централизованными, высоко идеологизированными системами, в которых граждане не доверяли ни своему правительству, ни друг другу. Но сегодня доверие к государству определяется не только типом правительства.
Согласно опросам Эдельмана, Китайское правительство с отрывом опережает все остальные страны по уровню доверия граждан. В этом опросе Сингапур занимает шестое место, а Южная Корея – десятое. Такие правительства, пользуясь высоким уровнем доверия, могут эффективно поддерживать обременительный карантин. Не менее важно и то, что доверие позволило некоторым странам убедить своих граждан начать массовое тестирование и карантин даже до того, как последствия вируса станут ощутимы, что позволило им остановить распространение вируса на ранней стадии.
Обратная ситуация в Иране, где местное правительство очень озабочено недоверием населения. Именно это недоверие привело к продолжению паломничества в Куме и массовому игнорированию просьб властей оставаться дома.
Но многие демократии, преследуемые поляризацией, неравенством и чувством невыполненных обещаний, также сталкиваются с недоверием граждан. Доверие итальянцев к своему правительству не выше уровня доверия Гонконга. Таким образом, даже несмотря на то что полиция обвиняет десятки тысяч людей в нарушении режима изоляции, пешеходный трафик в Ломбардии составляет 40% от своего изначального уровня.
В Соединенных Штатах поляризация влияет на представления о легитимности. Соблюдение таких мер, как мытье рук, нарушалось по партийным соображениям, поскольку Трамп преуменьшал значение вируса и предлагал советы, противоречащие рекомендациям медицинских экспертов. По мере того как правительства штатов, которые пользуются бóльшим доверием, занимают образовавшийся вакуум политической воли, они внедряют широко отличающиеся друг от друга подходы к общественному здравоохранению, превращая Соединенные Штаты в пятьдесят естественных экспериментов в области эффективности различных мер борьбы.
Другой аспект легитимности – это степень, в которой правительства используют пандемию как политическое оружие. В типичной авторитарной манере Иран и Китай скрывали масштабы кризиса от мира и своей собственной общественности. Китай вынудил одного из первых врачей, заявивших о новом вирусе, отречься от своих слов и отказался от помощи Всемирной организации здравоохранения; Иран посылал маски на помощь Уханю, а всего через несколько недель начал строить тайные массовые захоронения. Тем не менее в авторитарном Сингапуре превосходная коммуникация премьер-министра с населением, прозрачность и информирование об угрозе позволили избежать массовой паники и быстро справиться с болезнью. Тем временем американское правительство политизировало кризис, минимизировав его серьезность, не проводя массовое тестирование, возможно, чтобы избежать цифр, которые могли бы нанести политический ущерб за несколько месяцев до выборов.
Компетентность правительства
Способность государства компетентно вмешиваться в различные сферы деятельности, начиная от обеспечения связи и здравоохранения и заканчивая карантинным обслуживанием и производством оборудования, — лишь слабо связано с его ВВП или общим типом политического режима. Некоторые бедные страны имеют высокообразованное население и более сильные, чем в среднем, системы здравоохранения. Авторитарный Вьетнам с доходами ниже среднего, например, смог осуществить аналогичную стратегию с тем же успехом, что и более богатая и демократичная Южная Корея.
Соединенные Штаты отстают в борьбе с пандемией, несмотря на очень высокий подушевой доход. Высокий процент политически мотивированных назначений на гражданские посты означает, что экстренные ответные меры сдерживаются политикой и идеологией, а также бюрократической волокитой и жесткостью. Одним из следствий этого является то, что получение результатов диагностических тестов на коронавирус в Соединенных Штатах может занять неделю, в то время как Япония разработала пятнадцатиминутный тест, а Сингапур может выдать результаты за три часа. Эффективность тестирования сильно зависит от того, кого предлагается тестировать, с какой скоростью и насколько быстро можно ограничить контакт инфицированного с другими людьми.
Наука требует действий, а не идеологии
Хотя относительно легко определить, какие характеристики обеспечивают эффективное реагирование на пандемию, трудно понять, является ли та или иная стратегия более авторитарной или демократической. Например, слабые правила конфиденциальности, которые позволяют Южной Корее объединять данные кредитной карты, видеонаблюдения и GPS-слежения за людьми, у которых есть вирус, а затем использовать результаты для отслеживания возможных контактов, чувствуются оруэлловскими для западного обывателя. Тем не менее массовое отслеживание, тестирование и карантин позволили некоторым странам избежать длительных принудительных блокировок и военных патрулей, которые заставляют демократические Италию, Испанию и Францию чувствовать себя так, будто они находятся на военном положении.
Наука сильнее идеологии. Жесткие меры Китая, вынуждающие закрывать предприятия и школы, блокирующие провинцию Хубэй и удерживающие ее 50 миллионов граждан в очаге заражения, были описаны в Washington Post под заголовком «Коронавирусная изоляция, принесённая авторитаризмом». Но затем и Италия ввела аналогичные правила в отношении 60 миллионов итальянцев, а теперь более 100 миллионов американцев были вынуждены укрыться дома, Индия же потребовала крупнейшего карантина в истории для своей 1,3-миллиардной нации. Сингапурские уголовные наказания за нарушение карантина, китайские приложения для проверки температуры и беспилотники для чтения телефонных разговоров, похоже, оказались эффективны. Но эти меры не отличаются от цифрового приложения слежения Южной Кореи, а уголовные наказания за нарушение карантина также применяются во множестве демократических стран, включая Италию и Соединенные Штаты.
Авторитарные и демократические правительства имеют похожие показатели, когда речь заходит о борьбе с пандемией. Но раннее начало борьбы Китая с этим бедствием, его экономические возможности и борьба с распространением за рубеж свидетельствуют о том, что тема пандемии будет использована в качестве политической пропаганды. Авторитаристы, безусловно, лидируют в использовании темы кризиса, чтобы усилить свою власть — это делается и российским президентом Владимиром Путиным для захвата большей власти, и Виктором Орбаном, и китайскими властями. Если развитые демократии не смогут объединиться, чтобы остановить распространение вируса, произвести оборудование, необходимое миру для борьбы с ним, и запустить вновь экономический рост, Китай сделает это. Тогда итогом кризиса может стать решительный глобальный сдвиг в сторону авторитарной модели.
Автор - Андрей Ворсин