То, что в этот день Горбачов (да сделает Аллах его могилу еще на 2 метра глубже!) принял какой-то там закон, нам, срочной службе было абсолютно пофиг.
Шел уже перестроечный 85 год, год дембельский, я служу последние 6 месяцев. Советская Литва, небольшой, но очень старый город Кедайняй, большой аэродром, где базируется наш 600 ВТАП. Военно-транспортный авиационный полк, где я и служу в ОКДО. И, как назло, этот май выпал для дивизионного сбора службы ПСС-ПДС. Мало кому сейчас все эти аббривеатуры что говорят, но тогда все это дело было в ежедневном использовании.
ОКДО- отдельная комендатура десантного обеспечения
ПСС - поисково-спасательная служба
ПДС - парашютно-десантная служба
Для сборов выделяли одну из дальних рулежок аэродрома, чтобы не прерывать обычную жизнь полка, и выделяли какой-то гражданский АН-2, с которого и прыгали, нарабатывая себе прыжки служба ПДС дивизии, с Тарту, с Паневежиса, с ... упс. Забыл еще где базировался полк. Где то в Латвии.
Для срочной службы такие мероприятия - радость и халява. Общему распорядку мы не подчинялись, так как служба ненормирована была, питались из летной столовой, да еще там же на сборах я познакомился с невиданным лакомством - сгущеный гранатовый сок. Но о нем позже.
А вот оставшись без надзора вечером срочная служба вечером в пятницу решила заслать засланцев в город в поисках недорогого пития. Для этого существовала волшебная фраза по-литовски: "Дягтине ира?" Если отзыв был: "нера!" идем до следующего двора, где реквест повторяется. Но в основном самогон всегда вокруг аэродрома был, как офицерский за 5 руб литр, так и солдатская сивуха по 3 рубля. А то и дешевле, я даже и не помню. Срочникам в месяц было положено вроде бы 7.80 рупий, на подшиву, и в чайник сходить. У кого лычки были там еще доплата, но я прослужил рядовым. Нам за прыжки еще добавляли, причем офицерам чуть ли не второй оклад выходил, если активно прыгали. А и чтобы не прыгать - дело интересное, да и оплачиваемое.
Короче, назюзюкались мы в тот вечер изрядно. Как минимум надо было выжрать все, что купили, да еще и без закуси, успеть к вечерней поверке, которую никто не отменял и бухнуться спать. Или из за того, что я на радостях приложился больше всех, или из за того, что я особо и раньше не бухал, и вообще был непьющим, но подразвезло меня уже там за периметром, а на поверке меня подпирали в строю со всех концов, и потом я еще блевал полночи с этой литовской срани.
И как мне херово было на следующее утро! Мне сейчас уже за полтос давно, но, походу так херово мне вроде бы не было с той поры. Описывать как я там умирал я не буду, просто глядя на меня капитан Перевозщиков, удивительно напоминающий нынешнего Лукашенко только моложе, все понял, и от греха и большого начальства подальше поставил меня в оцепление на самую дальнюю рулежку, откуда вряд ли что могло выехать.
Где я просто свалился поперек бетонной полосы, выдыхая из себя пары этой литовской отравы и просто желал сдохнуть быстрее. Оклемался я ближе к обеду, завтрак, естественно, в меня не полез, но на обед я подтянулся. Видя мой зеленый с фиолетовым вид, мне как раз и налили холодной водички с гранатовой сгущенкой. И, собственно, весь мой обед состоял из нескольких литров вот этой амброзии.
А офицеры обедали в очень сумрачном настроении и постоянно обсуждали, как мне казалось, мой собственный залет. А то что это - залет, сомневаться уже не приходилось. И мне казалось, что меня сейчас выведут перед строем всего сбора Дивизионного и расстреляют на глазах у всех. Но было уже как то и пофиг.
Но, к моему удивлению ничего такого особенного со мной не случилось. Был бы сержантом - слетел бы до рядового. А тут и так рядовой! (почему я до конца службы рядовым остался - отдельная душещипательная история борзого 18 летнего щегла)
Оказалось, что над всем сбором офицеров службы ПДС дивизии (как и над всем населением бывшего огромного и мощного СССР!) нависла большая беда - именно в день, предшествующий моему залету главные начальники СССР во главе с Горби приняли тот самый антиалкогольный закон, с чего и началось разрушение Союза Советских Социалистических Республик.
Благодаря этой печальной новости мой персональный залет казался такой мелочью, что про него по большому счету и забыли вообще.