В советском Политбюро к Косыгину многие относились с опаской. И не случайно: в 1970-х Алексей Николаевич действительно был одним из самых популярных политиков в стране, а, кроме того, большим профессионалом.
На его счету – не только знаменитая реформа и работа по организации «дороги жизни» в блокадный Ленинград в Великую Отечественную, но и много других добрых дел.
Спортсмен, а не болельщик
На фоне немолодых коллег он отличался отличным здоровьем, которое стало давать сбои уже в последние годы премьера. В юности Алексей Николаевич был профессиональным спортсменом, занимался академической греблей – спортом, требующем выносливости и безупречной спортивной формы. В конце 1930-х будущий премьер даже стал чемпионом (города Ленинграда) в этом виде спорта.
В солидном возрасте он катался на байдарке летом. Зимой вставал на лыжи. Играл в волейбол. Совершал длительные пешие переходы по горам, когда был в отпуске. В Кисловодске сохранилась «косыгинская» тропа здоровья, по которой регулярно прогуливался премьер.
А вот болельщиком назвать его было сложно. Конечно, он ходил вместе с Леонидом Ильичом на хоккей. Но, как говорят, делал это исключительно за компанию. Даже во время Олимпиады-1980 Косыгин был замечен лишь на церемонии открытия, а затем - на решающих соревнованиях по академической гребле. Всё.
Выходка на заседании Политбюро, за которую Косыгину ничего не было
Рассказывают, что однажды имел место беспрецедентный случай: Алексей Николаевич демонстративно встал и ушёл с очередного заседания в Кремле, когда его коллеги во главе с Леонидом Ильичом вдруг начали бурно обсуждать хоккейный матч, состоявшийся накануне.
- Мы вообще-то тут о государственных делах говорим! – заметил Алексей Николаевич перед тем, как выйти.
Судьба любого другого кремлёвского небожителя после подобного могла быть предрешена. Однако Косыгина терпели, ведь без его участия решить многие проблемы было просто нереально.
Танец Косыгина с цыганами
Помощники политика рассказывают: Косыгин был сдержанным и не очень-то улыбчивым человеком. Он был строг к подчинённым (к которым при этом обращался исключительно на «вы», даже к тем, кто был значительно моложе его). Впрочем, за суровым видом скрывался обычный человек…
Однажды во время летнего отдыха в Сочи политик заглянул в ресторан «Лазурный», где в тот вечер играл цыганский ансамбль. Выступление оказалось столь зажигательным, что премьер не удержался и тоже вышел в танцевальный круг…
На следующий день об этом случае было доложено в ЦК. Косыгину пришлось объясняться в Кремле, ведь «подобное поведение» для главы советского правительства было недопустимо. Впрочем, всё обошлось воспитательной беседой и никакого наказания для Алексея Николаевича не последовало.
Почему он не носил Звёзды Героя
У Косыгина были две звезды Героя Социалистического труда, шесть орденов В.И.Ленина, а также орден Октябрьской революции. Надевать их Косыгин не очень-то любил. Однако муляжи Звёзд всегда были при нём - в портфеле охранника советского премьера, чтобы их можно было быстро закрепить на пиджаке.
Такая необходимость возникла после «случая с Соломенцевым», которому Брежнев на одном из мероприятий выговорил: «Почему Звёзду не надел?»
Соломенцев с тех пор старался не забывать про награду. А Косыгин продолжал ходить по-прежнему. Он не носил Звёзды Героя, равно как и другие многочисленные награды, просто потому что был скромным человеком.
Крамольная записка, оставленная перед уходом
Из состава правительства и Политбюро его исключили в 1980-м «по состоянию здоровья». К заявлению о своей отставке Алексей Николаевич добавил... постскриптум о необходимости омоложения верхушки Советского Союза и ротации кадров, указав на старение действующих первых лиц.
Текст должен был быть зачитан на очередной сессии Верховного Совета. Однако предварительно его подкорректировали, вычеркнув все крамольные моменты про возраст и необходимости молодых профессионалов с горящими глазами...