Любой парусный корабль начинается с модели, а ещё лучше с адмиралтейской модели – макета корабля сделанного в масштабе с частичным или полным отсутствием бортовой обшивки и палубного настила. В эпоху парусного флота, наряду с чертежами, это был единственный метод позволявший оценить инженерную мысль корабельного мастера и представить зрителю чарующую красоту обводов, парусов и художественного оформления судна, в качестве самостоятельной эстетической ценности. Мастера-корабелы того времени пристально изучали модели, добавляя изменения к уже показавшим себя в деле конструкциям.
На сегодняшний день Военно-Морской музей Мадрида является обладателем одной из крупнейших в мире коллекций адмиралтейских моделей периода XVII – XVIII веков. Одной из жемчужин собрания является превосходно исполненная модель корабля из красного дерева с резными элементами из самшита. Множество мелких деталей выполнено из слоновой кости. На носу можно любоваться национальным символом Испании – коронованным львом. Корма корабля украшена медальоном с изображением короля Карла III. В центре верхней балюстрады размещена табличка с двумя щитами и надписью: «El Real Carlos 1766» («Королевский Карлос 1766»). Долгое время модель считалась прототипом 112-пушечного линейного корабля «Real Carlos» спущенного на воду в 1787 году.
Однако, в ходе проведения обширных архивных работ, изучения конструкции модели, исследователи выяснили, что корабль не имеет ничего общего с линейным кораблём «Real Carlos». Последний был построен по французской системе. Здесь же, явно прослеживались английские мотивы. Попутно выяснилось, что упоминание испанского монарха является лишь посвящением благодарного корабельного мастера королю-реформатору. В ходе работы открылись ещё более занимательные детали. Оказалось, что корабль ни что иное, как модель знаменитого парусного линкора «Nuestra Señora de la Santísima Trinidad» («Святейшая Троица») изготовленная мастером в 1766-1767 г.г. Благодаря кропотливому труду энтузиастов теперь мы имеем чёткое представление о конструкции корабля и его расцветке в разные годы существования. Осталось вспомнить только боевой путь линкора и приключения, выпавшие на его долю.
Историю создания линейного корабля «Сантисима Тринидад» можно проследить от шпионской истории произошедшей в середине XVIII века. Испанцам, прямо под носом Королевской Секретной Службы, удалось развернуть на британских верфях обширную разведывательную сеть. В 1750 году испанские эмиссары завербовали и тайно переправили на новую родину пятьдесят четыре корабельных мастера. Среди них оказался талантливый ирландец Мэттью Муллан (исп. Ignacio Mullan), спроектировавший и построивший во славу испанского флота один из самых мощных кораблей своего времени.
Строительство крупных кораблей в испанской Вест-Индии началось около 1610 года. Постепенно в Новом Свете сформировались два центра корабельного производства – Картахена и Гавана. И если Картахена обеспечивала потребности Империи в небольших патрульных судах, то гаванские королевские верфи стали крупнейшим поставщиком мощных линейных кораблей. Так, из 220 трёхмачтовых навио, вошедших в состав испанского флота в XVIII веке, 74 было спущено на воду на Кубе.
В 1769 году на верфях Гаваны был построен трёхпалубный линейный корабль «Сантисима Тринидад», который флотская молва окрестила «самым большим кораблём эпохи». Длина линкора составила около 62 метров, ширина около 16 метров. В колониях испанцы нашли превосходную замену вековым дубам, использовавшимся в Европе для строительства судов. Корпус и палуба корабля были изготовлены из более качественного материала - красного дерева, произраставшего на побережье Кубы и на территории современного Гондураса. Красное дерево считалось более долговечным, прочным и менее подверженным сухой гнили – грибку, пожиравшему целлюлозу сухой древесины и превращающей её в труху. Общая толщина внешней и внутренней обшивки бортов достигала 95 см. При спуске на воду линкор имел принятую в испанском флоте жёлто-чёрную расцветку, которая впоследствии была сменена на эффектный красно-чёрный окрас.
