История из жизни. На волне обсуждений медицинских работников и их героического героизма я вспомнила реальную историю. До сих пор не знаю, как нужно было поступить и кто был прав, поэтому хочу поделиться с вами.
Прошлым летом я была сильно беременна, а старшему и единственному на тот момент сыну было около 2,6 лет. Мы возвращались из зоопарка чужими дворами, и сын попросился скатиться с горки. По моему недосмотру и неосторожности (ну и вообще по какой-то кретинской конструкции на горке!) он шагнул не влево, на горку, а вправо, где была горизонтальная решетка, которую было не видно с моего ракурса, и провалился сквозь нее, застряв между железными прутьями лбом. Я его быстро вытащила, но на лбу мгновенно выросла нереальных размеров кроваво-синяя шишка. Добравшись до дома, я понаблюдала его, никаких симптомов сотрясения не было, но упал он так эпично и был ещё так мал, чтобы уметь объяснить, как он себя чувствует, что я решила позвонить в скорую и узнать, что дальше делать. Скорая приехала, сказала, что ничего не может сделать, и предложила поехать в травмпункт.
Обратите внимание: я уточнила у скорой, есть ли смысл ехать, поскольку я в положении и не смогу сопровождать его на рентгене, муж в командировке, а больше в городе знакомых у меня нет. Скорая уверила меня, что с этим проблем не будет.
Но проблемы были. Врач в травмпункте детской областной больницы пощупал лоб ребенку и выписал направление на рентген. Вспомнив слова фельдшера со скорой, я попросила кого-то из медперсонала сопроводить ребенка. Ну вдруг они не заметили мой полутораметровый живот. И получила отказ.
Отказался травматолог, его медсестры, медсестра в рентген кабинете и фельдшер другой скорой, сидевший в коридоре. "Что мы, ради вашего ребенка будем под облучение лезть?!" - вот что я слышала в ответ.
Если честно, я была одновременно в шоке и в ярости. Не уходя из больницы, я позвонила на горячую линию Минздрава, где мне подтвердили: действительно, если для медицинских манипуляций ребенка требуется помощь родителя, то в оказании помощи может быть отказано, если родитель не может эту помощь оказать. Как именно я должна была выбрать между потенциальной угрозой сотрясение мозга у одного ребенка и риском от рентген излучения для второго, ещё не родившегося ребенка, мне Минздрав подсказать не смог.
При мне тот же травматолог отказался принять по скорой мальчика лет 8, которому в нос попали камнем на площадке, потому что он был без родителей, а скорую вызвали другие взрослые с площадки. Парнишка сидел зарезанный, с синяками под глазами и кровавой ватой в носу в коридоре травмпункта, а фельдшер скорой пытался допытаться от него, как дозвониться или где найти маму. Чем их история закончилась, я не знаю.
В итоге, уехали мы домой не солоно хлебавши, наблюдать и надеяться на лучшее. Слава Богу, в нашем случае все обошлось. Но я часто вспоминаю эту ситуацию и у меня возникает то чувство бессильной ярости, и я не знаю, что я должна была сделать.
А вы как думаете?