(Этот канал посвящен детству. Мой тесть, Иван Андреевич Губарь, написал воспоминания о своем детстве в послевоенной белорусской деревне. Мне они настолько понравились, что я решил познакомить читателей с отрывками из этой книги).
Продолжаю свой рассказ о "репрессированных" сельхозкультурах, о зловредных свойства которых мы и не подозревали. В прошлый раз я рассказывал про мак, который считался несерьезной культурой.
Совершенно иное отношение было к конопле. Огромные площади для ее посевов выделялись на колхозных полях. Растение высотой до 2-х и более метров имело на стебле очень прочные волокна, из которых после обработки получались хорошие веревки. Но прежде чем получить готовую продукцию, нужно было изрядно поработать.
Вырванную с корнем коноплю вначале хорошо высушивали, после чего обмолачивали. Вначале это делалось цепами, а с появлением автомобилей приспособили их. На грунт расстилали большой брезент, на него головками друг к другу укладывали коноплю и по ней катался грузовик. Освобожденную от зерен тресту (треста – это обработанная конопляная солома) на несколько дней замачивали в реке. Через неделю к реке из-за отвратительного и дурманящего запаха невозможно было подойти.
А мы не только подходили, но и в воду лезли. Ведь на замоченных снопах конопли, подняв клешни, сидели в большом количестве ошалевшие раки. Набирали их ведрами и на кострах в чугунах варили. Между снопами можно было руками поймать ошалевшую от конопляного дурмана рыбку.
Через какое-то время вымоченная в воде треста расстилалась на скошенном лугу и лежала там, заросшая травой, примерно около месяца, после чего ее собирали и свозили в гумно, оборудованное специальной сушильной печью. Зимой женщины при помощи мялок и прясел освобождали стебли от тресты. Очищенные волокна сдавались государству. Часть шла на внутрихозяйственные потребности.
Производство веревок разного диаметра и длины было налажено одинокой бабушкой, жительницей нашей деревни. Она работала в основном на колхоз. Но любой житель деревни мог заказать веревку для подвязки пасталов (лапти), вожжи для упряжки, крепкую веревку для перевозки дров, сена и т.д. Технология изготовления не запомнилась, но это было примитивное ручное производство, приводящееся в действие одной человеческой силой. Одна согнутая в дугу судьбой и временем бабулька обеспечивала колхоз и всю деревню крайне необходимыми в хозяйстве изделиями.
Из семян конопли давили хорошее, вкусное масло.
Меня же больше привлекали соцветия. Заготовленные осенью соцветия конопли использовались зимой для ловли щеглов. Делалось это просто. Из волос лошадиного хвоста или гривы делались маленькие силки. Силки привязывались к соцветию так, чтобы быть малозаметными. Орудие лова готово.
Осталось только привязать его повыше на грушу или яблоню. Дальше процесс шел по такому сценарию. Прилетел любитель полакомиться. Сел на коноплю. Съел одно два зернышка и запутался в силках. Теперь нужно залезть и взять добычу, которую я почти всегда сразу же отпускал. Держать дома не имело смысла. Петь они не пели, а ухаживать было нужно. Кроме того, птички всегда вызывали нездоровый интерес нашей домашней кошки. Содержание птичек в самодельной клетке не всегда обеспечивало их безопасность. Зачем я их ловил – сам не понимаю.
(Полный вариант книги Ивана Губаря "Однажды в детстве, после войны" можно прочесть здесь - https://author.today/work/61027)