Вооружение корабля составили 116 орудий различного калибра. В течение службы «Сантисима Тринидад» был несколько раз модернизирован, с целью увеличения мощности бортового залпа и улучшения мореходных качеств. Впервые в истории кораблестроения линкор получил четвёртую орудийную палубу, где были размещены 8-ми фунтовые орудия, а общее число стволов достигло 140. При этом, «Сантисима Тринидад» проигрывал по весу бортового залпа построенным несколько позже французским трёхдечным 120-пушечникам, в частности «Торговцы Марселя» («Commerce de Marseille»), головному кораблю типа «Océan».
Линкор получился тяжёлый и слабо маневренный, за что был прозван самими испанцами «El Ponderoso» («Тяжеловесом»). Высокие надстройки ухудшали мореходность судна, затрудняя управление при сильных ветрах - парусность корпуса приводила к тому, что корабль сильно сносило под ветер. Перегруженный вооружением линкор при движении зарывался носом в волну, что не лучшим образом сказывалось на его скоростных характеристиках.
Ограбление на 1,5 миллиона фунтов
В 1780 году англичане снарядили в колонии крупный конвой, буквально забитый товарами английских мануфактур, стратегическими грузами и пополнением для далёких гарнизонов. Несмотря на важность задачи, подготовка к опасному путешествию велась спустя рукава. На охрану экспедиции из 55 кораблей был выделен 74-пушечный линкор «Рэмиллис» («Ramillies») под началом капитана Джона Мутрея и 36-пушечные фрегаты «Тетис» («Thetis») и «Саутгэмптон» («Southampton»). Исходя из численности охраны, все торговые корабли были застрахованы на полную сумму.
Английский флот обеспечил проводку конвоя в Ла-Манше, а затем, даже не углубившись в Бискайский залив, снял охрану. Фактически караван выпихнули за калитку Британии, предоставив ему возможность разбираться с проблемами самостоятельно. Маршрут конвоя пролегал вдоль берегов Пиренейского полуострова. Широту мыса Санта-Мария корабли должны были проскочить на полной скорости ночью, устремившись дальше, к Азорским островам. Никто из англичан не ожидал встречи с серьёзным противником...
Испанцы наладили достаточно эффективную разведку и о подходе британского конвоя узнали заранее от дозорного фрегата. Объединённая испано-французская эскадра под командованием старого морского волка адмирала дона Луиса де Кордобы, в составе 31 линейного корабля, 6 фрегатов, корвета и 3 купеческих судов уже поджидала англичан у мыса Санта-Мария. Испанцы имели надёжные сведения о движении каравана и его составе. «Купцы» шли, длинными кильватерными колоннами, ориентируясь на ходовые огни головного корабля - флагманского линкора «Рэмиллис», при этом боевое охранение сильно отдалилось от конвоя.
В ночь на 9 августа 1780 г. адмирал Кордоба приказал погасить на эскадре ходовые огни. Сам же, на линкоре «Сантисима Тринидад» выдвинулся навстречу противнику. Ночью испанский флагман вклинился между силами охранения и британскими транспортами, после чего запалил корабельные фонари. Что представлял собой фонарь, можно оценить по заметкам чиновника морского ведомства Сэмюэля Пипса, посетившего в 1661 г. 102-х пушечный линкор «Роял Соверен»:
«Леди Сэндвич, леди Джеймайма, госпожа Браун, госпожа Грейс, Мэри и её паж, слуги дам и я - все мы вместе вошли в корабельный фонарь».
В темноте «Сантисима Тринидад» был принят за «Рэмиллис» и «купцы», встав в кильватер, пошли за испанским линкором, который за ночь вывел их прямо на союзную эскадру. Около 4-х утра, едва забрезжил рассвет, адмирал Кордоба приказал произвести залпы из орудий, которые послужили для испанцев и французов сигналом к охоте. Началось настоящее избиение британского конвоя, напоминавшее нападение стаи лис на спящую птицеферму.
