Даже самые твердолобые скептики (вроде меня, например) признают, что в нашем далеко не чудесном мире чудеса имеют место быть. Пуля-дура прошла насквозь, не нанеся вреда, а Кефирок, Конфетка и подоспевший Шипучка оказали Акакию отличную первую помощь. "Скорая помощь" прибыла только через полчаса.
Больница, куда отвезли Акакия, была далека от совершенства, но зато кормили вкусно. Правда, так считал лишь Шипучка питавшийся в ней на халяву - "крыша" обеспечила.
Суровая расплата за прегрешения не заставила Ким Ё Сана ждать - в ту же ночь его "Хонда" слетела с трассы и врезалась в дерево. Труп так и не был найден (да и не искали его особо), но весь салон был в крови.
Акакия выписали из больницы на шестой день. И за ужином, в финале празднования её второго рождения, Шипучка счёл нужным заявить:
- Ну, дорогие девочки, теперь, когда мы едва не потеряли нашего дорогого друга, моя мысль о том, что с криминалом надо завязывать, не покажется вам странной. А вы что думаете?
- Я тоже так думаю, да и Мразин мне не раз повторял, что от нашего криминала один риск и никакого дохода и предлагал переключиться на выполнение его легальных заданий и поручений. - ответила Конфетка. - Акакий, Кефирок, поддерживаете переход на легальное положение?
Акакий и Кефирок поддержали.
- Отлично. - продолжила Конфетка. - Пойду позвоню ему и обрадую. Не расходитесь.
Вскоре Конфетка вернулась в милицейской форме. Да, да, всё это время она служила в милиции и бандитская деятельность ни сколько этому не мешала. Даже наоборот, ведь глава местной милиции - тот самый Мразин - и был "крышей" "Черного крокодила".
- Сейчас я направляюсь к Мразину - у него есть для нас срочное дело.
- Постой, постой. - сказал Шипучка. - Мы уже легальные?
- Да. - ответила Конфетка. - ООН - отряд особого назначения - под названием "Черный крокодил".
- Круто. - сказала Кефирок. - А чего это Маврикий Матвеевич вызвал тебя на ночь глядя?
- Это дело не требует отлагательств. Помните взрыв в торговом центре?
Взрыв в торговом центре забыть даже при большом желании не получится. Горе-террористы, вчерашние рабочие слесарного цеха, числом девяти, решили устроить своему "амиру" (их бывший заместитель начальника по цеху) замечательный, по их мнению, подарок на день рождения: изготовили две бомбы. Одну, с порохом, решили взорвать в торговом центре, а другую, с конфетти, взорвать в подвале заброшенного универмага, который служил им убежищем. Но они перепутали бомбы и та, которая с конфетти, взорвалась в торговом центре, а та, что с порохом, отправила на тот свет невнимательных террористов.
- Помним. - ответила Акакий. - Надо думать головой, а не жопой.
- Так вот, здесь дело очень серьёзное. - Конфетка понизила голос. - Даже по телефону ничего мне не сказал, всё на встрече объяснит. А завтра я всё расскажу вам.
- Любопытно. - отметил Шипучка, когда Конфетка вышла с кухни. - А вы что про это думаете?
- Походу, придётся спасать чью-то богатую задницу. - предложила Кефирок.
- Я спать. - объявила Акакий.
- Как?! - воскликнула Кефирок. - Так рано?
- Вообще-то уже без пяти одиннадцать. - поддержал друга Шипучка, кормя долькой ананаса прыгнувшего ему на колени Васо. - И я тоже иду спать. Ещё и Плющу надо позвонить, сказать, что теперь посредник нам не понадобится...
- Ну вас, сони... - махнула на них рукой Кефирок.
Маврикий Матвеевич Мразин завидовал Конфетке. Ещё бы: ей не было и тридцати, но она уже имела чин капитана милиции. Мразину же шёл шестой десяток, а он всё ещё маячил в подполковниках и никаких перспектив карьерного роста на горизонте не было. О том, что некоторые его однокурсники уже вышли в милицейские генералы, он помнит всегда, а о том, что другие (а их большинство) всё ещё были в среднем командующим составе, забыл начисто.
