Войны Египта
Соответственно, когда война или нестабильность угрожают Персидскому заливу, Египет чувствует последствия. Это произошло во время первой и второй войн в Персидском заливе, когда к 2003 году почти 1,4 миллиона из двух миллионов египетских рабочих в Ираке покинули страну, и это повторялось почти во всех кризисах, когда отрицательно сказывались цены на нефть, доходы Суэца или туризм. по неопределенности в регионе. Частично в результате этой связи стабильность в Аравийском заливе и, по сути, на всем Ближнем Востоке постепенно стала одним из важнейших приоритетов внешней политики Египта. Эта модель увековечивалась в стратегическом исчислении практически всех важных внешнеполитических решений, особенно после смерти Насера. При Садате изгнание советских советников из Египта в 1975 году фактически положило конец крупной американо-советской конкуренции на арабском Ближнем Востоке, прокладывая путь к более спокойным региональным отношениям, в то время как мирный договор с Израилем был практической мерой, направленной на то, чтобы положить конец череде дорогостоящих и политически дестабилизирующих войн против Израиля с 1948 года. Точно так же политика Египта во время ирано-иракской войны с 1980 по 1988 год отдавала предпочтение Ираку из-за потенциально дестабилизирующего воздействия на весь регион мощного и агрессивного революционного Ирана в Персидском заливе. Но когда таблицы изменились, и вместо этого Саддам Хусейн Ирака угрожал региональной стабильности вторжением в Кувейт в 1990 году, Египет сотрудничал с военной интервенцией Запада для сохранения региональной безопасности. Политика Египта во время ирано-иракской войны с 1980 по 1988 год благоприятствовала Ираку из-за потенциально дестабилизирующего воздействия мощного и агрессивного революционного Ирана в Персидском заливе. Но когда таблицы изменились, и вместо этого Саддам Хусейн Ирака угрожал региональной стабильности вторжением в Кувейт в 1990 году, Египет сотрудничал с военной интервенцией Запада для сохранения региональной безопасности. Политика Египта во время ирано-иракской войны с 1980 по 1988 год благоприятствовала Ираку из-за потенциально дестабилизирующего воздействия мощного и агрессивного революционного Ирана в Персидском заливе. Но когда таблицы изменились, и вместо этого Саддам Хусейн Ирака угрожал региональной стабильности вторжением в Кувейт в 1990 году, Египет сотрудничал с военной интервенцией Запада для сохранения региональной безопасности.
В сочетании с этим фундаментальным и давно установившимся интересом к региональному порядку и стабильности естественная способность Египта вести Ближний Восток к таким целям внешней политики. Это связано не только с демографическим весом страны, ее геополитическим положением и военным потенциалом, но также с ее исторической и современной ролью как сердца культурных и интеллектуальных инноваций в арабском мире. Еще в девятнадцатом веке Каир был в авангарде современной арабской политической мысли. Обученные как исламской юриспруденции, так и европейской политической философии, египетские интеллектуалы, такие как Рифа-эль-Тахтави, первыми предприняли некоторые попытки приравнять арабо-исламские принципы к концепциям и идеалам европейского модернизма. Отправили за границу учиться в великие университеты Европы, Эти люди принесли знания и ноу-хау, необходимые для реализации амбициозных схем модернизации Мухаммеда Али. Тем не менее, они также принесли с собой концепции разумного дедукции, индивидуальности и демократического процесса, которые обеспечат первые интеллектуальные ядра будущих антиколониалистских, панарабских и исламистских идеологий. Опираясь на работы ранних реформаторов и интеллектуалов, таких как Тахтави, Джамал Аль-Дин Аль-Афгани и Мохаммед Абдух, которые представили идеи национального самоопределения и исламского модернизма, Египет стал одним из сильнейших генераторов арабской политической мысли. Будь то через египетский национализм, социализм, панарабский национализм или исламизм.
Продолжение следует на