Я рос в походах и лесах, среди панков и рок-н-ролла.
– В 90-е, когда ни театр, ни кино денег не приносили, актеры пытались хоть где-то заработать. У вас не было попыток заняться бизнесом?
– Да, тогда многие актеры уходили из профессии, потому что надо было выживать – денег не хватало даже на еду. Но мои попытки продать что-либо, кроме себя, успехом не увенчались, еще остался должен.
– То есть в вас деловой жилки нет? А ведь некоторые известные артисты открывают, например, рестораны...
– Бизнес точно не мое – я просто не умею этим заниматься. Что касается других... Может, у них помощники хорошие, может, денег много и они думают, куда бы их вложить, чтобы потом жить безбедно. Лично у меня ситуации, чтобы я не знал, куда деньги девать, никогда не было.
– Вы считаете себя гурманом?
– Нет. Я рос в походах и лесах, среди панков и рок-н-ролла. Какое гурманство? Сосиски – верх блаженства. А если хочется что-нибудь вкусненького, иду за продуктами в магазин и готовлю. Любимое блюдо? Оливье, еще с детства. Яйца – с ними можно приготовить все. Обычно в моем холодильнике ничего нет, но пара яиц всегда найдется.
– Если бы можно было вернуться лет на тридцать назад, что бы вы посоветовали себе двадцатипятилетнему, от каких ошибок предостерегли?
– Нельзя прожить жизнь и не наделать ошибок – иначе ничего в этой самой жизни не поймешь. Посоветовал бы разве что учиться разбираться в людях и не тратить время на предателей.
– Вашей дочери Мэри двадцать пять лет, она актриса. Это вы заразили ее актерской профессией?
– Сама заразилась. Она, можно сказать, родилась в театре. Куда ее девать было, если родители актеры? Только в гримерку! А там – кто-нибудь покачает, кто-нибудь бутылочку даст. Потом начали ее на сцену выносить, когда в массовке требовался младенец. Получается, она даже раньше меня начала карьеру – я на сцене с шести лет, а она вообще с пеленок.
– На ее спектаклях удается абстрагироваться от того, что это ваша дочь, и просто оценивать актерскую работу?
– Конечно! Если бы я был пекарем, как мой персонаж, я бы задыхался от восторга – надо же, моя дочь на сцене! А так оцениваю ее работу с точки зрения профессионала, отцовского умиления не испытываю.
– Вам требуется долгий восстановительный период после трудного спектакля или съемок?
– Нет. Все-таки я владею профессией. Бывает, утром снимаешься в роли злодея, а вечером в театре играешь божьего одуванчика – и ничего! Ты же заранее знакомишься со своим персонажем, понимаешь, что с ним и как, достаточно посидеть минут пять-десять – и ты в образе. Но превращать работу в карусель ни в коем случае нельзя.
Читайте также:
Сергей ПЕНКИН: Быть личностью, а не звездой
Дима БИЛАН: На сцене я готов не то что раздеться – кожу снять
Ксения ТЕПЛОВА: Всегда готовь!
Валерия Гай ГЕРМАНИКА: Главное в жизни – свобода и любовь
Еще больше интервью со звездами на Панорама ТВ.
Подписывайтесь и оставайтесь с нами!