Сидя в своем кабинете за рабочем столом Маврикий Матвеевич мечтал о большом деле, которое и добудет ему столь желанного "полковника". Не называть же большим делом перевод старушек через дорогу и снятие котят с деревьев! И вот, просматривая папку, на который крупно и размашисто начиркали "Дело о Зелёном главаре", Маврикий Матвеевич чувствовал, как она излучает надежду и тепло. В сознании вертелось одно слово: "Дождался!".
Всё-таки Маврикий Матвеевич испытывал к Конфетке нечто большее, чем зависть. Когда она вошла, он опустил глаза, а попытался встать так неуклюже, что рухнул обратно в кресло.
- Не утруждай себя, Маврикий Матвеевич. - сказала Конфетка присаживаясь. - Давай сразу к делу.
- Вот, смотрите Ви...
- Конфетка.
- Точно. Мы получили письмо в конверте от некоего Зелёного главаря, который грозится через сутки убить Бориса Андреевича... Вот, посмотрите. Мы подумали, что это опять дети или подростки балуются, но тон письма... Они так не пишут... На письмо сумасшедшего то же не похоже... Да и ещё состав команды, который указывается в этом письме... Эти двое ладно, но вот третий, Реза, киллер высшего класса, околачивается где-то в окрестностях Москвы... Приговорён к смертной казни в шести странах, а разыскивается тринадцатью.
Маврикий Матвеевич показал ей фотографию. С неё строго смотрело смуглое лицо аскета, пронзительный взгляд тёмных глаз сверлил насквозь, а тонкие губы были плотно сжаты.
- Услуги этого перса не дёшевы, а значит, Борю заказал какой-то крупнокалиберный мастодонт... Возможно, что сам Дудаев...
- Но зачем убивать столь незначительную и не влиятельную персону, как глава нашего пригорода?
- Выходит, что они знают про Борю то, что не знаем мы...
- А кто остальные двое?
- Один нам известен: Шут, настоящее имя - Ашот Тигранович Арманян. Шулер, часто попадал в наш изолятор за мелкое мошенничество. Плут и пройдоха, душа любой компании, постоянного места жительства не имеет. И чем он это заинтересовал Зелёного главаря?
Конфетка взглянула на протянутую ей фотографию. На неё смотрело веселое лицо с большим носом, лукавые глаза смеялись, а к чёрной щетине пристала яичная скорлупа. Видимо, Ашот Тигранович был не очень требователен к своей внешности.
- А кто такой Гази?
- Мы не знаем.
- Может, ещё один суперкиллер?
- Исключено. Двух киллеров нанимают тогда, когда заказанного охраняют, как Сталина, и подстраховка не помешает. Бориса Андреевича же почти никто не охраняет и второй киллер в данном случае - пустая трата средств. Думаю, этот Гази просто парень с улицы.
- Или ученик Резы.
- Реза не берёт учеников, Конфетка. Завтра, то есть уже почти сегодня, мы прибудем в резиденцию Бори и захватим их в плен. Они посидят у вас и вы любыми способами выбейте из них информацию про Зелёного главаря. Это уже не взрыв в торговом центре. Тогда мы списали его на розыгрыш, а взрыва в подвале заброшенного универмага никто не заметил. Если Борьку пристрелят, то на розыгрыш это уже не спишешь. Повторяю: наша задача их поймать и выяснить как можно больше про Зелёного главаря. Надеюсь, задача предельно ясна?
- Ясна, Маврикий Матвеевич.
- Ну, тогда до завтра. Вот, возьми папку и фотографии, ознакомить товарищей.
- Окей, до завтра.
Резиденция главы подмосковского пригорода Сушкина располагается в бывшем загородном дворце графов Дабеарди (история сего рода сочиняется, уточняется и пишется мной с 2017 года - прим. авт.). Дворец со времён революции заметно поплохел: потерял левое крыло, флигель и хозяйственные постройки, но всё равно смотрелся величественно. В довесок ко всем неприятностям прекрасный парк сгорел, а пруд высох.
Глава Сушкина Борис Андреевич Богданов-Алба встретился "Черному крокодилу" с подполковником на пороге своего кабинета. Он был очень взволнован, за спину был закинут автомат, в каждый карман он умудрился засунуть по два пистолета, а на поясе висел кривой турецкий кинжал.
- Маврикий Матвеевич вам всё объяснит. - сказал Борис Андреевич, покосился на Васо, что сидел на плече хозяина, и выбежал из кабинета.
