Ивасёвы просрали весну. Леночка не купила ботфорты. А Паша забил на сапоги трубы - куда их теперь? Не в огород же. Сложно сказать, кто из них был более разочарован. Ждали потепления, откладывали деньги, мечтали съездить в обувной. Весенние сэйлы манили скидками. Горячими будто тот скраб для тела, что купила Леночка - для похудания. А, что с него теперь толку! Паша пьёт пиво. Горюет, бедняга. Сапоги-трубы снятся ему каждый четверг. Может сбудется, Паша? Леночка заедает горе пирожками. Потолстеют ляшки - ну и черт с ними. Не почувствовать им волнующего прикосновения чёрной замши. В доме Ивасёвых грустно. Ивасёвы просрали весну.
Ивасёвы просрали весну.
Леночка не купила ботфорты. А Паша забил на сапоги трубы - куда их теперь? Не в огород же.
Сложно сказать, кто из них был более разочарован. Ждали потепления, откладывали деньги, мечтали съездить в обувной.
Весенние сэйлы манили скидками. Горячими будто тот скраб для тела, что купила Леночка - для похудания. А, что с него теперь толку!
Паша пьёт пиво. Горюет, бедняга. Сапоги-трубы снятся ему каждый четверг.
Может сбудется, Паша?
Леночка заедает горе пирожками. Потолстеют ляшки - ну и черт с ними. Не почувствовать им волнующего прикосновения чёрной замши.
В доме Ивасёвых грустно.
Ивасёвы просрали весну.
