Ждут самолета или поезда, отправления или прибытия, разлуки или встречи. Зал ожидания – это зона предвкушения. Знаешь, что что-то будет, ждешь этого чего-то. И даже мандраж какой-то. И легкое покалывание на кончиках пальцев.
Вечер. Зал ожидания. Чуть приглушенный свет.
А позади – прощанье. А на руках – билет.
Да за окном сверкает, как поутру роса,
После дождя сырая взлетная полоса.
«Не посмотрите за сумкой?»
В детстве я ездила много. На далекие расстояния. А когда едешь далеко, то каждый вокзал/аэропорт – место для привала. И порой ведь, правда, могли «разложиться» как на пикнике: доставали газету, расстилали на стуле, раскладывали еду. Когда следующего рейса ждать несколько часов, голод неизбежен. Точек питания практически не было. А если и были, то народу в них – не протолкнуться.
Помню, была одна пельменная в Екатеринбурге, куда мы с родителями заходили несколько раз, будучи проездом. Пельмени там подавали на пластиковых тарелках, с пластиковыми же вилками. И со сметаной. Вкуснотища редкостная.
Тогда в залах ожидания все было как-то просто: хочешь – ешь, хочешь – спи. Причем некоторые могли это делать на полу, опять же, расстелив газеты. Сидячих мест на всех не хватало. Когда нам удавалось занять только два места на семью, сидели по очереди: если мы с мамой отдыхаем, папа с братом «гуляют» по вокзалу. Тут и там можно было услышать сакраментальное «не посмотрите за сумкой?». И в ответ тут же получить «да». А потом времена клетчатых баулов прошли, и все стало сложнее. Теперь сто раз подумаешь, прежде чем согласишься (мало ли, взрывчатка, наркотики, «развод»). Да и не просит уже никто – тоже не доверяют.
Зал на одного.
Самый странный зал ожидания, в котором мне довелось побывать, был в Пуровске, на ж/д вокзале. Собственно, сам вокзал из одного зала и состоял. Большая комната, по периметру которой расположены 20 стульев. А еще окошко кассы и несколько дверей. Когда я вошла внутрь, там никого не было. Посему я могла вольготно расположиться на любом из мест. Есть после перелета не хотелось. Взялась за книжку. За пару часов зал наполнился людьми, а меня обуял голод. Но атмосфера была настолько камерной, что трапезничать было неудобно. Только когда стало совсем невмоготу, я достала из сумки пирожки. В зале было так тихо, что казалось, все слышат, как я жую. Чем тише я старалась это делать, тем ужаснее выходило. Было все это 3 года назад. Не знаю, как зал ожидания в Пуровске выглядит сейчас, но рискну предположить, что по-прежнему.
Роза на длинной ножке.
Залы ожидания в больших городах – совсем другая история. В них нет такой камерности и провинциального уюта. А часы между рейсами не кажутся столь долгими. По крайней мере, пока не обойдешь все киоски, магазины дьюти-фри и кафе. Оставишь в них кучу денег, наберешь ненужной ерунды, и только тогда усядешься и займешься чем-нибудь полезным. Несколько лет назад мы с тогда еще будущим моим мужем договорились встретиться в Питере. Он прилетел туда из Тюмени, я – из Оренбурга. Спускаюсь в зону встречающих, утомленная перелетом и напуганная масштабами аэропорта (это Пулково, детка), а там – он. Улыбается, сияет. И с ним красная роза на длинной ножке. Мы тут же отправились гулять по весеннему Питеру. Роза гуляла с нами, во весь рост выглядывая из сумки. Лучший зал ожидания – где тебя ждут.