- Куда это он спешит? - спросила Конфетка.
- Борис Андреевич переночует у сестры. Надеюсь, Зелёный главарь или его начальники не организовали за ним слежку. - ответил Маврикий Матвеевич.
- А если организовали? - поинтересовался Шипучка.
- Боря под сегодня под охраной профессионалов, а наша задача не охранять его, а пленить людей Зелёного главаря. - пояснил подполковник. - Сейчас я вам всё объясню. Идёмте за мной.
Он повел друзей через анфиладу сквозных комнат, попутно вводя в курс дела:
- Это центр дворца, предназначался для празднеств и работы. В правом крыле, куда мы направляемся, жил хозяин с женой и детьми, в левом - некоторые остальные Дабеарди, которые ныне состоят в нескольких ветвях: бароны Дабеарди, католики; князья делла Прато, ответление баронов Дабеарди и ещё одно ответвление, фон цу Бёрте, которое имеет аж четыре титула: русских баронов, австрийских графов и французские маркиза де Сент-Луи и виконта Перигё.
Шипучка присвистнул: титул он имел только один.
- Есть ещё нетитулованая ветвь рода, но она настолько захудалая, что мы её не коснёмся. Ну и, конечно, графы Дабеарди. А теперь сразу к делу.
Они вышли в длинный коридор, который соединял центр дворца с правым крылом. На правой стене были наглухо закрытые окна, а на левой - вернувшиеся из запасников Третьяковской галереи портреты представителей сего древнего рода.
Со стены на гостей надменно смотрел Григорий Григорьевич, верный сподвижник Петра l, который возвёл его в графское достоинство в 1710 году; гроза французов граф Юрий Юрьевич 3-й лихо рубил врагов в капусту; крутила длинный ус портретная фантазия основателя рода Теодора из Йорка по прозвищу "Борода", посвященного в рыцари Изабеллой ll Гогенштауфен за то, что он с небольшим отрядом якобы разбил 40 000 сарацин; скромно улыбался спаситель Пия lX и Леопольда ll барон Фёдор Иванович Дабеарди, первый князь делла Прато, а статский советник граф Николай Поликарпович задорно смеялся у окна, откуда открывался прекрасный вид на усадьбу, даже не подозревая, что через два года грянет Великая война, а через пять лет его вообще выгонят из дома...
- Борис Андреевич живёт в покоях графа Николая Поликарповича, названных так по имени последнего частного владельца дворца. Совсем рядом, буквально у дверей, находится комната прислуги, где вы и спрячтесь. Я же укроюсь на подоконнике за шторами. Надеюсь, у нас получится.
Выйдя из коридора и пройдя ещё несколько комнат, они оказались у покоев графа Николая Поликарповича, которые ныне узурпировал Борис Андреевич.
- Нам не известно точно, во сколько именно придут злодеи, так что советую вам запастись терпением. - сказал Маврикий Матвеевич, залез на подоконник и закрылся сиреневыми шторами. Друзья скрылись в комнате для слуг.
Там было просторно, но темно - лампочка лопнула, едва включили свет и внезапно ослепить им врагов уже не получится.
Время медленно перевалило за полночь. Конфетка с Кефирком уже спали, нечаянно уснув, Акакий, дабы не последовать их примеру, щёлкала себя по носу, а Шипучка пучил бессонные глаза в темноту и перебирал в голове киевских князей. Вдруг раздался шорох.
- Тсс! - зашептала Акакий. - Ты слышишь?
Глухой на левое ухо Шипучка ничего не слышал, но Акакию сразу же расхотелось спать. Вскочив, она со всей силой пнула бедную дверь.
Распахнувшись, дверь ударила по уху человека, да ещё и сбила его с ног. Услыхав ещё шорох, Акакий быстро вышла из комнаты и с разворота пнула крадущегося ниже пояса. В нём она узнала перса с фотографии. Реза, не ожидавший такого поворота событий, сложился пополам. Акакий вцепилась ему в волосы и мощным ударом коленом в лоб отправила в бессознательное состояние. Отпустив уже не представляющего опасности киллера высшего класса, она подошла к Шуту, который поднял руки и низко завизжал, видимо, намериваясь победить бой-даму ультразвуком. Не получилось - Акакий железным хуком отправила его в нокаут. Шут упал прямо на подполковника, который вылез из укрытия что бы принять участие в захвате преступников, но настолько офигел от увиденного мордобоя, что не заметил падающее на него тело и рухнул вместе с ним.
