Марина Васильевна (ч. IV)

начало читать здесь

Марина вдруг явственно почувствовала, что Господь подаёт ей руку. Она перекрестилась, рывком обняла старушку, прижала её к себе и заплакала пуще прежнего.

Старик приласкал Марину и сказал ей, что его зовут Ираклис, а его супругу – Хариклия. Марина тоже представилась по имени. И они в троём пошли по неосвещённой тёмноё улице.

«»

Сергей не покинул Новороссийский порт после ухода «Трёх святителей». Он узнал у портовых служащих, что в порту дожидается отплытия турецкая шхуна «Алагёз». За определённую плату Сергей договорился с капитаном о плавании до Стамбула, где он рассчитывал попасть на скорый поезд «Восточный экспресс». В условиях гражданской войны и разгула преступности рассчитывать на благополучный исход использования транспорта для поездки в Западную Европу было нереально.

А Марина вскоре со стариками пришла к ним домой. Это был небольшой трёхкомнатный домик на окраине Салоник. Дед (по- гречески паппус) как мог объяснил Марине, что в молодости работал матросом на торговых судах и часто бывал в Одессе, даже пришлось прожить там три месяца из-за безработицы. В этом русском городе он и научился некоторым русским словам и выражениям. На заработанные деньги он построил этот домик, куда привел девушку Хариклию, с которой и живёт до сих пор.

В доме было так тепло, что Марину разморило и после скромного ужина она положила голову на стол и заснула мертвецким сном. Бабушка Хариклия подошла к Марине поцеловала её в головку и троекратно перекрестила. Затем она позвала Ираклия, и старики бережно уложили Марину в кровать. Девушка впервые за последние три дня заснула в тепле и уюте.

Бабушка Хариклия положила свои руки старику на грудь и глядя ему в глаза проникновенно прошептала: «Это господь послал нам страждущую девчонку, и мы должны сделать добро – помочь ей».

На следующее утро Марина открыла глаза и увидела перед собой склонившихся над ней бабушку и дедушку. Бабушка Хариклия мило улыбалась Марине. Та пылала в жару и не была в состоянии даже пошевелить рукой. Она только благодарно улыбнулась старикам. Бабушка Хариклия смочила холодной водой тряпочку и положила Марине на лоб.

- Ты деточка простудилась и должна лежать, - сказала она по-гречески назидательно. Марине.Дед Ираклис перевёл слова старушки на русский язык и сказал, показывая на супругу: «Она по-грецески Яя, а я, тыча себя в грудь, - паппус. Понятно?» - Марина в знак согласия прикрыла глаза.

Потом старушка спустилась в погреб и принесла плод граната, кисть винограда и яблоко. Она позвала старика к себе и велела сказать Марине, чтобы она после завтрака съела их. Ираклис показал Марине фрукты и объяснил ей: «Это, показывая на гранат, по-грецески роди, а это сказал он чему-то улыбаясь, взяв в руки яблоко – мило. Подняв в руках кисть винограда он сказал Марине: Это стафили. Понятно?» - Марина улыбнулась и ответила: «Очень понятно. Спасибо вам». Старик погладил её по щеке и указав пальцем куда-то в пространство, прошептал: «Я на работа».

Старики с такой искренней радостью ухаживали за Мариной, что она даже чувствовала себя неловко, хотя и испытывала к ним безграничную благодарность. Каждый раз, когда бабушка Хариклия кормила её или лечила, Марина брала её натруженную темную руку, нежно целовала и прижав к щеке, шептала: «Я тебя очень люблю, моя милая мама».

Старушка не понимала русских слов и вечером, когда дед Ираклий возвращался с работы, она спрашивала его, что такое «Я тебя очен лублу, моя милая мама». Старик, широко улыбаясь, с удовольствием демонстрировал свои познания в русском языке. «Это по-гречески значит: Сагапо пара поли и манула му харитомени».

. продолжение читайте здесь