Люди, которые были чужды Богу, верят, что они стали Ему близкими, как только начали делать некоторые шаги, чтобы приблизиться к Нему. Даже самые образованные и просвещенные люди находятся по отношению к этому вопросу в том же неведении, как крестьянин, который считал себя имеющим благорасположение королевского двора, только потому, что он видел короля.
Хотя ты удерживаешься от пороков, которые вызывают в тебе отвращение, ты ограничиваешься менее сносными и живешь все-таки мирской, пустой и распущенной жизнью. Ты судишь о себе не на основании Евангелия, которым единственно ты должен бы руководиться, но судишь о себе, сравнивая со своей прошедшей жизнью.
Не хватает только, чтобы ты сам поднял себя в небо и беззаботно проспал бы все, что осталось сделать для твоего блаженства. Такое состояние быть может заставляет больше задуматься, чем приносимая неприятности безнравственная жизнь. Последнее по крайней мере, беспокоила бы совесть, пробудила бы веру и заставила бы сделать какое-то большое усилие, в то время как такое усыпление может заглушить и погасить мучения совести, утешить сердце ложным миром и через это сделать неисцелимым причиняемый вред.
Ты говоришь: «Я исповедал слабости своей прежней жизни довольно точно, я читаю хороши книги, я посещаю умеренно богослужения и молюсь, как я думаю, довольно охотно. От грубых грехов я удерживаюсь, но признаюсь, что не чувствую себя достаточно пробужденным и живущим так, чтоб не принадлежать мне к миру, и чтоб не иметь с ним ничего общего. Думаю, что религия была бы слишком суровой, если бы она отвергала такие достойные почитания характеры. Все эти требования благочестия, которые вы сегодня изыскиваете, заходят слишком далеко и скорее делают трусом, чем побуждают к доброму".
Такую речь ведет тепленький христианин, который не считается с тем, как велик наш долг перед Богом и как много и дорого обошлось достижения рая тем, которые дошли до туда. Такой человек далек от подлинного обращения. Очевидно он не знаком с высотой и строгостью Божьих законов и требований покаяния. Можно поверить, что если бы Бог доверил такому человеку написать Евангелие, то он из-за самолюбия смягчил бы требования Евангелия. Но Евангелие неизменно и на основании его нас будут судить.
Возьми же себе при первой возможности руководителя верного и не бойся ничего более, чем самовнушения и обманчивых воображений.
Из Франсуа Фенелона