Далее Акакий собралась расправиться с оглушенным дверью Гази, но Шипучка уже вколол ему снотворное. Тогда она разбудила своих подруг, пока Шипучка колол снотворным Резу и Шута, и помогал Маврикию Матвеевичу подняться.
Васо соскочил с плеча хозяина и запрыгал вокруг Шута, гримасничал и даже сунул свою маленькую лапку в его широкую ноздрю.
- Хорошая работа, Акакий. - похвалил Маврикий Матвеевич. - И где ты так научилась драться?
- От всего понемножку. - ответила Акакий.
Тела перенесли в грузовик, Конфетка села за руль, Шипучка с Кефирком разместился рядом, а Акакия устроили в кузове (на случай, если пленники очнуться), и машина тронулась к их убежищу. Маврикий Матвеевич же на своей служебной поехал докладывать о случившемся Борису Андреевичу и с не удовольствием заметил, что тот дрыхнет без задних ног. Маврикий Матвеевич, в случае непосредственной угрозы своей жизни, не смог бы сомкнуть глаз даже на минуту. А этот - дрыхнет!
Пленников разместили по разным комнатам. За Резу поставили отвечать Акакия, ну а кому отвечать за остальных решил елизаветинский рубль. Кефирку достался Шут, а Конфетке - Гази.
Гази оказался ещё молодым таджиком с небольшой бородой и приятным лицом.
- Так, Гази, выкладывай всё, что знаешь о Зелёном главаре. - потребовала Конфетка.
- Моё настоящее имя - Абдурахман. А твое?
- Вопросы здесь задаю я. Отвечай.
- Я отвечу, но сначала расскажу тебе свою биографию.
- Абдурахман, мне нужна не твоя биография, а информация о Зелёном главаре.
После долгих споров и препирательств Конфетка согласилась выслушать Абдурахмана. Рассказывал он во всех деталях и подробностях, так что повествование затянулось на неделю.
Он вырос у отца-одиночки, который страдал алкоголизмом. Хотя не страдал - наслаждался. И за каждую провинность нещадно колотил сына. С раннего возраста заставлял его работать, а все заработанные им деньги пропивал. С особой грустью Абдурахман вспоминал эпизод, как он разобрал напольные часы - интересно же было ребенку - а собрать назад не смог. Отец за эту провинность избил его чуть ли не до полусмерти.
С радостью Абдурахман вспоминал, как воровал колбасу со склада, дал отпор хулиганам, как спас котёнка из-под колёс автомобиля, как сдал все контрольные на "5"... Ближе к середине повествования Конфетка прониклась к Абдурахману симпатией.
На шестой день он рассказал, как после девятого класса бежал от тирана-отца и поступил в техникум на электрика.
Рассказчиком он был хорошим, умел заинтересовать собеседника, а ещё бросал на Конфетку полные обожания взгляды.
На шестой день, за ужином, Шипучка, наконец, решил поинтересоваться успехами и спросил:
- Акакий, как там Реза? Разве ещё не раскололся?
- Кремень. - ответила Акакий. - Я уж ему руку сломала, но он только кричит и ничего толкового не говорит.
- Да, я слышал. Орёт так, как будто его оперируют без наркоза.
- Почти так и есть. - заметила Кефирок.
- А у тебя есть успехи? - спросил её Шипучка.
- Никаких. Этот клоун только ржёт и лезет целоваться. Я уверена - этот легкомысленный болван ничего не знает. При этом он смеет делать мне неприличные предложения. Пустой номер. Ничего он не знает.
- Ну хоть ты нас порадуешь, Конфетка?
- Завтра - сегодня он закончит свою биографию мне рассказывать, а сразу после укажет местоположение Зелёного главаря.
***
- ...А потом ухудшилось моё финансовое положение и Зелёный главарь предложил мне похитить Бориса Андреевича. Клянусь, я и не подозревал, что он намеривался его убить! Он говорил только про похищение!
- Я тебе верю, Абдурахман. Теперь покажи нам, пожалуйста, жилище Зелёного главаря, а потом я утрясу твои финансовые беды.
