Турцов Иван Иванович родился 24 января 1924 г. в многодетной семье в деревне Рыбушкино Звенигородского района Московской области.
С первых дней войны отец и трое старших братьев Ивана ушли на фронт. Чтобы помочь матери кормить малышей, Иван устроился в родной колхоз, но спокойно работать было невозможно: всё ближе подходила к родной деревне линия форта, всё чаще звучали слова «эвакуации».
«В начале зимы 1941 года фронт вплотную приблизился к нашей деревне, - вспоминает Иван Иванович. - Всё громче становилась стрельба и было ясно, что войска, скорее всего, будут отступать и дальше. Я был секретарём комсомольской организации колхоза, мои старшие сестры комсомолками - нам нельзя было оставаться под немцами. Хлеб зарыли в ямы, а то имущество, которое могли вывести, нагрузили в сани и поехали подальше от фронта. В километрах 50 от нас располагался дачный поселок. Там нам выделили дом и мы жили пока войска не пошли в наступление. Едва по радио объявили, что наши продвинулись дальше, мама заторопила нас в обратный путь. Она очень переживала за наш дом. Но нам повезло. Хотя линия фронта проходила по нашей деревне, снаряды в наш дом не попали.
Через полгода, в 1942 году, мне исполнилось 18 лет и меня призвали в армию в войска НКВД. Я попал в отдельный пулеметный батальон, который располагался в районе станции Новосокольники, на северо-западе от Великих Лук. Мы прикрывали дорогу, я был снайпером. Рано утром мы обычно выходили на операции. Подбираясь к вражеским позициям на двести-триста метров, маскировались и начинали охоту. На моём личном счету 27 гитлеровцев.
На той стороне тоже были снайпера, которые старались нанести урон. Помню, фашисты облюбовали место между высотками, откуда просматривалась наша кухня. Их снайпер умело замаскировался и несколько дней отстреливал наших сослуживцев. В скором времени мы сымитировали атаку на эту высотку и вычислили снайпера. После чего мы стали выставлять специальных наблюдателей на более открытые позиции. После одной из таких операций по уничтожению снайперов фашистов, меня представили к медали «За боевые заслуги», которую получил в Кремле.
Мой друг Калинин был тогда болен и его медаль вручили мне. Я ни когда не думал, что попаду в Кремль. Я был просто ошеломлён его красотой. И, когда потом сослуживцы расспрашивали меня, что и как, не мог найти слов, чтобы передать то впечатление, которое на меня произвел Кремль.
Потом нас, оставшихся в живых, 136 человек, отозвали с фронта и снова направили в школу. В 1944 году я поехал учиться в Саратовское военное училище, через 4 месяца вернулся в школу сержантов уже командиром взвода».
И хотя война закончилась, военная служба Ивана Турцова продолжалась. Отныне для него вопрос о выборе профессии не стоял: Иван Иванович решил стать профессиональным военным. Молодого перспективного офицера быстро перевили в подразделение занимающееся охраной особо важных государственных объектов. Он легко продвигался по карьерной лестнице, охотно учился. Сначала закончил курсы квалификации в Махачкале, затем поступил в военный институт КГБ. Это был последний выпуск института приравниваемого к военной академии. По его окончанию И. Турцов был направлен на должность начальника штаба в Сибирь. Страна восстанавливались после разрухи, на сибирских просторах вырастали города-спутники, закрытые и тщательно охраняемые центры производственных площадок, которые были строго засекречены. Их охрану несли части специального назначения. Именно в этих частях и служил Иван Турцов.
«В 1962 году меня назначили начальником штаба полка, - вспоминает Иван Иванович, - занимался организацией службы. Мы несли охрану на самом объекте и на периметре. Очень строгий был спрос с каждого.
Сегодня охрана и оборона особо важных государственных объектов вновь становится задачей первостепенной важности и, если наш опыт пригодится сегодня нашим солдатам и офицерам, мы очень будем рады».
Полковник Иван Турцов прослужил в армии около тридцати лет, пошёл в отставку с должности начальника штаба полка в 1969 году. Умер в январе 2008 года.