Лютер неумолимо шел к отлучению от церкви, быстро продвигаясь по пути, который привел Хуса к мученичеству. Среди его публикаций в том году были короткие путеводители по евангельской вере, написанные на немецком языке для мирян, а также еще одно нападение на папскую власть, также написанное на родном языке. Папская булла, отлучившая от церкви Лютера, была обнародована в июне 1520 года. Он назывался "Exurge Domine" ("Восстань, Господи") и призывал Церковь защитить виноградник Господа от вторгшегося в него дикого кабана. И снова мирской владыка Лютера, курфюрст Фредерик Мудрый, защитил его, отказавшись передать своего звездного богослова и профессора представителям Папы Римского в Германии. 10 декабря в Виттенберге Лютер сжег папского быка и различные произведения канонического права и богословия в другой тщательно инсценированной инсценировке. В 1521 году художник Лукас Кранах Старший, друг и союзник Лютера, опубликовал "Страсти Христовы" и "Антихрист", серию из 13 парных ксилографий, контрастирующих поведение Христа с поведением Папы Римского. Это был один из наиболее эффективных кусочков пропаганды Реформации, перепечатанных много раз. Разрыв Лютера с Римом был полным, хотя мы должны помнить, что на данный момент он все еще стремился к достижению всеобщей реформы католической церкви, а не к созданию новой конфессии.
В 1520 году Лютер опубликовал три фундаментальных трактата. Первым и наиболее популярным было его Послание к христианскому дворянству немецкого народа о реформе христианского сословия, которое появилось в августе. Генеральные советы, как утверждал Лютер, не смогли реформировать Церковь, и теперь император Германии обязан принять этот вызов. Временная христианская власть должна разрушить три стены, воздвигнутые папой, чтобы защитить себя: возвышение духовной власти над мирской; веру в то, что только папа может толковать Священное Писание; и утверждение, что только он может созывать церковный собор. Здесь Лютер утверждает, что все христиане духовно равны, все являются священниками и поэтому все должны разделять ответственность за реформу христианского сообщества. Читатели, члены немецкого народа, должны заставить Папу Римского "освободить свою страну от невыносимых налогов и грабежей" и вернуть им "свободу, власть, богатство, честь, тело и душу".
Во втором трактате "Вавилонский плен Церкви" Лютер изложил свое учение о таинствах, обрядах, через которые средневековая Церковь утверждала, что передает верующему благодать. Лютер сократил их число с семи до двух: причащение и крещение. Только они, утверждал он, имели библейские основания, и только эти два состояли как из видимого знака - хлеба и вина или воды - так и из обещания прощения греха. Однако именно причащение - также известное как Вечеря Господня или Евхаристия - оказалось одной из скал, на которых базировалось единство евангельского движения: оно открывало непримиримые различия темперамента и понимания реформаторов. Все евангелисты отвергли традиционное католическое учение о мессе: оно уже не воспринималось как священническое чудо, доброе дело, повторение жертвоприношения Христа. Транссубстрация - вера в то, что хлеб и вино станут телом и кровью Христа, когда священник произнесет слова освящения - была осуждена, но то, что стояло на ее месте, было оспорено.
Для Лютера Христос все еще физически присутствовал при причастии. Христианину не нужно было понимать. Другие реформаторы преуменьшали реальное присутствие Христа и развивали более одухотворенные представления о причастии. Для Халдриха Цвингли и швейцарских реформаторов причащение было в первую очередь ритуалом поминовения. Эта, казалось бы, непонятная дискуссия имела важные последствия, так как она определила способ празднования Евхаристии - центрального ритуала христианской общины и ключевой части реформаторского опыта мирян. На некоторых лютеранских территориях Вечеря Господня напоминала католическую мессу с использованием сложных литургических облачений, алтарей, алтарных покрывал и пластин, а также с сохранением некоторых латыней; в реформаторских - швейцарских или кальвинистических - церквях, однако, простые столы заменяли алтари, хлеб - пластины, а местный диалект - латынь.
Продолжение следует...