Фая жила в небольшом городке. У них был небольшой дом, в котором горел очаг, и всегда было тепло. Те края были холодными, зима долгой, и потому приходилось топить печь, чтобы не замерзнуть. Фая была уже достаточно взрослой, чтобы самой выбираться за хворостом, и делала это спокойно и уверенно. Большой лес не пугал ее, потому что она умела спрятаться от дикого зверя, могла убежать, и знала почти все тропинки. Зимой она ходила в лес за хворостом каждый день.
Однажды она увидела большой ледяной купол на том месте, где раньше была полянка. Как будто гигантская скорлупа покрыла землю, и было непонятно, есть ли там что-то внутри. Она подошла поближе. Купол был ледяной, хотя со стороны было похоже на слегка запотевшее стекло. Она прислонилась лбом, и холод льда слегка обжег ее. Но любопытство взяло верх, и она продолжала вглядываться вовнутрь, пытаясь рассмотреть, что там. Она увидела свет, который приближался к ней. Как завороженная, она смотрела на это сияние, на его голубые холодные переливы. Все ближе, и ближе, и наконец она увидела, что это силуэт. К ней приближался мальчик, и свет шел от него. Он тоже видел ее. Здесь нужно сказать, что сама она была из семьи очень теплых, если не сказать горячих, людей. Такими были ее браться, сестры, родители, и почти все люди в ее городке. Ходили слухи, что где-то люди живут не в тепле, а в холоде, и от них не исходит теплого мягкого света, но Фае в это сложно было поверить. Сама она была теплой, веселой девочкой. Свет ее был приятным, но не слишком сильным, что для ее возраста было вполне нормально. Так вот от мальчика, который приближался к ней, шел совершенно другой свет. Во-первых, он был холодный. Во-вторых, он был такой яркий и красивый, что Фая не могла оторвать от него глаз.
Он заговорил первый. Его звали Кай. Она заметила, что он одет совсем легко для такого мороза, и решила согреть его. Она приложила руку ко льду, и от самого сердца отправила ему небольшой огонек, который прошел через ее руку, через ледяную толщу, очутился по ту сторону стены, и подвис в воздухе рядом с ним. Кай с удивлением посмотрел на искорку, потрогал ее, почувствовал тепло и засмеялся. Смех его был даже красивее, чем его свет. Казалось, в воздухе зазвенели прекрасные колокольчики, и их мелодия эхом отзывалась от ледяных стен, создавая волшебное многозвучие…
Кай поиграл с огоньком и хитро посмотрел на Фаю. Он сделал евдва заметное движение, и рядом с ней закружились снежинки. В их кружении Фая увидела что-то непонятное, она протянула руку, и к ней на ладонь опустилось ледяное зеркальце. В нем она увидела себя, но другую: как будто красивее, взрослее, и холоднее. Она с любопытством вертела новую игрушку в руках и тут заметила, что зеркальце тает от ее тепла. Кай поправил потекший лед, но все равно ладони Фаи были слишком горячими. Тогда она глубоко вдохнула, закрыла глаза и представила, как тепло уходит из ее ладони, и она становится холодной, как Кай. Когда она открыла глаза, она увидела, что зеркало больше не тает, а рука ее стала чуть более голубой.
Но ей было пора идти, и его звали едва различимые голоса из самой глубины купола. Фая спрятала зеркальце, помахала Каю и убежала.
***
Однажды, когда они были вместе в лесу, Фая увидела лисенка, который запутался в какой-то сетке. Она хотела помочь ему и аккуратно подошла ближе и протянула руку. Но лис неожиданно бросился на нее, и если бы не снежная стена, которую создал Кай, он бы укусил ее. Теперь же лисенок еще и вмерз в снег. «Отойди от него! – крикнул Кай. – Он укусит тебя!» Но Фая нежно посмотрела на Кая и сказала: «Не надо, он хороший, просто испуганный, он не обидит меня». Она подошла, сняла с лисенка сетку, и ладошками дотронулась до льда, который удерживал его. От ее тепла лед стал таять и лисенок освободился. Он с недоверием посмотрел по сторонам и убежал.