В короткие сроки было захвачено или принуждено к сдаче 52 транспорта, из них 36 фрегатов, 10 бригантин и 6 пакетботов. В плену оказались более 3 тыс. британских моряков и пассажиров, в том числе около 1400 английских солдат и офицеров, направленных для службы в колонии. В руки союзников попало 3 тыс. бочек пороха, 80 тыс. мушкетов, обмундирование и военное снаряжение для укомплектования 12 пехотных полков, полтора миллиона фунтов стерлингов в монете и золотых слитках, а также большое количество товаров. Спастись удалось лишь трём кораблям охранения и, шедшим за ними в ночи, трём транспортам.
После дележа добычи гордым идальго досталось 36 кораблей, большинство из которых были использованы как посыльные и патрульные суда. Из захваченных полутора миллионов фунтов испанцы взяли почти миллион, что по курсу составило около 40 миллионов реалов. 6 миллионов пошло на выплаты командам, а 34 миллиона пополнили королевскую казну, что равнялось примерной стоимости строительства десяти 74-х пушечных линейных кораблей.
Британия рухнула в тяжелейший кризис. Множество страховых компаний разорились. Ставки на страхование взлетели до небес, что на длительное время прекратило любую торговлю. Фондовая биржа закрылась на несколько недель. Английская армия, лишённая пополнений и предметов снабжения, потерпела в колониях ряд сокрушительных поражений. Британские эскадры в дальних морях, оставшись без комплектующих и материалов для ремонта, оказались на время парализованными.
Сражение у мыса Сан-Винсенте 14 февраля 1797 года.
В ходе многолетних Революционных войн, Испания поначалу была верной союзницей Британской Империи. Однако, в 1796 г. политический ветер сменился и гордые идальго выступили на стороне революционной Франции, а испанский флот начал активно взаимодействовать с французскими эскадрами.
Линкор «Сантисима Тринидад» вновь оказался флагманом большой испанской эскадры, встретившейся с англичанами у мыса Сан-Винсенте 14 февраля 1797 г. В ходе сражения, британская эскадра адмирала Джона Джервиса в составе 15 линейных кораблей нанесла поражение превосходящим силам испанского флота из 27 вымпелов, под началом адмирала Хосе де Кордобы (не путать с Луисом де Кордобой).
Английский адмирал Джервис был уверен в своих экипажах, укомплектованных вымуштрованными и инициативными людьми:
- Вижу восемь линейных, сэр Джон.
- Очень хорошо, сэр.
- Двадцать линейных, сэр Джон.
- Очень хорошо, сэр.
- Двадцать пять линейных, сэр Джон.
- Очень хорошо, сэр.
- Двадцать семь линейных, сэр Джон. Почти вдвое больше нашего. -Хватит считать, будь их хоть пятьдесят, я все равно пройду сквозь них.
У испанцев с личным составом к этому времени было всё гораздо хуже. Ещё 1793 г., после посещения Кадиса, Горацио Нельсон отметил:
«Доны умеют строить прекрасные корабли, но не могут подготовить для них людей. Теперь у них в Кадисе отбывают кампанию четыре первоклассных корабля. Суда эти превосходны, команда же на них ужасная».
Кораблями командовали офицеры, погрязшие в коррупции, лишённые моральных ориентиров и жалования. Экипажи были укомплектованы уголовниками, крестьянами, неопытными солдатами и матросами. Что говорить, если после захвата испанского линкора «Сан-Хосе» оказалось, что дула у некоторых пушек всё ещё заткнуты дульными пробками.
В ходе боя адмирал Нельсон, с несколькими кораблями, отрезал от основных сил эскадры отряд из шести испанских линкоров, в числе которых находился флагман эскадры «Сантисима Тринидад». Один за другим англичане брали на абордаж испанские корабли. Флаги спустили «Сальвадор дель Мундо», «Сан-Исидро», «Сан-Николас», «Сан-Хосе».
