Ольга Даниловна и Иван Алексеевич сделали попытку удочерить малолетнюю девочку Валю, которую бросила мать. Казалось, ребёнок обрёл нормальную семью. Они потихоньку стали привыкать друг к другу. Но вскоре у девочки начали проявляться какие-то странности в поведении. Валя переставала понимать своих новых родителей. Иногда взгляд её надолго устремлялся в одну точку, и было ясно, что она смотрит, но на самом деле находится где-то далеко отсюда. В это время девочка никого не видела и не слышала. При обследовании приёмной дочери были выявлены отклонения в психике.
Ольга Даниловна решила, подключив свои знакомства и связи, разузнать что-нибудь о родителях ребёнка. То, что она выяснила, оказалось очень неутешительным. Мать Вали была психически больна. Такие перспективы супругов не устраивали. Девочку отдали в детский дом. Сначала её навещали, но постепенно посещения сошли на нет. Привыкать к ребёнку было нельзя.
Ольга Даниловна переживала. В это время у них появились новые квартиранты. Это была молодая женщина Лидия, которая ушла от мужа, с четырёхлетней дочкой Юлькой. Обычно хозяева не брали на квартиру никого без протекции, не приветствовались и разведёнки. Но родителей Лидии Ольга Даниловна хорошо знала. Это были уважаемые интеллигентные люди. Поэтому, несмотря на то, что у них были заняты все сдаваемые в наём комнаты, Ольга Даниловна взяла Лидию и поселила пока в одной из комнат, которые они занимали только своей семьёй. Так они жили года три. Потом, когда освободилось соответствующее жильё, Лидия переселилась туда.
Всего в доме, кроме хозяев, проживали три семьи. На первом этаже (это было почти что полуподвальное помещение, так как окна находились на уровне земли) жили три сестры преклонного возраста. Две из них, Лёля и Липа, просто божьи одуванчики, с одинаковыми седыми волосами, собранными в пучок на затылке, были гораздо старше третьей сестры, Шуры, которая одна в этой семье работала, была мужиковатого типа, грубая и крепко сбитая. Она частенько орала на сестёр, материла, строила и гоняла их. А старшие сёстры, чистенькие, аккуратные и прозрачные молча, или слабо оправдываясь, переносили агрессию Шуры. В такие дни Ольга Даниловна и Анна Ефимовна ложились навзничь, прикладывали плотно ухо к полу и внимательно слушали, что творилось в семье сестёр. Им было интересно, ведь у них скандалов не происходило. Ольга могла рассердиться только по поводу выпивки матери. А внизу такие вещи случались часто, вроде бы без всякой причины.
На втором этаже, если можно было его так назвать, проживали две семьи, состоящие каждая из трёх человек, мужа, жены и ребёнка. В этих семьях всё было тихо и мирно.
С появлением Юльки Ольга Даниловна всей душой полюбила и привязалась к ребёнку. Это помогло ей отвлечься от мыслей о неудачном опыте удочерения. Да и Иван Алексеевич очень много внимания уделял девочке. Почти всё свободное время Юлька проводила в семье хозяев. Она тоже тянулась к доброй и приветливой женщине. Даже страшная бормашина не казалась девочке такой ужасной в руках у хозяйки. Она с удовольствием открывала свой рот, подставляя для лечения зубы и долго ещё, до самой юности, наивно считала, что сверлить зубы – это не больно.
Ольга Даниловна учила девочку шить, вышивать, чистить картошку и всяким другим женским премудростям. Она подсказывала ребёнку как себя вести в некоторых жизненных ситуациях, как общаться с подружками. А Иван Алексеевич, разучивал с Юлькой разные песни, подыгрывая на баяне, тем более, что у неё оказался неплохой музыкальный слух.
Часто, когда Лидии вечером не было дома, хозяева укладывали девочку с собой спать. Куда бы они ни шли или ни ехали на машине, почти всегда брали с собой Юльку. Даже к себе на работу хозяйка иногда брала девочку. Когда Ольга Даниловна узнала, что при посещении отца девочка чуть было не утонула, то специально повела её на реку и научила плавать.
У супругов даже появилась бредовая идея уговорить Лидию отдать им Юльку на воспитание. Они попытались это сделать, мотивируя, что девочке у них будет хорошо, ведь родителям совсем не до ребёнка, они больше занимаются выяснением отношений. Но, конечно, это было невозможно. Во-первых, мать всё-таки любила свою дочь, во-вторых, у неё уже никогда не могло быть детей. А потом, у Юльки имелся и отец, который пока ещё тоже её любил. Но это особая песня.
Это вторая часть. Читайте продолжение.
Предыдущие части:
Ах, зачем эта ночь так была хороша (I)
Благодарю всех посетивших мой канал. Надеюсь на новые встречи.
Подписывайтесь на мой канал и ставьте палец вверх, если вам интересны мои публикации. Ждите продолжений.