Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

«Когда я родился, они решили, что жизнь моя будет более безоблачной, если я стану армянином…» Сергей Довлатов в «Огоньке"

Приветствую! В этом посте напечатаны выдержки из интервью в журнале «Огонек» с советским и американским писателем Сергеем Довлатовым. Беседа журналиста В. Ерофеева с выдающимся литератором состоялась в 1990 году. Расскажите немного о себе. Где вы жили до отъезда?
«Я родился в эвакуации, в Уфе. С 1945 года жил в Ленинграде, считаю себя ленинградцем. Три года жил в Таллинне, работал в эстонской партийной газете. Потом меня оттуда выдворили: не было эстонской прописки. Вообще-то мать у меня армянка, отец еврей. Когда я родился, они решили, что жизнь моя будет более безоблачной, если я стану армянином, и я был записан в метрике как армянин. А затем, когда пришло время уезжать, выяснилось, что для этого необходимо быть евреем. Став евреем в августе 1978 года, я получил формальную возможность уехать». В августе 1978 года Сергей Довлатов эмигрировал из СССР в США, в феврале 78-го в Америку уехала его жена Елена с дочерью. А вот сейчас, в связи с событиями в Армении, ваша армянская кр

Приветствую!

Сергей Донатович Довлатов  Яндекс. Картинки
Сергей Донатович Довлатов Яндекс. Картинки

В этом посте напечатаны выдержки из интервью в журнале «Огонек» с советским и американским писателем Сергеем Довлатовым.

Беседа журналиста В. Ерофеева с выдающимся литератором состоялась в 1990 году.

Вырезка из публикации
Вырезка из публикации
Расскажите немного о себе. Где вы жили до отъезда?
«Я родился в эвакуации, в Уфе. С 1945 года жил в Ленинграде, считаю себя ленинградцем. Три года жил в Таллинне, работал в эстонской партийной газете. Потом меня оттуда выдворили: не было эстонской прописки. Вообще-то мать у меня армянка, отец еврей. Когда я родился, они решили, что жизнь моя будет более безоблачной, если я стану армянином, и я был записан в метрике как армянин. А затем, когда пришло время уезжать, выяснилось, что для этого необходимо быть евреем. Став евреем в августе 1978 года, я получил формальную возможность уехать».

В августе 1978 года Сергей Довлатов эмигрировал из СССР в США, в феврале 78-го в Америку уехала его жена Елена с дочерью.

«Огонек» № 24, 1990, в котором опубликовано интервью с С. Довлатовым
«Огонек» № 24, 1990, в котором опубликовано интервью с С. Довлатовым
А вот сейчас, в связи с событиями в Армении, ваша армянская кровь как-то дает о себе знать?
«Я знаю, что это кому-то кажется страшным позором, но у меня никогда не было ощущения, что я принадлежу к какой-то национальности. Я не говорю по-армянски. С другой стороны, по-еврейски я тоже не говорю, в еврейской среде не чувствую себя своим…»

Речь идет о Карабахском конфликте 1987-1991 г. Этнополитический конфликт в Закавказье между азербайджанцами и армянами.

Яндекс. Картинки
Яндекс. Картинки
Значит, вы себя чувствуете как бы абстрактно-русским?
«Я долго думал, как можно сформулировать мою национальную принадлежность, и решил, что я русский по профессии».
А что это значит — русский по профессии?
«Ну, я пишу по-русски. Моя профессия — быть русским автором».
Когда вы жили в России, вам удавалось что-то писать, кроме чисто журналистских работ?
«Еще как! Журналистом я стал случайно. А потом, потеряв честь и совесть, написал две халтурные повести о рабочем классе. Одну сократили до рассказа и напечатали в журнале «Нева» то ли в 1967-м, то ли в 1969-м. Она называлась «Завтра будет обычный день» — ужасная пролетарская повесть... А вторую я сочинил по заказу журнала «Юность». Эта повесть — «Интервью» — безусловно, ничтожное произведение. Есть люди, у которых разница между халтурой и личным творчеством не так заметна. А у меня, видимо, какие-то другие разделы мозга этим заняты. Если я делаю что-то заказное, пишу не от души, то это очевидно плохо. В результате — неуклюжая, глупая публикация, которая ничего тебе не дает ни денег, ни славы».
В данном номере напечатан рассказ "Интервью"
В данном номере напечатан рассказ "Интервью"
Рассказ Довлатова «Интервью» в журнале «Юность»
Рассказ Довлатова «Интервью» в журнале «Юность»

Сергей Донатович о молодых писателях Ленинграда...

