Я из тех психологов, которые в психологию пошли после собственной долгой терапии. И согласно популярному мему в Интернете всех своих тараканов по именам знаю и по скамеечкам рассаживаю.
Коллекционирую, ищу новых. Долгое время мучилась «Синдромом самозванца», разобралась с ним, а на днях наткнулась на «Эффект Матфея».
Божечки, это что-то новенькое! Ищем место для очередного тараканчика на самой красивой лавочке! Так я поняла свою любовь к персонажам второго плана! Тем самым, которые не герои сами по себе, но всегда рядом с главным путешественником - Сэм из «Властелина колец», рыжий Рон Уиззли и зануда Гермиона Грейнджер из «Гарри Поттера», доктор Ватсон, если хотите, из «Шерлока Холмса».
Свое название эффект получил благодаря библейской притче, в которой есть следующие слова: «Всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет».
Проще говоря, мы изначально находимся в разных стартовых условиях. Ещё проще принцип сформулировал капитан Врунгель – как вы яхту назовёте, так она и поплывёт.
Первым миру об «Эффекте Матфея» поведал в 1973 году американский социолог Роберт Мёртон. Дело касалось академического сообщества. Нобелевские лауреаты часто говорили, что учёным, ставшим знаменитыми, «воздаются несоразмерно большие почести за их вклад в науку, тогда как заслуги относительно мало известных учёных часто оцениваются несоразмерно низко, хотя вклад их нередко бывает сопоставимым».
Продолжим цитировать Мёртона:
«Эффект Матфея заключается в том, что учёные готовы преувеличивать достижения своих коллег, уже заслуживших себе репутацию, а достижения учёных, ещё не получивших известности, они, как правило, преуменьшают или вообще не признают».
Упрощаем – впахивали всё равноценно, но мир знает не обо всех.
Вы знаете, чем отличился Валерий Чкалов? Да, тот самый, лётчик. Он в 1937-м первым в мире совершил беспосадочный перелёт через Северный полюс из Москвы в Ванкувер. А знаете, что такого сделал Георгий Байдуков? Скорее, даже имени не знаете. Так вот Байдуков был в одном экипаже вместе с Чкаловым. Автопилотов тогда не было, а Байдуков обладал редким умение вести самолёт по приборам при нулевой видимости. После того легендарного полёта коллеги в шутку спрашивали (нынешним языком «троллили»), зачем он возил Чкалова в Америку. Вот они – издержки вторых ролей.
«Эффект Матфея», как и многие другие вещи, родом из нашего «страшного» детства. По себе я точно знаю, как он формировался у меня. В нашем рабоче-крестьянском классе были ещё дети технической интеллигенции. Так вот – внимания к ним и признания их заслуг было гораздо больше, чем ко всем остальным. И снова Мёртон:
«Если преподаватели, проверяя журналы посещаемости и успеваемости и сравнивая наши оценки с оценками наших одноклассников, приходят к выводу, что мы ни на что не годны, и обращаются с нами соответственно, то тем самым они подталкивают нас к тому, чтобы мы стали именно такими, какими они нас себе представляют».
Моей личной контролочкой в шестнадцать лет стала фраза преподавателя журналисткой студии: «Татьяна Павлова – не имя, а отблеск чужой славы!». Чужой, блин. Моей мне не видать. Так, неосознанно, я приняла, что быть мне только на подтанцовке. И так случилось. Недовольство меж тем копилось. А потом крышечку снесло. Когда решила уйти со вторых ролей в профессии. Отношения, конечно, были испорчены раз и навсегда. Причём, это произошло сразу в нескольких контекстах – и на официальной работе и неофициальной.
И вот я одна в большом и страшном мире. Что делать – непонятно. Вопрос внутрь себя: хочу ли вернуть все на круги своя? Резкая тошнота – только не обратно.
Это вообще очень забавный момент, когда главный герой вдруг обнаруживает, что рядом с ним находится не просто помощник и его вечная поддержка, а кто-то другой, по силе равный, а может, и превосходящий. Пофантазирую немного, вновь обращусь к хоббитам.
Тот самый эпизод, когда Фродо обнаруживает кольцо у Сэма. Помощник готов был выполнить миссию за того, кого уже посчитал погибшим. Момент напряжения – Фродо просит вернуть кольцо ему, Сэм колеблется, не желая расставаться с ним. Кто-то видит тлетворное влияние кольца, я – проявление истинной силы хоббита-садовника. Сэм смиряется со своим положением до конца и возвращает «прелесть». В – выбор. Решать только самому, как жить дальше.
Кстати, ни одному герою не нравится, когда поддержка начинает претендовать на первое место. Проверено на себе. И не только. Даже если людей связывают десятки лет дружбы. Начинаются конфликты, обозначение ролей, впихивание выросшего в старые рамки. Дальше – как повезёт. Или как договорятся. Может быть, новое начало или начало конца…
Ушедшая со вторых ролей на первые Татьяна Павлова, она же #ВашКоучПоЖизни