Я открываю глаза, Брэндон смотрит на меня. Как давно он проснулся? Как долго его голубые глаза сосредоточены на моей бледной физиономии? Мы снова на одной подушке, в считанных сантиметрах, нос к носу. Улыбаемся.
- Привет, - тихое, сонное.
- Привет. Как ты себя чувствуешь? - на протяжении последних дней я слышу этот вопрос чаще своего имени. Нет, я не злюсь, я знаю, что ему пришлось пережить.
Я неуклюже провожу рукой по кудряшкам, силы еще не прилили к затекшим мышцам. Брэндон перехватывает ее и прижимает к своей щеке. Так много в этом жесте — теплого, доброго, жизнеутверждающего.
- Все хорошо… только очень жарко.
Отопление еще не отключили, за окном полдень и апрельское солнышко работает на пределе своих возможностей. Воздух, должно быть, прогрелся до двадцати градусов, как и обещали метеорологи. Весна, которой мы наслаждаемся через стеклопакеты. Не хочу запомнить ее такой.
Брэндон спускает простыню к ягодицам, открывая своему взору мое полуобнаженное тело. Как обычно, ничего кроме трусиков и обручального кольца — лучшая из возможных комбинаций в такую жару. Коротко подстриженные ноготки сменяются мягкими подушечками; он гладит по спине, словно скользит по облакам. Вчера были ласки, медовые слова в уши, трение тел, влага на щеках и между ног, но границы не нарушены. Разве не сексуально, не переступать черту и быть при этом полностью сексуально удовлетворенными?
Я больше не чувствую его руки, но чувствую губы. Поцелуи между лопаток, вдоль позвоночника, к пояснице — горячие, ниже-то нельзя; между ног снова все нестабильно.
- Хочешь что-нибудь?
- Воды со льдом.
Чмокает в нос и спрыгивает с кровати, я переворачиваюсь на бок. Идеальное мужское тело закрывает собой солнце, лучики играют с его кожей «кто на свете всех красивее?» Вода, огонь — все фигня, любимый человек — вот зрелище, достойное режима нон-стоп.
- Оставь, не закрывай, - прошу Брэндона, когда он берется за край занавески. Да, я не люблю, когда солнце бьет по глазам. Но сегодня особенный случай.
Брэндон выходит из комнаты, я резко поднимаюсь с постели. Кухня совмещена с гостиной, а значит через пару секунд на всю квартиру зазвучит мое имя. Я успеваю надеть белую рубашку, в которой он провел весь вчерашний день. Романтизированное клише, ну и что?
- Ана!!
Вот оно.
Воздушные шары, бумажные гирлянды, живые цветы, внушительная стопка подарков от друзей и родных, успевших добраться до назначенного времени. Картина, нарисованная мной в потемках, изумительна при дневном свете, ей не хватало всего лишь именинника. Сегодня Брэндону исполняется тридцать лет!
- Что это все значит? - голос идет вразрез с блеском в его глазах. Я обнимаю виновника торжества, он помогает стать нам ближе.
- Нравится?
- Очень! Когда успела?
- Пока ты спал.
- Ана, но зачем, ты ведь еще так слаба, ты…
- Я не могла оставить тебя без праздника! Никогда бы себе не простила. Да и самым трудным оказалось не дать животным полопать шары, - Брэндон приподнимает мой подбородок, заставляя посмотреть в глаза.
- Я сейчас очень сердит на тебя.
- Я знаю.
- Но и очень счастлив!
- Подожди, ты ещё не пробовал торт!
- Торт сама готовила?
- Нееет!
- Значит вкусный! - сажает меня на стол.
- Брэндон! - притворное возмущение, еще более притворный удар в грудь. Мы оба знаем, что кулинария это не мое. - Еще и подарки! Все, что успели прийти к этому дню! И мой!
- Ты, ты, ты мой главный подарок! - расстегивает пуговицы на рубашке, целует в губы. Каких-то невероятных усилий мне стоит остановить и себя, и его.
- Подожди, минуту… - шесть дней без секса вернули мои дыхательные настройки к заводским. Задыхаюсь от малейшего проникновения языка в рот.
- Ты в порядке?!
- Да. Дело не в этом. Я должна тебе кое-что сказать. Кое-что важное, - насторожившись, Брэндон делает шаг назад.
Я набираю в легкие побольше воздуха и принимаюсь исполнять Happy Birthday To You. Именинник смущен, растроган, голубые глаза краснеют. Ох, милый, и это ты еще мой подарок не развернул!
- С днём рождения, ковбой! - торжественную часть можно считать оконченной. Брэндон снова рядом, обнимает своими прохладными ладошками мое лицо. Я закрываю глаза, до чего ж приятно!
- Спасибо, - шепчет он.
- Спасибо…