Совсем недавно мне до глубины души было страшно обнаружить, что моим близким может не нравиться то, что нравится мне. И когда так происходило, это влияло на мое отношение к ним. А если быть точнее, это означало, что мы не дрим-тима, не одинаково клево подходим друг другу. Вот так и сходило на нет мое очарование нашим супер-комьюнити.
Тогда сложно было допустить мысль о том, что по-настоящему подходящий мне друг/партнер/брат/сват может быть отличным от меня, иметь свои взгляды, интересы и мнения. Ведь сама я этого всего не имела. В моем арсенале была только лишь богатая коллекция масок, которые я сменяла от человека к человеку, стараясь идеально сонастроиться. Грубо говоря, я была мягкой подушкой под жопой собеседника, чтобы ему было комфортно сидеть на жестком стуле реальности. Деперсонализованной, несчастной подушкой.
Я не давала себе даже шанса быть собой, потому что никогда в моей жизни не встречалось условий для того, чтобы этому научиться. Зато я хорошо научилась тому, что отличие от окружающих ставит твою безопасность под угрозу. Потому что то, с какой жестокостью я сталкивалась со стороны взрослых и детей (причем вообще абсолютно повсеместно), убедило в том, что непохожий — плох и не заслуживает принятия. Или хотя бы равнодушия.
Так и сложилось мое мышление. Я отказывалась принимать несовершенство совместимости с человеком. Оно портило мне всю картину. То есть, как это: я тут стараюсь, изменяю своей самости, чтоб тебе соответствовать, а ты типа нет что ли? Нет уж, ты тоже давай, друг мой, будь так добр!
Это потом-то я узнала, что каждый персонаж в моей жизни безумно многообразен и ни разу не обязан отвечать всем моим эмоциональным потребностям, вкусам и настроениям. Человек — это не комплекс услуг на выбор. И, раз уж на то пошло, совместимость — не предварительное условие, как многие привыкли думать, а продукт коммуникации. И даже при самых благоприятных условиях добиться этой совместимости в абсолюте почти невозможно, потому что сам по себе абсолют — это розовая фантазия.
Только после открытия сего таинства у меня пропала потребность подстраиваться и нетерпимость к различиям. А еще я осознала, что не терпят их те, кто сам страшится быть отличным. Ведь за это могут отвергнуть. Правда, только если ты находишься в обществе каких-то пуритан, поэтому задумайся, стоят ли того страха люди, чьего непринятия ты боишься? Много ли от тебя убудет на самом деле, если ты останешься отвергнутым ими?
Короче, итог: мысль о том, что кто-то тебе должен абсолютно подходить — признак незрелости. Зрелый человек должен уметь осознавать разность и неповторимость своих уникальных нужд и находить способы их удовлетворить. И скорее всего для этого нужны будут разные люди. Такие дела.