***
Она увидела Кая, и радостно побежала к куполу. Она смотрела на него, и не заметила, как сбилась с тропинки и пошла прямо по сугробам. Как она могла забыть, что зимой сворачивать с нахоженной тропы никак нельзя, ведь под снегом могут быть ямы, болота, и много чего еще. Но она подумала об этом, только когда почувствовала, что теряет опору и проваливается в жесткий, плотный, колючий снег. Она попыталась согреть снег своим теплом, но он только слегка подтаял и тут же стал льдом, так что теперь она не могла даже шевелиться в нем. Кай наблюдал за этим из-за стены. Он был из рода холодных людей, и мог управлять снегом, но перед ним была ледяная стена, да и не был он уверен, что его сил хватит на то, чтобы справиться с толщей снега, окутавшей Фаю. Он приложил руки ко стене, посмотрел в испуганные глаза девочки, и почувствовал, как внутри него поднимается ледяной штормовой ветер. Из самого сердца он послал это движение ледяного ветра сквозь стену и увидел, как вихрь закружил Фаю и все вокруг нее. Кай не знал, как у него получилось, и не знал, все ли будет хорошо с Фаей, и пытался рассмотреть ее, но за снегом не было ничего видно. Наконец, снег улегся, и он увидел ее. Фая снова стояла на тропе, с удивлением оглядываясь вокруг. Их взгляды пересеклись, и Фая счастливо рассмеялась. Надо сказать, что ее смех был не такой, у Кая, но мягкий, теплый, как будто лесные птицы звали весну своими самыми красивыми переливами. Когда Кай услышал ее смех, он почувствовал такое облегчение, и засмеялся так счастливо, что от земли поднялся легкий ветерок и снежинки закружились вокруг него.
В тот день им было так хорошо и тепло вместе, что лед между ними начал таять. Стена уменьшилась почти вдвое. Фая хотела согреть Кая, хотела растопить эту стену, и она посылала все свое тепло. В стене как будто появилось окошко. Там лед стал совсем тонким, и они видели друг друга так близко, как будто льда уже не было вовсе. Разговаривая с Каем, Фая не заметила, что в лесу становится темнее и холоднее. Это Кай понял, что уже ночь, что она почти совсем замерзла, и ей нельзя оставаться в этом лесу. Он хотел, чтобы она была с ним, но он видел, что если она пробудет там еще хотя бы полчаса, она отдаст ему все свое тепло, и замерзнет, так и не добравшись до своего дома. Он не мог оставить ее замерзать в лесу, но не мог и согреть ее из-за ледяной стены. Тогда он снова разбудил в своей душе ледяной ветер, и ничего не сказав Фае, со всей силы закрутил ее в вихре и отправил к ее дому. Обессилев, он упал на колени, прислонился головой к стене, и почувствовал, как их окошко снова обрастает толщей льда. Когда родители Фаи выбежали на улицу, они увидели снежный вихрь, который уже растворялся вдали, и девочку, которую трясло от холода и страха.
***
Фая долго не могла прийти в себя. Ей было то жарко,то холодно, как будто ее бросало изо льда в огонь, и это не прекращалось несколько дней. Наконец, жар стал спадать, и она начала понемногу отходить. Она не могла понять, зачем Кай отправил ее в снежном вихре: он не хотел ее больше видеть? Она обидела его? Или он хотел спасти ее? Или он хотел спасти себя от того согревающего чуства, которое почти растопило лед между ними? Вопросы мучили ее, и, как только она встала на ноги, она стала возвращаться к ледяной стене. Но Кай больше не приходил. Он был где-то там, за толщей льда, она слышала его голос. Она даже слышала, как он смеется там, в глубине. Она пыталась отправлять ему огоньки, чтобы он вспомнил ее, чтобы он пришел к ней, и они могли поговорить. Но то ли он был так далеко от нее, что огоньки не добирались до него, то ли он видел их и намеренно игнорировал, но он не приходил. А Фая думала о нем постоянно. Она смотрела в ледяное зеркальце, вспоминала, как они смеялись, и не могла поверить, что больше этого не будет. Она понимала, что это странно, и опасно, и вообще невозможно, чтобы огонь и лед дружили, а уж тем более полюбили друг друга… Но своему сердцу она указывать не могла – и оно вело ее к Каю.
***
Она снова пришла к стене. Кая не было. Она собрала все силы, и решила отправить ему такой огонек, который он не сможет не заметить. Она понимала, что это потребует от нее всей силы, которая у нее оставалась, но она была храброй девочкой и очень хотела к Каю. Она надеялась, что, увидев огонь, он поймет и придет к ней, и тогда, рядом с ним, ей уже ничего не будет страшно. Она собралась с силами, приложила руки к стене, и отправила все тепло и любовь своего сердца через стену к замку Кая. В куполе стало светло, как днем: свет Фаи напоминал самый яркий закат в морозную ночь. Девочка улыбнулась, когда подумала, что Кай точно это заметит, и упала без сознания.
