Как известно, единороги не могут жить спокойно, ибо в спокойствии нет ни восторга, ни воодушевления, ни сияния звезд. Посему они всегда страстно жаждут – во-первых, лицезреть лик Президента – хотя бы по фотографии, во-вторых, быть с ним в абсолютном ментальном слиянии, в-третьих, воплощать в жизнь его священную волю. Ну и вот – пришло благодатное время, дабы жаждать изменения самой Конституции. И желание это овладело единорогами безраздельно и стремительно, поразило их, будто молния, закружило в стремительном танце, увлекло и потащило куда-то… И Народу стоило бы радостно следовать тем же путем, но Народ, как обычно, сам не догадался и вообще, как на грех, впал в очередную прострацию. Ходит Народ весь из себя дерганный, раздражительный, вечно недовольный и местами нетрезвый. Что ему ни скажи – в ответ лишь хамит да огрызается. Даже не слушает толком. А главное – ни во что не верует.
- Оне теперьча на этот коронавирус все спишут, - говорят одни. – Им лишь бы побольше статистики накрутить, чтоб руки себе развязать полностью – дескать, у нас тут все чрезвычайно – без дубинок, шокеров, газовых баллончиков и тюрьмы никак не получится. Ситуация настолько серьезная, что по нужде сходить – и то изволь с разрешения и в перчатках!
- Вся статистика заниженная, - убеждены другие. – Все реальные цифры скрываются и занижаются. Скоро мы тут все передохнем по их идиотской прихоти!
- Дело ясно, что дело темно, и что правду, какова бы она ни была, по традиции от Народа скрывают, - уверенно резюмируют третьи.
Единороги в ответ недовольно морщат носы. Вот всегда геморрой один с Народом этим.
- Как мировую войну – так «можем повторить», а как пару месяцев без работы и денег посидеть в самоизоляции – так сразу топиться и вешаться, - с отвращением констатируют солидные.
- Изменения Конституции всегда актуальны и своевременны! Все для вашего же блага! Дурни, счастья своего не ведаете! – популярно разъясняют восторженные.
- Это Народ специально кончает с собой, чтоб не платить налоги! Надо запретить суициды до достижения пенсионного возраста! – настаивают подозрительные.
Ну, и есть еще исполнительные – они молча недоумевают, зачем у Народа вообще о чем-то спрашивать, и довольно предвкушают будущую Конституцию.
Нестор Толкин