Абдурахман улыбнулся и поблагодарил.
***
Когда с пленников сняли повязки, Шут увидел, что рука Резы спрятана в гипс.
- Здорово же тебя терминаторша помяла, ха-ха! - рассмеялся он. - А ещё хвастал!
Реза бросил на Шута полный ненависти взгляд, но тот лишь показал ему язык.
Вместо грузовика Маврикий Матвеевич предоставил в их распоряжение черный джип. За рулём сидела Конфетка, рядом с ней Акакий, а бандитов разместили на заднем сиденье, причём Абдурахман сидел по центру - указывал дорогу. Шипучке и Кефирку нашлось место в багажнике. Шут всю дорогу издевался над персом, своим острым языком не давая ему покоя.
Реза сидел сзади Конфетки, как вдруг достал свистнутый пистолет и нацелил его в голову водителя. И уж точно бы убил её, если бы Абдурахман, молниеносно среагировав, не ударил его по руке. Пуля пробила потолок, а Конфетка от неожиданности резко затормозила в результате чего Абдурахман чуть улетел вперёд.
- Терминаторша, злой персик стащил у тебя пистолет! - расхохотался Шут.
- Ах ты ж армянский недобиток, сейчас я устрою тебе геноцид! - зарычал перс, перезаряжая пистолет. - Ты у меня за всё ответишь, я тебе покажу, как издеваться над Резой!
- Спасите!!! - истошно закричал Шут и выскочил из машины.
Реза бросился за ним, но только он выстрелил, как Шут прыгнул в кусты.
- От меня не спрячешься, шут гороховый!
Он подошёл к кустам и тут "армянский недобиток" поднялся на ноги, держа над головой валун. И откуда только сила взялась?
Не успел Реза и пикнуть, как Шут обрушил этот валун ему на голову, проломив его череп. Перс умер мгновенно.
Вытерев пот со лба, Шут помахал рукой машине (мол, всё хорошо, я в порядке!), но тут на него упала большая ветка и разморжила ему голову.
Тем временем, Шипучка и Кефирок успели пересесть, а Абдурахман вернуться в прежнее положение и машина тронулась с места убийства, которое тут же не осталось безнаказанным.
Маврикий Матвеевич, которому по телефону сообщили адрес Зелёного главаря, приехал на такси на пять минут раньше друзей. Под длинным плащем скрывалась милицейская форма.
Ему явно не терпелось схватить загадочного Зелёного главаря. Он наматывал круги и кусал нижнию губу, пока друзья не приехали.
- Ну наконец-то, прибыли! Нельзя было пораньше - я весь сгораю от любопытства! - заворчал подполковник, идя к ним на встречу. - А где Реза и Шут?
Входя в подъезд и поднимаясь в лифте, Шипучка коротко пересказал случившееся.
- Надо бы забрать тело перса, ведь за его голову в Афганистане полагается награда. - решил Маврикий Матвеевич. - Ну это потом. Сначала - Зелёный главарь!
Акакий ногой вышибли третью дверь слева на третьем этаже, где и скрывался Зелёный главарь. Затем Шипучка аккуратно поставил её на место и подпер стоявшей в углу шваброй - что бы не упала.
Квартира была однокомнатной. Спрыгнувший с плеча хозяина любопытный Васо тут же бросился её исследовать. На кухне сидел длиннобородый старик с грязными ногами, в зелёной чалме и рваном сером балахоне. Он смотрел на незваных гостей со страхом. На столе остывал чай и лежала недоеденная халва.
- Вот он, Зелёный главарь. - представил старика Абдурахман.
Маврикий Матвеевич уже снял свой плащ и повесил его в прихожей. Теперь он, вместе с Конфеткой, был в милицейской форме. Это и испугало Зелёного главаря до полусмерти.
- Говори: как твоё имя и на кого ты работаешь! - потребовал Маврикий Матвеевич. - Сколько вас?
- Господин милиционер. - начал, заикаясь от страха, Зелёный главарь. - Я один.
- Как один?! - вскричал Маврикий Матвеевич. - Говори, как есть!
- Постой, Маврикий Матвеевич. - остановил служаку Шипучка. - Надо его напоить - пьяный не обманет.
- И то верно.