«Это было странное поколение. Я бы не сказал — незамеченное, а какое-то не очень яркое. После того как отшумело поколение — Битов, Марамзин, Сергей Вольф, и замкнул его Валерий Попов, который старше меня всего на год, появился я. И некоторое время в этой среде было принято говорить, хотя это и нескромно звучит: «После Сережи уже никто не появился». Это не так. Среди моих сверстников и знакомых были очень способные люди. Просто дальше шло поколение душевно нестойких, с какими-то ментальными проблемами... И наше поколение не произвело никакого эффекта в отличие от предыдущего».
И тогда возникло желание бежать?
«…Короче говоря, началась невозможная жизнь. Представьте себе — в Ленинграде ходит такой огромный толстый дядя, пьющий. Печатается в «Континенте», в журнале «Время и мы». Участвует в литературной жизни, знаком с Бродским. Шумно везде хохочет, говорит какие-то глупости, ведет вздорные антисоветские разговоры и настоятельно всем советует следовать его примеру. И если существовал какой-то отдел госбезопасности, который занимался такими людьми, то им стало очевидно; надо либо сажать, либо высылать. Они же не обязаны были знать, что я человек слабый, и стойкий диссидент из меня вряд ли получится...»

Далее писатель рассказывает о создании русскоязычной газеты «Новый американец» (США), основателем которой был Довлатов и его товарищи: спортивный журналист Евгений Рубин, журналисты и писатели Петр Вайль и Александр Генис. Издание было очень популярным среди русской публики, но по финансовым обстоятельствам просуществовало только два года (1980-1982).

И чем же вы начали заниматься?
«…Потом возникла идея создать газету. Вокруг ошивались бывшие журналисты, и мы решили это делать вместе. Тут же возник вопрос — а кто нам разрешит, и выяснилось, что разрешения не требуется, просто нужно купить помещение, бумагу, техническое оборудование. А потом стало ясно, что все это можно взять в аренду, взять деньги в долг... В результате мы раздобыли 16 тысяч долларов, смехотворную по сегодняшним временам сумму, и с этого началась еженедельная газета «Новый американец», форматом как «Неделя», но 48-страничная. Это была самая толстая русскоязычная газета на земле — по объему в каждый номер можно было вколотить «Капитанскую дочку» Пушкина. Она существовала два года. Я в этой газете был главным редактором. Но это была скорее протокольная должность, а на самом деле существовало коллегиальное руководство…»
Яндекс. Картинки
Яндекс. Картинки
«Новый американец» провалился потому, что русская эмиграция оказалось неспособной к плюрализму? Или по другим причинам?
««Новый американец» провалился, как все на свете проваливается, по разным причинам: косность читательской эмигрантской аудитории. Отсутствие делового опыта. Неумение строить личные отношения в редакции и т. д.».
Что вы сами скажете о себе как о писателе?
« Не думайте, что я кокетничаю, но я не уверен, что считаю себя писателем. Я хотел бы считать себя рассказчиком. Это не одно и то же, Писатель занят серьезными проблемами — он пишет о том, во имя чего живут люди, как должны жить люди. А рассказчик пишет о том, КАК живут люди. Мне кажется, у Чехова всю жизнь была проблема, кто он: рассказчик или писатель? Во времена Чехова еще существовала эта грань».
Яндекс. Картинки
Яндекс. Картинки
Получается, что ваша литературная деятельность не слишком серьезна?
«Раньше я к ней относился с чрезмерной серьезностью, считал, что это моя жизнь, Всем остальным можно было пренебречь, можно было разрушить семью, отношения с людьми, быть неверующим, допускать какие-то изъяны в репутации, но быть писателем. Это было все. Сейчас я стал уже немолодой, и выяснилось, что ни Льва Толстого, ни Фолкнера из меня не вышло, хотя все, что я пишу, публикуется. И на передний план выдвинулись какие-то странные вещи: выяснилось, что у меня семья, что брак — это не просто факт, это процесс. Выяснилось, что дети — это не капиталовложение, не объект для твоих сентенций и не приниженные существа, которых ты почему-то должен воспитывать, будучи сам черт знает кем, а что это какие-то божьи создания, от которых ты зависишь, которые тебя критикуют и с которыми ты любой ценой должен сохранить нормальные человеческие отношения. Это оказалось самым важным».
Яндекс. Картинки
Яндекс. Картинки

Сергей Довлатов оказался ненужным своей стране, большинство его произведений были под запретом во времена СССР.

Сейчас Довлатов- самый читаемый советский писатель второй половины XX века.

В «100 книг для школьников», которые Министерство образования и науки в России рекомендует к внеклассному чтению, входят четыре книги Сергея Довлатова. «Зона», «Чемодан», «Заповедник», «Рассказы».

Подборка фотографий из журнала "Советское фото" https://zen.yandex.ru/media/gazetnyjkiosk_izprowlogo/podborka-fotografii-iz-jurnala-sovetskoe-foto-5e6185e70da66b2a813861fa

Подписывайтесь на мой канал!

Спасибо за внимание! Всем мир!