Я стою на крыльце онкодиспансера и наблюдаю как крупные снежинки кружат в медленном танце и переливаются в лучах багрового заката. Завораживающее зрелище ! Походы по кабинетам, анализы, непонятные термины - все на какой то миг ушло из сознания и я замер, наблюдая красоту этого зрелища. Господи, почему я не видел этого больше 30 лет, то есть конечно видел, но по другому: на бегу, разговаривая по телефону, решая бесконечные проблемы. А теперь, я отчетливо вспомнил как мне 6 лет, мама забрала меня из садика и мы идем по хрустящему свежему снегу сквозь темные улицы домой, где тепло и хорошо. Мама держит меня за руку, на душе благодать. А вокруг те же искрящиеся снежинки.
Говорят неверующих нет на войне и в онкодиспансерах. Святая правда. Мы начинаем по настоящему ценить нашу жизнь, только когда у нее появляется срок, выраженный в месяцах или если повезет в годах. И вот тогда начинается настоящее веселье. Мы наконец то видим нашу жизнь в истинном свете: как мало мы любили, как мало говорили близким добрые слова, как часто были эгоистичны, как много вещей, которые мы хотели сделать,но так и не сделали. Быстро пролетают все стадии принятия приговора и дальше лишь часы неумолимо отщелкивают уходящую жизнь.
Паралельно идет торговля с болезнью за каждый день, вырванный из лап смерти, за каждую ночь, после которой ты мог не проснуться. Ты изучаешь километры медицинских статей в профильных журналах, статистику выживаемости и прогнозы в рамках своего диагноза. Начинаешь обращаться к Богу, Аллаху, к кому угодно лишь бы тебе вернули твою сытую, уютную жизнь.
В тот день я ехал, чтобы услышать свой приговор. Позади два месяца ада, несколько биопсий, узи, рентгенографическое исследование. Я несу пухлую папку со всем этим добром к седому доктору, который вынесет заключение. Сижу как на иголках, как в школе, когда учительница долго водила пальцем по журналу, бормоча под нос: к доске пойдет, пойдет к доске ... Тянутся долгие секунды. Доктор медленно листает страницы моего дела и нехотя говорит: молодой человек, пока что мы вас отпускаем, первичный диагноз не подтвердился, очень странно, но вы все равно раз в полгода приходите к нам наблюдаться. Последние слова я слышал уже в коридоре как эхо, так как уже летел обратно, навстречу своей новой жизни, бежал едва касаясь земли.
А дальше были снежинки, я вдохнул полную грудь свежего морозного воздуха и поехал домой - делать обширную работу над ошибками. Я получил такой пендаль, который полностью изменил мою жизнь и продолжает ее менять.