Пашка со скрипом открыл дверь и вышел на улицу. Было раннее утро. Птицы уже вовсю пели.
"Жизнь" - подумал Пашка.
Он вспомнил, как не так давно он не хотел выходить в "люди". Потому что многие странно или удивлённо на него смотрели, а некоторые тыкали пальцами и говорили: "Ну надо же?" и даже смеялись. Пашка подходил к зеркалу, смотрел на себя и соглашался:
- Ну надо же?
Грустил, страдал и даже иногда плакал.
Такое внимание к своей персоне он не любил, поэтому и стал выходить только рано утром, чтобы послушать птиц, посмотреть на солнце, добраться до работы, чтобы добыть пропитание. Ежам тоже нужно есть и пить, а Пашка был самым настоящим ежом.
Он с детства помнил, как мама вздыхала, гладила его по голове и прижимала к себе: "Ничего, зато ты добрый, смелый и талантливый." Он не понимал, что значит её "ничего", но какая-то тревога возникала... Значит что-то не так? Чего-то нужно опасаться или ждать?
Пока Пашка не знал чего и жил свою обычную детскую ежовью жизнь и радовался каждому дню.Братьям, сёстрам и друзьям, видимо, не было видно того, что видела мама, да Пашка и не думал об этом. Столько дел у маленького ежа в лесу. Радоваться, солнцу, ветру, прятаться от дождя под листом, дразнить птиц, убегать от птиц, смеяться, бегать по лужам, собирать ягоды и грибы. И приходить домой грязным, счастливым и уставшим.
А дома мама, перецеловав всех, подходила с грустными глазами к Пашке, улыбалась и говорила: "Ну, ничего, и такие тоже живут, разные живут..."
Пашка опять не понимал, какие такие, но не спрашивал у мамы, потому что был уставший и очень счастливый.
Пашка был любимцем в своём окружении. Он много говорил, рассказывал разные истории, шутил и вокруг все смеялись. И ему это очень нравилось. Очень! В такие моменты мама тоже была счастлива, глаза её сверкали лучиками и она громко смеялась вместе со всеми. Пашка всегда это замечал и старался смешить окружающих почаще, чтобы видеть счастливую смеющуюся маму. Но потом в её глазах снова появлялись грусть и тревога, и Пашка тоже начинал печалиться.
Шло время. Пашка подрастал, становился взрослей. Ему всё было интересно. На мир он смотрел восхищёнными глазами и почти на всё реагировал: "Ух, ты! Как интересно! Как здорово!"
Он перестал замечать мамину грусть и тревогу, потому что привык к этому. Значит мамы должны быть такими. Так решил Пашка.
Жизнь его кипела. Теперь он развлекал всех тем, что читал стихи и пел песни, взобравшись на пень. Ему это достовляло невообразимое удовольствие. Всё ему аплодировали, а старые ежи, если стихотворения были сентиментальными, украдкой утирали слёзы.
- Вот это жизнь - думал Пашка. - Я всегда буду приносить людям радость, дарить улыбки, дарить разные эмоции. Я очень люблю, когда все смеются и радуются! Но иногда, конечно, можно погрустить и всплакнуть - это тоже хорошо!
А потом, после насыщенного дня засыпал и мирно посапывал. И снились ему счастливые смеющиеся лица и он сам был очень счастлив.
Но вот однажды случилось странное... Очень странное для Пашки. Один знакомый ёж из параллельного класса смеялся над ним и обзывал его молью. И другие ежата тоже смеялись. Пашка не понимал, почему моль?! Хотя нет, он понимал...
Бледный как моль, белый как моль...
Белый!
Пашка был белым, абсолютно белым ежом. Совсем не таким, как другие! Может быть поэтому вздыхала мама?!
Её сынок отличается от других, а надо быть как все...
Пашка не знал, что другой цвет - это плохо. Он совсем не чувствовал себя другим. Он был обыкновенный.
Он медленно поплёлся домой. Друзья ежи подбадривали его, говорили, что не надо обращать внимания.
-Я и не обращаю, - сказал Пашка, и, помохав лапкой, скрылся за дверью.
- Белый- смотрел на себя в зеркало Пашка. - Таких белых ежей я и не встречал никогда в нашем лесу... Но ведь я такой же, как и другие! Только белый! Разве цвет - это так важно?!
Пашка не понимал. Его ежовье подростковое сознание не хотело это воспринимать.
А потом пришла бабушка и сказала, что не надо тебе, Пашка, лезть на пень, петь да стихи свои читать, стыдно, что ты не такой. Ты прячься за других, да меньше на "людях" показывайся, чтобы не смеялись, да не дразнили. А потом и вовсе предложила Пашку покрасить в тёмный цвет.
Ёж не должен быть белым!!!
Грустно стало маленькому ежу, но он верил бабушке. Она же его любила и добра желала. Она уж не обманет.
И он перестал петь и декламировать стихи. Стал незаметнее, всё больше за спинами друзей прятался, да подпевал другим тихонько или слова стихотворений подсказывал. Тоже тихонько, чтобы внимание не привлекать.
Так и стал жить. Незаметным и грустным.
А потом вырос и решил, что покрасится в тёмный цвет. И покрасился, только краска под дождём всё время смывалась и снова были видны его белые колючки. И работу себе выбрал такую, чтобы молчать и внимание к себе не привлекать. А сам всё чаще вспоминал своё детство, пень, зрителей и абсолютное счастье.
Со стороны казалось, что Пашка ведёт обычную жизнь, ничем не отличающуюся от других. И только он сам знал сколько страданий и сомнений в этой его "обычной" жизни. Имеет ли он право, вот такой другой, совершенно не похожий на других ежей, жить? Он не такой, как все. Следовательно - урод. А могут ли уроды позволять себе мечтать, а главное - следовать своим мечтам?!
- Нет, - сам себе отвечал Пашка, - Не имеют. И снова шёл в свою безрадостную однообразную жизнь.
Шли годы, ёж привык к своему безысходному существованию и не верил, что что-то может измениться в его жизни. Но однажды он узнал о том, что в мире есть белые ежи. Да, да! Такие же как он. Белые. И им их белый цвет не мешал быть успешными, идти к мечте, добиваться целей.
- Ничего, - сказал Пашка любимое мамино слово, - ничего. Я всё ещё успею. В мире много белых ежей! Таких как я!
Пашка со скрипом открыл дверь и вышел на улицу. Было раннее утро.
"Жизнь." - подумал Пашка, - моя жизнь. Настроение его было прекрасным. Он, как когда-то в детстве, шёл к своему "пню", чтобы дарить эмоции окружающим и получать их самому. Ведь совершенно не важно похож или не похож ты на других. Гораздо важнее - кто ты есть.
