Карен Шахназаров известен современному ТВ зрителю прежде всего как участник политических ток-шоу, но в моей системе координат остаётся прежде всего режиссёром,,,
– Вы в курсе, наверное, что ведутся разговоры отказаться от французской модели поддержки государством кинематографа, а просто рассматривать это исключительно как бизнес? Как в Голливуде.
– Но это невозможно.
– Невозможно в наших условиях?
– Нет, этого нигде нет.
– А в Америке разве не так?
– Мы забываем, что американское кино – вообще такой огромный организм. Это же не один Голливуд. И там огромное число картин, которые делаются с всевозможной поддержкой, не прямой, так скажем, но каких-то фондов, государственных организаций, Министерства обороны, между прочим. И это не вполне такое вольное движение, понимаете? А что касается Европы, в Европе нет ни одной страны, где нет поддержки. Вообще в мире нет таких стран.
– У вас же как раз в финале фильма «Белый тигр» словами Адольфа Гитлера говорится о том, что Россия – это не Европа. Что Европа должна России противостоять.
– Но это не я, а Гитлер говорит.
– Это понятно. Но очень доходчиво там это объясняется. Про «Мосфильм» всё же. Визуально за эти годы, которые вы помните, что-нибудь сильно поменялось, или, условно говоря, сейчас можно снимать фильм о советском «Мосфильме», ничего не добавляя и не убирая?
– Нет, я думаю, с советским временем уже трудно сравнивать. И особенно внутри по-другому совсем. Мы всё перестроили, конечно. Провели полную реконструкцию. Я помню, конечно, советский «Мосфильм», который был в не очень хорошем состоянии.
– Разве? Это ведь был флагман отрасли.
– Он был, конечно, флагман, но я помню как Куросава снимал «Дерсу Узала» на «Мосфильме». И помню его пресс-конференцию в третьем зале. Ему задали вопрос: «Как вам работалось?». Он говорит: «У вас замечательные работники, профессионалы, и я очень благодарен им, но, – говорит, – я не очень понимаю, почему вы не можете туалеты сделать». Это правда.
С этой точки зрения, в общем, проблемы «Мосфильма» начались не в 90-е годы, они начались, конечно, в советское время. Когда мы павильоны перестраивали, мы столкнулись с тем, что вентиляция не работала уже с 1978-го года.
– Я думал, в советские времена это всё поддерживалось.
– Нет, Советскому Союзу, конечно, не хватало, я думаю, ни средств, ни сил. И, конечно, не было технологий, которые сейчас есть. Поэтому с этой точки зрения «Мосфильм», конечно, намного лучше, чем в советские годы. Но другой вопрос, с творческой точки зрения – советское кино я считаю на сегодняшний день выше классом, чем российское.
В советский период уровень художественных идей был выше. Вот я пришёл в 70-е годы.
Кто работал на студии? Рязанов, Данелия, Гайдай, Тарковский, Шипитько, Климов, Михалков уже начал работать, Кончаловский, Алов и Наумов, Лотяну, Райзман, Бондарчук.
А заметьте, что хотя «Мосфильм» всегда был самой крупной студией, но были такие же заметные имена на всех пятнадцати студиях СССР. На «Ленфильме», на Студии Горького, киевской Студии им. Довженко». Понимаете? То есть, на самом деле кино – это личности. Такого количества фигур в современном российском кино нет.
Широкую известность Карену Шахназарову как режиссёру и сценаристу принёс вышедший в 1983 году на экраны СССР музыкальный фильм «Мы из джаза». Эта лента, названная по опросу читателей журнала «Советский экран» лучшим фильмом года, была удостоена также нескольких международных призов. С 1985 года являлся членом КПСС. С 20 апреля 1998 года — Генеральный директор, Председатель Правления Киноконцерна «Мосфильм». «В кинопроизводстве есть две составляющие: творческая и техническая. Творческая превалирует. Но и техническая сейчас также очень важна — качество звука, изображения и т. д.» — сказал Карен Шахназаров в телепередаче «Магия кино» (телеканал «Культура», 12 января 2011 года).
Карен Георгиевич считает, что современному российскому кино не хватает самоидентификации и общей идеи, какая была в советском кино, а также не хватает личностей. Он отмечает, что сейчас по пальцам можно перечесть действительно талантливых режиссёров. Кроме того, считает директор «Мосфильма», сейчас намного сложнее получать кинематографическое образование, так как в кино часто идут люди, уже окончившие вуз. Соответственно, если у человека нет средств, то он просто не может получить кинообразование