Турецкое солнце жарко нацеловывало плечи. Никакого сравнения с тем, как это же самое солнце целовало в Сибирях. Там Солнце суровело на глазах и отделывалось легким дружеским чмоком. В то время как в Турции распоясывалось и лобызало чуть не до костей.
Полуденный зной делал из песка гриль, а из босоногих туристов стейки. Аппетитно пахло подгорающими солеными пятками и надеждами. Кто-то надеялся на вечерние прогулки вдоль моря ради тех действий, которые фигурируют в коктейле «секс на пляже». А кто-то был юн, наивен и только вывез себя из-под родительской опеки, нежизнеспособных женских романов и трусов с начесом для минус тридцать.
Сердечная мышца работала с перебоями. Легкие постоянно испытывали нехватку кислорода. Его глаза были синее моря и фирменной рубашки.
Чистокровная принцеватость была видна невооруженным взглядом, и даже лошадь присутствовала. Пусть и нехорошо так о будущих свекровях.
Последняя пришла в ужас, какая бесперспективная шаболда повадилась дружбы водить с ее сокровищем. С её белобрысым молдаванским золотцем. Да, бывают и такие молдаване. Белобрысые и расчётливые.
Семья, где один нравился, а вторая нет, работала в Турции нелегально. Как и вся анимационная команда. Как и аниматорская девочка с проблемами в сердечной мышце.
Нелегалам так не хватает заботы и внимания. Их гоняют что твоих тараканов. После очередной дихлофосной зачистки Молдавия вернула себе блудных мать и сына. Аниматоров же закосили под туристов и депортация их обошла.
Но устойчивый мир сделал кульбит и повернулся самой оскорбительной частью тела. Даже море поблекло, и любимая работа утратила любимость. Скрипуче развалились декорации из призрачного белого платья, троих детей и happily ever after.
В голове бархатно и надрывно пел Караченцов «Я тебя никогда не увижу, я тебя никогда не забуду»
P.S. Спустя десять лет Кончитта не смогла вспомнить даже его имя.