Однако, добиться признания поражения от «Сантисима Трининад» было не так просто. Мощная плавучая крепость в течение пяти часов выдерживала беспощадный огонь нескольких британских линкоров. На флагмане были отстреляны снасти, а мачты оказались в таком состоянии, что в любой момент ожидалось их обрушение. Борта были буквально изрешечёны ядрами, часть орудий была сбита со станков. Корабль принял большое количество воды. Палубы были завалены убитыми, ранеными и контужеными. За время боя линкор потерял около 500 человек.
Испанцы не могли смириться с потерей гордости королевского флота. В критический момент на выручку пришли линкоры «Инфант дон Пелайо» и «Сан-Пабло».
- Подбодрим нашего адмирала!!! Просигнальте, если спустят флаг получат от нас бортовой залп!!! - стоя на шканцах хохотал капитан «Инфант дон Пелайо» Каэтано Вальдес.
В итоге флагману «Сантисима Тринидад» чудом удалось выйти из боя. Линкор представлял собой груду развалин. Адмирал Кордоба пересел на фрегат «Диана», приказав капитану дону Рафаэлю Ороско самостоятельно заниматься спасением корабля и, по возможности, уходить в Кадис. Вскоре адмирала с позором вышибут с флота и запретят появляться при дворе.
Эпопея капитана дона Рафаэля Ороско
Воспользовавшись ночью, остатки экипажа «Сантисима Тринидад» в авральном режиме были брошены на приведение корабля в порядок. В короткие сроки матросы расчистили палубу, многочисленные обломки просто сбросили за борт. Помпы безостановочно качали воду, а в пробоины был подведён пластырь. Остатки мачт и реи были укреплены, что позволило кораблю двигаться своим ходом.
Примерно представляя положение эскадры Джервиса, капитан Рафаэль Ороско предпринял попытку как можно дальше уйти от англичан. Поначалу испанцам сопутствовала удача. Подошедший на подмогу 34-пушечный фрегат «Мерседес» («Mercedes») взял тяжёлый линкор на буксир. Однако скорость импровизированного конвоя была настолько малой, что вскоре буксировка была признана бесполезной.
С рассветом «Сантисима Тринидад» ещё находился в пределах видимости английской эскадры. Тем не менее, британцы не стали рисковать и отказались от захвата корабля – англичан больше беспокоили основные силы испанцев, которые хоть и отступали, но ещё представляли собой грозную силу. Вскоре испанский флагман пропал из виду. Однако Джервис не забыл о «Сантисима Тринидад» и, как только позволила обстановка, выслал корабли на поиски линкора.
20 февраля 1797 г. марсовые «Сантисима Тринидад» обнаружили на горизонте британский отряд в составе 2 линейных кораблей, четырёх фрегатов и брига. Подавляющее превосходство противника и плохое состояние корабля не давали испанцам никаких шансов выстоять в открытом бою. На военном совете было решено провернуть с англичанами трюк, выдав линкор за уже захваченный корабль, для чего на грот мачте, поверх испанского флага, вывесили «Юнион Джек». Ближе к вечеру на флагмане, в подтверждение мирных намерений, включили все сигнальные фонари, обозначив своё местоположение. Однако, ночью, ветер посвежел, на море разыгралось сильное волнение и англичане вновь потеряли «Сантисима Тринидад» в набежавшем шквале.
Тем не менее, британцы не оставляли попыток перехватить испанский флагман. Спустя неделю «Сантисима Тринидад» был вновь обнаружен 32-пушечным фрегатом «Терпсихора» («Terpsichore»). Пользуясь неповоротливостью испанца, англичане предприняли несколько попыток сблизиться, стараясь при этом не попасть под бортовой залп линкора. Капитан Ороско пытался маневрировать, но за счёт скорости англичанам всё же удалось подобраться к «Сантисима Тринидад». Корабли обменялись залпами и разошлись, практически не причинив друг другу вреда. Больше британцы не рисковали. Преследование продолжалось ещё несколько дней и закончилось близ Кадиса, как только на горизонте замаячили мачты испанских кораблей. Вояж капитана Рафаэля Ороско закончился 2 марта 1797 г., когда разбитый линкор «Сантисима Тринидад» бросил якорь в родной гавани.
