24 июня 1812 года армия французского императора Наполеона I без объявления войны вторглась на территорию России. Как же мы встретили и чем удивили непрошеных "гостей"?
Тактика русской армии
Тактикой русского войска Наполеон был сражен в прямом и переносном смысле. Русская армия под руководством генерала Барклая де Толли придерживалась тактики постоянного отступления. Войска уходили из Витебска, Смоленска, Москвы. До рокировки Толли и Кутузова французы удостоились только двух битв.
К отступлению русских войск Наполеон относился неоднозначно. В начале похода такое поведение противника было на руку французскому императору, он мечтал дойти до Смоленска с малыми потерями. Смоленск французы не захватили, а получили в совершенно непрезентабельном виде. Останавливаться в городе оказалось бессмысленным, идти дальше было страшно. Армия, надеющаяся на блицкриг, вынуждена была продвигаться вглубь огромной страны.
Солдаты входили в пустующие города, доедали последние запасы и паниковали. Бонапарт, сидя на острове Святой Елены, вспоминал: "Мои полки, изумленные тем, что после стольких трудных и убийственных переходов плоды их усилий от них постоянно удаляются, начинали с беспокойством взирать на расстояние, отделявшее их от Франции".
Толстые стены
Рассказ о непробиваемых стенах Смоленска занимает у Наполеона целую страницу. После восхищения красивым видом на город Наполеон переходит к описанию собственных бессмысленных попыток захватить его: "Я употребил весь артиллерийский резерв для пробития бреши в куртине, но тщетно – ядра наши застревали в неимоверно толстых стенах, не производя никакого действия. Только одним способом можно было сделать пролом: направить весь наш огонь против двух круглых башен, но разница в толщине стен была нам неизвестна".
Пожары
Движение войска Наполеона сопровождалось пожарами - горели города, дороги и посевы. Русские сжигали все - дома, магазины, улицы. В Смоленске, Гжатске, Малом Ярославце французы тушили пожары сами. В Москве Наполеон недоумевал - отчего же она горит? А потом грустно заметил: "Москва превратилась в огненное море.
Вид с кремлевского балкона был бы достоин Нерона, поджигающего Рим, что же касается меня, то я никогда не походил на это чудовище, и при взгляде на эту ужасную картину сердце моё обливалось кровью".
Москва
Искусство русских зодчих поражало Наполеона. В своих мемуарах он описывал башни Смоленска, отвлекаясь от военных неудач. Москва же и вовсе привела французского императора в восторг: "Построенная подобно Риму, на семи холмах, Москва представляет весьма живописный вид.
Надо видеть картину, которую представляет этот город, полуевропейский, полувосточный, с его двумястами церквей и тысячью разноцветных глав, возвышающихся над ними, чтобы понять чувство, которое мы испытали, когда с высоты Поклонной Горы увидели перед собой Москву".
Дороги
Наполеон прошел множество русских дорог, и ни одна его не удовлетворила. И дело тут не в погоде, о ней у императора сложилось отдельное мнение. В своих воспоминаниях Бонапарт называл русские дороги исключительно непроходимыми: "Недостаток сведений о состоянии дорог, неполные и недостоверные карты края, были причиной того, что я не отважился пустить корпуса по разным направлениям, так как ничто не доказывало существование удобопроходимых дорог".
Партизаны
Приятно осознавать, что больше всего Наполеона шокировало и вызвало у него уважение поведение русского народа. О народной войне Наполеон говорил: "Самая грозная армия не может успешно вести войну против целого народа, решившегося победить или умереть. Мы имели дело уже не с жителями Литвы, равнодушными зрителями великих событий, совершающихся вокруг них.
Всё население, составленное из природных русских, при нашем приближении оставляло свои жилища. На нашем пути мы встречали только покинутые или выжженные селения. Бежавшие жители образовывали шайки, которые действовали против наших фуражиров. Они нигде не беспокоили сами войска, но захватывали всех мародеров и отставших".