Банкир. Пролог.

Все пояснения после текста (простите, но "многабукаф"):

«… Первый глоток редкого старейшего виски «Койли Гёзл» на вкус отдаёт подгорелым молоком. Никто в круге его знакомых не знал эту марку, она была эксклюзивным подарком партнёра из Исландии, тот присылал бутылку на каждый праздник, в ответ получал корзинку с чёрной икрой из личного охотничье-промыслового угодья. Это было Легендой всей его жизни, из Серёжи в Сергея Валентиновича он превратился благодаря именно этому процессу - любил оригинальничать.

В школе, в большинстве ситуаций, он не мог и не любил идти со всеми. Никак не мог понять, зачем ему держать контакт со всеми случайными детьми, с которыми его свела судьба. Нет, он не был ханжой, он же был не против их увлечений, радостей и корыстей, но к чему было вовлекать в них его самого. Именно поэтому, например, его потянуло в секцию фехтования — никто из мальчишек его класса не смог побороть стеснения ходить в белой водолазке, будто это вовсе не мужское занятие. Только, когда он вернулся с очередных соревнований маститым спортсменом-разрядником, и в секцию побежали одноклассники, он чуть не бросил спорт. И на общешкольную линейку он не любил вставать в первый ряд. Ну не понимал он зачем она ему. И никто не мог понять, что это просто... надо... наверное. Злились на него, считали гордецом, но терпели.

Одноклассники терпели за его рассудительность, чувствовалась какая-то сила в его уверенности. Учителя терпели за его знания; легко они давались, особенно ненавистная всеми алгебра. Он никак не мог объяснить свой феномен. Цифры у него складывались по... цветам. В детстве его развитие определяли настольные игры с дедом, он даже научился читать по правилам к одной из них. Всю его последующую жизнь перевернула эта картинка из цветных кружочков. Каждый десяток в сотне — своя градация определённого цвета, или красного, или синего, или фиолетового, от светлого к насыщенному, в зависимости от величины цифры. Каждое математическое действо, каждое уравнение у него проходили перетеканием цветовой гаммы, наслаиванием цвета, числа сами сигнализировали ему об ответе и моргали ошибкой. То, что сейчас проходят на всевозможных ментальных арифметиках, в голове Серёжи сложилось само собой. Он замучил учительницу начальных классов, пока не уложил основные простейшие манипуляции на свою систему координат и — дальше понеслась череда олимпиад, грамот, восхищений и перспектив. Он мог достаточно быстро умножать в голове трехзначные числа и оперировал сложными расчетами, просто отведя взгляд на пару секунд в сторону. «Тройки» появлялись только из-за принципиальных расхождений с математичкой, ибо наличие правильного ответа не является полным ответом на задачу, ей нужны ещё и правильно оформленные решения. Благо, что на конкурсах и Олимпиадах по математике этого не требовалось.

Фехтование было естественным продолжением его таланта. Он просто видел партнёра в поединке на два-три шага вперёд. Он мог посмотреть на его движения минуту-другую, и в голове моделировался поединок примерно на три грядущих секунды. Сборная не раз звала его к себе, но он опять же не понимал ответа на извечный вопрос абстрактной логики «зачем».

Для провинциальной школы номер пять Серёжа Савельев был просто подарок. Спортсмен, умница и гордец. Как говорила директор школы: «это полный гордец»...»

*** Итак, пояснения, как обещал. На днях выполнил тестовое задание в рамках соискания одной из вакансий креативного копирайтера в интернет-издание. Затем последовало ещё одно. Затем ещё. Уже, понимая, что меня в чём-то используют, отказался от продолжения. Выкладываю этот текст на всеобщее внимание сети, чтобы он не был оригинальным в руках постороннего дяденьки.***

Если повествование найдет читателя - выложу следующие части. Всем добра и позитива!