В своих произведениях А.С. Пушкин часто затрагивал социальные проблемы, в том числе, – отношения общества и власти. Идеи для сюжетов он черпал как из реалий современного ему времени, так и из прошлого. Знаменитый поэт давал разные оценки народному поведению в переломные моменты русской истории. Известная драма «Борис Годунов» (написанная под влиянием трагедий У. Шекспира) заканчивается фразой, которая стала крылатой не только в литературе, но и общественной жизни – «Народ безмолвствует».
Именно так, в представлении Пушкина, отреагировали жители Москвы на известие о трагической гибели детей Годунова, которые могли быть наследниками царского престола. И хотя в пьесе представители народа постоянно оказываются в эпицентре событий, тем не менее, простые люди, по мнению Пушкина, никак не влияют на происходящее. Все интриги, закулисная борьба за власть, а также военная кампания против Лжедмитрия ведутся и направляются честолюбивыми боярами, каждый из которых, предвидя падение Годунова, метит в цари.
Совершенно иначе представлен народ в романе «Дубровский» и повести «Капитанская дочка». Сюжет первого произведения основан на реальном событии – бунте крестьян во главе с помещиком, в котором легко угадывается Дубровский. В этом романе крестьяне вместе со своим господином безжалостно грабят помещиков по всей губернии, наводя ужас по всей окрестности. Поразительна сцена поджога имения Дубровского: кузнец Архип, заперев приказчиков в горящем доме, с риском для жизни полез на крышу сарая спасать кошку. Этот эпизод ужасен и удивителен одновременно, так как современный читатель вряд ли поймет своеобразную «доброту» взбунтовавшегося русского мужика.
А в повести «Капитанская дочка» Пушкин устами рассказчика, главного героя Петра Гринева, дает такую оценку пугачевскому восстанию: «…русский бунт – бессмысленный и беспощадный». Автор на основе архивных документов в художественной форме воспроизвел ужасы разорения российских губерний в результате крестьянской войны: пожары, всеобщая нищета, голод, произвол как разбойников, так карательных отрядов, которые «самовластно наказывали виноватых и безвинных». Сам Пугачев ужасен и интересен одновременно, и это заставляет читателя задуматься о том, насколько неоднозначна и противоречива оценка Пушкина социальных потрясений и народных движений в России.