Каждый день в одно и то же время в комнату маленькой девочки Насти проникал маленький солнечный лучик. Конечно, лето сменяло зиму и солнце вставало раньше или позже, но лучик попадал в окно и, отражаясь от других стёкол и зеркал, падал на огненно-рыжие волосы девочки, щекотал её милый носик и наконец прыгал на глаза, заставляя просыпаться.
— Мааамаа, — плакала девочка. — Я не хочу в сааадик. Там опять будут кормить невкусной манной кашей и заставлять спать днём.
— И так каждое утро, — тихо выдохнула красивая женщина со слегка потускневшими от возраста волосами — Зай, ну, потерпи. Зато вечером мы с тобой продолжим читать сказки.
Стоит отметить, что у этой замечательной девочки была одна особенность. Стоило речи зайти о невысокой, пухлой книжке, в потрёпанном переплёте, с простенькой надписью «Сказки», как она становилась невероятно послушной. Она вела себя примерно, старалась, делала всё что ей скажут и переставала капризничать. Словно и не она секунду назад каталась по полу, прося очередную игрушку или не желая идти в детский садик.
Всё было просто, как и все маленькие дети, она просто обожала слушать сказки про волшебников и богатырей, про находчивых принцев и хитрых ворах, которые показывали правителям, на что они способны.
Но была у неё особенно любимая сказка. Скорее даже цикл рассказов. Про домовых. Начинался он пересказом известного мультика про домовёнка Кузю и его доброго соседа Нафаню. А дальше шли совсем уж невообразимые приключения.
— А про домового читать будем? — девочка нетерпеливо перебирала руками юбку её красивого голубого платья — Будем же, да?
— Будем, будем, — женщина выдохнула — Конечно, как и всегда. Одна глава в день.
— Ура! — девочка подпрыгнула и подбежала к книжному шкафу, резко распахивая дверцу, и, едва не скидывая меня со шкафа, погладила книгу по корешку — Вечером встретимся.
— Эх ты, — женщина взяла девочку за руку — Сама скоро домовым станешь, с этими сказками.
— Ну, мааам... — девочка захныкала и, спустя мгновение, за ними закрылась дверь.
Я ещё долго сидел на шкафу и обдумывал слова мамы и девочки. Про книгу я давно знаю, но про то, что мама думает, что дочка станет домовым…
— А ведь может же… — тихо пробормотал я себе под нос и стал аккуратно спускаться со шкафа — Юна правда ещё. Надо бы с Кузей поговорить.
Зря я начал рассуждать вслух и перестал смотреть под ноги. Едва я отвлёкся, как тут же оступился и не удержавшись на комоде, я всё-таки упал между шкафом и тумбочкой.
— Апчхи! Как же тут пыльно! Надо будет кошку сюда загнать, — я ехидно улыбнулся и медленно пошёл на кухню в поисках несчастного кота Тимофея.
