В три часа ночи я вызвал такси, попрощался с волонтёром Миодрагом, который дежурил в хостеле в эту ночь, и выехал в сторону аэропорта «Никола Тесла».
Ехали мы около двадцати минут. Водитель поехал по таким маршрутам, где была меньше вероятность наткнуться на полицию. В результате мы не встретили ни одного поста полиции.
В пустом аэропорту уже собирались наши выезжающие. Одна за другой приезжали машины – легковушки и минибусы. В 4 часа началась регистрация на рейс. Я зарегистрировался первым. Вес багажа даже не проверяли, хотя мой чемодан имел весьма немалую массу. Н людей прошли даже с 25-килограммовым чемоданом.
После регистрации я поднялся на второй этаж терминала, где зашёл в дьюти-фри. Там я купил бутылку виньяка (0,5 литра) и какое-то недешёвое, но вкусное сербское печенье. Всё вместе вышло ровно на 15 евро.
Контроль перед посадкой, недолгое ожидание, и вот мы уже идём в самолёт. Это была машина «Эйр Сербии». Стюардессы в респираторах, анкеты нашего Минздрава для каждого пассажира, пакеты с бутербродами и минералкой сразу на входе в руки, чтобы потом не разносить по самолёту.
Место мне досталось «козырное» - 4-й ряд, у левого борта. В иллюминатор я наблюдал прекрасные поля и редкие леса Воеводины. На этот раз не было щемящего чувства грусти от расставания с Сербией – в четвёртый раз уже отсюда улетаю, чего тосковать-то, всё равно скоро снова приеду.
Ещё до взлёта самолёта я заполнил анкету Минздрава. Там были обычные вопросы – место жительства, дата прилёта в Россию, самочувствие. Через полчаса после начала полёта я уснул, а проснулся уже незадолго до посадки в Шереметьев.
Сразу по прилёту нашего рейса на борт поднялись медики в костюмах и масках. Они велели нам выходить группами по 20 человек. Я оказался в числе первой группы и вышел из самолёта.
На паспортном контроле меня лишь спросили, какова была цель поездки в Сербию. Ответил, что туризм. Долгая, правда, турпоездка получилась – в сумме я пробыл на Балканах больше пяти месяцев. Наши товарищи по несчастью, имевшие разрешение на временное пребывание или вид на жительство в Сербии, потом жаловались, что их подолгу допрашивали, задавая глупые вопросы «Зачем уехали», «Зачем приехали» и всё в таком духе.
После паспортного контроля меня сразу ждали полицейские, врачи и люди из Роскомнадзора. Они сразу предупредили, что мне придётся ехать в обсерваторий. Я кивнул, заполнил какую-то анкету, получил свой багаж. Потом нашу маленькую группу (примерно 10 человек) вывели из терминала F и отвели к микроавтобусу, где стояли полицейские и омоновцы. Кстати, почти все они были без масок, в отличие от врачей.
Спустя примерно час ожидания наша колонна из трёх микроавтобусов выехала из Шереметьева по МКАДу. Впереди нашего микроавтобуса ехал экипаж ГИБДД. Путь занял больше двух часов. Со МКАДа мы свернули на Минское шоссе, потом на Можайское, и в результате приехали на границу Одинцовского и Рузского районов, в село Полушкино.
Нас привезли в детскую клиническую больницу, перепрофилированную под карантинных приезжих.
Мы поселились на втором и третьем этажах трёхэтажного корпуса. Расселялись по двое, я оказался в одной камере, ой, то есть номере, с 27-летним Андреем из Пермского края. Опять пришлось писать какую-то анкету.
Из номера выйти было невозможно, для прогулок был лишь балкон. Нам принесли постельное бельё, около 18 часов был ужин. Комната – примерно 16 квадратных метров, плюс санузел с душевой. Есть вай-фай. В общем, жить можно.
За окном царило спокойствие – ёлки, сосны, больничный забор с колючей проволокой. Только часто был слышен шум пролетающих самолётов. Вот очень часто. Но спал я хорошо.
Спасибо за внимание! Продолжение коронавирусной хроники следует!