Повесть написана в январе—марте 1925 года[1]. При обыске, произведённом у Булгакова ОГПУ 7 мая 1926 г. (ордер 2287, дело 45), у писателя была изъята также и рукопись повести. Сохранились три редакции текста (все — в Отделе рукописей Российской государственной библиотеки)[2]:глава «Дайте слово текстологу».
В СССР в 1960-е годы повесть распространялась в самиздате[источник не указан 414 дней].
В 1967 году без ведома и вопреки воле вдовы писателя Е. С. Булгаковой небрежно скопированный текст «Собачьего сердца» был передан на Запад[2]:глава «Королева моя французская…» одновременно в несколько издательств и в 1968 году опубликован в журнале «Грани» (Франкфурт) и в журнале Алека Флегона «Студент» (Лондон)[3].
Только в июне 1987 года журнал «Знамя» сумел поместить повесть на своих страницах (подготовка М. О. Чудаковой). Однако в основу этой публикации лёг всё тот же неквалифицированный зарубежный список, содержащий более тысячи ошибок и искажений[2]:глава «Королева моя французская…» и в таком виде растиражированный во всех последующих изданиях — вплоть до 1989 года (во многих случаях и после), когда литературовед и текстолог Лидия Яновская впервые опубликовала выверенный по первоисточникам подлинный текст «Собачьего сердца» в двухтомнике «Избранные произведения М. Булгакова»[
Результаты операции превзошли ожидания. У Шарика вытянулись конечности, выпала шерсть, сформировалась речь. По Москве поползли слухи о чудесах, происходящих в доме профессора. Преображенскому же скоро пришлось пожалеть о содеянном. Хотя с Шариком и происходило нечто вроде очеловечивания, от Клима Чугункина ему передались черты характера и пагубные привычки. Но это не помешало ему адаптироваться в новом обществе, в том числе стать начальником подотдела очистки Москвы от бродячих животных.
Шариков (Владимир Толоконников) превращает жизнь профессора Преображенского и обитателей его квартиры в настоящий ад. Он начинает портить имущество квартиры Преображенского, приставать к прислуге профессора, воровать вещи с деньгами, пьяным приводить домой собутыльников, которые в свою очередь тоже обворовывают профессора. Ко всему прочему, подстрекаемый председателем домкома Швондером (Роман Карцев), Шариков пишет доносы на своего «создателя», требует выделить себе жилплощадь и в итоге угрожает револьвером. Профессору и Борменталю ничего не остаётся, как признать свой эксперимент неудавшимся и вернуть Шарикова в его первоначальное состояние.