Проснулась она в жутком холоде, от того, что кто-то терся о ее ладони чем-то теплым. Она открыла глаза и увидела, что это лисенок лижет ее почти окоченевшие пальцы. В лесу было темно. Она лежала у стены. Кая не было. Она хотела встать, но замерзшее тело не слушалось ее. Она представила, что еще через пару часов она замерзнет до смерти, и заплакала. Неожиданно она услышала какие-то голоса вдалеке. Присмотревшись, она увидела теплое свечение и поняла: это ее ищут. Ее семья зовет ее и держит огонь, чтобы она могла увидеть их. Собравшись с силами, Фая закричала: «Я здесь!» Вскоре она услышала голос старшего брата и почувствовала, как сильные теплые руки мягко подняли ее со снега.
***
Когда на следующее утро она проснулась, ей было тепло, даже жарко. Она увидела, что одета в плотную шерстяную жилетку, которой раньше не видела. Пока Фая пыталась понять, откуда она взялась, в комнату вошла седая женщина с чашкой в руках. «Глинтвейн! Единственное, что есть хорошего в болезни! - сказала она, мягко улыбаясь, и поставила чашку на тумбочку рядом с Фаей. Как тебе новая жилетка? Она совсем не пропускает холода». «Бабушка!» - слабо сказала Фая и потянулась к ней.
- Девочка моя. Ну что же ты отдала всю свою силу. Ты чуть не замерзла до смерти. А если бы не лисенок? Если бы мы не нашли тебя? Фая, так нельзя! Нельзя дарить тепло тому, кто не бережет его и не дарит тебе своего.
- Бабушка, но он бережет, просто он пропал, и он должен был вспомнить, и прийти. Почему он не пришел? Может, с ним что-то случилось??
- А может, с ним не случилось ничего? Может, он не влюблен, и живет обыкновенной своей жизнью, и думать про тебя забыл? Об этом ты подумала? Ради такого человека ты чуть не умерла?
Фая заплакала. Слова бабушки были слишком похожи на правду. Но как же все, что между ними было?? Как же смех, тепло, как же все их встречи? Она снова захотела увидеть его и потянулась к ледяному зеркальцу.
- Не трожь! - остановила ее бабушка. - Это лед, его не должно быть в нашем доме!
- Нет! Не смей! Иначе я уйду из этого дома вслед за этим зеркалом! Оно мне нужно! Оно моё!
Бабшка покачала гооловой, и вышла из комнаты. Фая прижала к себе зеркало и стала смотреть, как раньше они были счастливы с Каем. Слезы катились из ее глаз, и она не могла и не хотела остановить их.
***
Она давно не видела Кая, но как будто всегда говорила с ним в своей душе. Она представляла их разговоры, а что бы он сказал, а она, а если бы… Ее ледяное зеркальце показывало всё, что она хотела. Родные еще пробовали отобрать это зеркало, но Фая стояла на своем очень жестко, и им пришлось уступить. Вообще Фая изменилась. Раньше от нее шло тепло, и ее близкие нежились в нем, как в солнечном свете. Сейчас же она стала холоднее, никого не подпускала к себе, проводила целые дни в одиночестве. Ее мама и бабушка смогли понять и как-то принять эту холодность, но ее братья сходили с ума, пытаясь вернуть ее прежнюю. Однажды она забыла зеркало на обеденном столе, а вернувшись, уже не нашла его. Что-то в глубине тревожно кольнуло, и она стала бегать по кухне в поисках, но ничего не могла найти. Вдруг она услышала страшный звук, как будто ледяной стон, или звон стекла. Она поняла, что это зеркало и побежала в гостиную. Братья бросили его в печь, и оно плавилось. Злость поднялась в ее душе, она почувствовала такой холод, как никогда прежде – он шел из самого ее сердца. Она подняла руки, и направила волну холода на огонь. Очаг покрылся инеем, и от зеркала в разные стороны разошелся лед.
- Что за черт, Фая! – в ужасе закричал ее брат. – Ты что, стала как он??
Фая посмотрела на него. Она сама была напугана этим открытием. Но она так устала скрывать свою тягу к холоду, притворяться, что она все такая же, что она все так же любит тепло их дома… Она подошла к очагу, достала свое зеркало, и пошла в свою комнату собирать вещи.
Родителям она сказала, что ей пора поискать свое место в жизни. Фая не знала, куда она уходит, и что ее ждет. Она понимала, что идти к Каю нет смысла. Но она уходила не к нему. Она уходила, чтобы побыть одной. Ей нужно было побыть самой собой, никому ничего не доказывая и не объясняя. Она должна была разобраться в себе: в своем огне и холоде.