Под столом нашли бутылку водки. Этого хватило, что бы Зелёный главарь заговорил откровенно.
- Сосед мой, Валя Шпиг, говорит, что я - не мужик. А я мужик! Да, так ему и сказал. А он мне бросил: "Докажи!". Я ему говорю, что завалю Бориску, и потому завалю, что я мужик. Он смеётся и говорит, что после этих слов я ещё больше не мужик, а баба. Вот я решил доказать ему, что я не баба, а мужик. Созвонился с внуком - дочь моя за перса вышла, у неё сын - убийца известный, Реза, пригласил в команду Шута, он мой давний собутыльник. Ну ещё и Абдурахмана добавил с именем Гази, он мне денег должен. Три тысячи рублей! Я главарём теперь стал, а знаете почему "зелёный"? А потому, что напился до зелёной горячки. Вы, наверное, подумали, что я араб? Нет, я не араб, а простой русский сантехник Жора Тряпочкин. А борода не настоящая, я её что бы внука порадовать нацепил. Вот, смотрите.
Зелёный главарь, а, точнее, Жора Тряпочкин, отцепил бороду, скомкал и с отвращением отбросил.
- А у вас, господин, борода настоящая? - обратился он к Шипучке, упал со стула и захрапел.
Маврикий с досадой ударил ногой по мячу, который разбил окно и кому-то попал по голове. Ещё бы: "большое дело" рассыпалось в прах. Таинственный Зелёный главарь оказался не агентом талибов, Аль-Каиды или, хотя бы, Джохара Дудаева, а простым русским сантехником, которому повезло приходится киллеру высшего класса родным дедом, который наверняка в не трезвом состоянии принял решение убрать Богданова-Албу не из неприязни или идеи, а из-за того, что местный алкаш назвал его бабой. Единственным лучом света в этой беспросветной истории был только труп Резы.
Однако подполковнику удивительно не везло - когда они прибыли на место преступления, труп суперкиллера был до неузнаваемости кем-то обгрызан. С разочарования Маврикию Матвеевич пригласил друзей на ужин.
За ужином он был уже необычно весел и, встречая гостей на пороге своей квартиры, сразу заговорил:
- Я провернул отличную операцию: написал, что Жора Тряпочкин завербован Омаром и получил от него деньги, на которые и нанял Резу. Убийство Бори - всего лишь разминка перед убийством нашего президента. Здорово придумал, правда?
- Ты думаешь, что тебе поверят? - засомневался Шипучка.
- Как миленькие поверят! - заверил его Маврикий Матвеевич. - Абдурахман? И вы с ними? Не ожидал вас с ними, если честно.
- Он со мной. - улыбнулась Конфетка.
Подполковник настолько улетел в облака, что не заметил, с каким тоном произнесла Конфетка последнюю фразу, да и фразу вряд ли заметил, да и вообще свой вопрос он ставил как чисто риторический.
За ужином он неожиданно предложил включить Абдурахмана в отряд особого назначения "Чёрный крокодил".
- Четыре члена банды символизируют четыре лапы крокодила. - покачал головой Шипучка. - А где вы видели пятилапого крокодила?
- Ты, Шипучка, не лапа, а голова. - наставлял Маврикий Матвеевич. - Выходит, что у крокодила всего три лапы. Калека какой-то.
- Да, Шипучка, я очень хочу стать членом банды! - изъявил своё желание Абдурахман.
- Ну, сначала голова, потом хвост с ушами. - улыбнулся "голова". - Но, в принципе, я не против твоего членства, Абдурахман. А вы, девочки?
Конфетка горячо поддержала эту идею, Акакий ответила категорическим "нет", а Кефирок просто пожала плечами.
- Ладно, возьму тебя, Абдурахман, в банду, но сначала ты должен пройти испытательный срок в два месяца.
- Гип-гип, ура!!! - гаркнул Маврикий Матвеевич и ударил кулаком по столу, а Шипучка с Абдурахманом пожали друг другу руки.
Беседа пошла ещё развязнее и веселее. Но очень скоро Маврикий Матвеевич заметил, какими взглядами обмениваться Конфетка и Абдурахман и уже успел пожалеть о своём предложении включить Абдурахмана в состав "Черного крокодила". Это враз испортило ему настроение.
А тучи только начали сгущаться над подполковником...