Сражение у мыса Трафальгар 21 октября 1805 года.
Во время Трафальгарского сражения «Сантисима Тринидад» вновь исполнял роль флагмана испанского флота. Плавучая крепость под началом адмирала дона Бальтазара Идальго де Сиснероса находилась в центре боевой позиции союзников. Около часу дня «Сантисима Тринидад» вступил в схватку сразу с тремя британскими линкорами – 100-пушечным флагманом адмирала Нельсона «Виктори» («Victory») и 98-пушечниками «Нептун» («Neptune») и «Темерер» («Temeraire»).
Испанские артиллеристы, сосредоточившись на «Виктори», вдребезги разнесли верхние надстройки корабля. Палуба британского флагмана была буквально завалена убитыми и ранеными. Воспользовавшись этим, на штурм англичанина двинулись абордажные партии капитана Люка с французского линкора «Редютабль» («Redutable»).
Вскоре к «Сантисима Тринидад», практически на расстояние пистолетного выстрела, подошёл 74-пушечный «Левиафан» («Leviathan»). Мощными залпами англичан на корабле были снесены все мачты и паруса. «Сантисима Тринидад» быстро потерял ход и маневренность, а в половине второго уже был развалиной. Потери убитыми и ранеными составили около 200 человек. Адмирал Сиснерос, погребённый под обломками рухнувшей мачты получил сотрясение мозга. На вахту заступил последний командир «Сантисима Тринидад» третий лейтенант Франсиско Басурто.
Вскоре к обстрелу присоединился 98-пушечный «Принс» («Prince»), а по носу начал давать пристрелочные залпы 64-пушечный «Африка» («Africa»). К этому времени на «Сантисима Тринидад» было не более 30 боеспособных орудий, вода заливала трюмы, а потери личного состава достигли трети от численности экипажа. Однако испанцы никак не хотели сдаваться и упорно поднимали на бизани королевский красно-жёлтый стяг.
«Сантисима Тринидад» пришлось одновременно сражаться с семью английскими линкорами, но потопить его так и не удалось. С окончанием боя обездвиженный корабль был взят на абордаж. Его попытались отбуксировать в Англию для ремонта, но спустя два дня испанский флагман, не выдержав буксировки, затонул во время шторма. По другой версии, британцы сами потопили корабль, опасаясь, что линкор может быть отбит неприятелем.
Друзья!!! В продолжение морской тематики :
РОЖДЕНИЕ ЛЕГЕНДЫ. ЛИНКОР "НАПОЛЕОН"
ПОСЛЕДНИЙ БОЙ "СВЯТОГО ЕВСТАФИЯ"
ЗАХВАТ ШВЕДСКОГО БОТА "ЭСПЕРН"
ТУРЕЦКИЙ "ВАРЯГ". ПРОРЫВ ПАРОХОДА "ТАИФ"
ТАРАННЫЙ УДАР ВО ВСЕЙ КРАСЕ. КАК АНГЛИЧАНЕ ПОТЕРЯЛИ ФЛАГМАН "ВИКТОРИЯ"
ГРЕБНОЙ КОРВЕТ ЕГО КОРОЛЕВСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА "ДАНЦИГ"
ПОТЕРЯТЬ "КОРОНУ", "МЕЧ" и "ДЕРЖАВУ"
ПРО ПЬЯНСТВО И РАЗГРОМ "ЗОЛОТОГО КОНВОЯ"
ОХОТА ЗА "СЕРЕБРЯНЫМ ГАЛЕОНОМ"
КТО НЕ ЗНАЕТ АДМИРАЛА БЕНБОУ?
ЗА ЧТО РАССТРЕЛЯЛИ АДМИРАЛА БИНГА?
ДОРОГУ ДИЛЕТАНТАМ. КАК СОЗДАВАЛАСЬ ТАКТИКА ПАРУСНОГО ФЛОТА
Спасибо что дочитали до конца. Если понравилась публикация ставьте "лайк" и будете видеть посты чаще. И конечно же, подписывайтесь на канал, будет ещё много интересного.