Маски, маски… Люди в масках.
До появления вируса мы тоже пользовались масками. Чтобы быть принятыми в обществе, чтобы чувствовать себя в безопасности, мы подбирали эти маски, как одежду по погоде.
И в зависимости от выбранной маски вели себя по-разному.
Пошёл человек, на работу, надел деловую маску, и вот все живые эмоции, личные переживания спрятаны от посторонних глаз. Человек с виду сосредоточенный, поглощённый трудовым процессом.
Когда хотелось понравиться при первом знакомстве, надевалась маска доброжелательности. Человек изображал то, что вызовет одобрение у тех, чьё расположение он хотел завоевать.
Когда не хотелось показывать своё истинное настроение, надевалась маска весёлости.
Много каких масок мы примеряем в своей жизни в зависимости от ситуации, окружения, места и от людей, с которыми общаемся.
Но сейчас в нашу жизнь вошла другая маска.
Медицинская. Она закрывает лицо.
В такой маске всегда помнишь о серьёзности ситуации, о вирусе. Уже не хочется лишний раз что-то говорить, да это и неудобно.
Маска на лице ежесекундно напоминает правила новой игры: ИЗОЛИРУЙСЯ!
Чем больше ты будешь сидеть в своём мире, в своей квартире, тем для тебя лучше.
Словно сама жизнь изолировалась от нас, как от вирусов. Не дыши на неё! Лучше в тряпочку! В масочку! И быстрее беги в свою норку…
Ощущения в маске странные: будто ты наказан и сидишь в своей одиночной камере и думаешь над своим поведением.
Смеяться в маске уж точно не хочется. Улыбка на карантине. Замерла. Не шевелится. Не дышит.
Наблюдаю я и за своими ощущениями от маски, и за тем, как эти меры защиты и маски влияют на людей.
Есть у нас с мамой соседка по даче, Нина.
Заборчик, разделяющий наши дачные участки, старенький, а калитка чисто символическая.
Раньше мы свободно ходили друг к другу в гости, делились рассадой, секретами выращивания хорошего урожая. После трудов праведных пили вместе чай и общались.
Всё было душевно, доверительно и тепло. Нам не нужен был забор, не то, что калитка. Мы дружили дачами.
А в этом году соседка Нина удивила.
Когда мы с мамой её увидели, то помахали ей, как обычно, в знак приветствия со своей дачи. Соседка поздоровалась очень сухо, и указала на забитую крест- накрест калитку, тем самым уточняя: «Вход воспрещён!».
Мы с мамой кивнули: «Хорошо. Принимаем эти условия». Хотя мы и не собирались вести себя, как раньше, устраивать дружеские посиделки, но ощущения остались неприятные.
И вот что мне интересно, а где наша соседка настоящая: та, прежняя, доброжелательная, улыбчивая или та, что сейчас, в маске, закрывающей лицо, но раскрывающей внутренние страхи, побуждающие заколотить покрепче калитку?
Может быть, новый режим выявляет в нас то, что было с нами всегда, но сидело не проявленным? А теперь всё всколыхнулось и вышло на поверхность?
Надо привыкать к тому, что люди начали по-другому себя вести. Многие напуганы и замкнуты. И не желают общаться, даже на большой дистанции друг от друга.
Когда-нибудь мы обязательно снимем медицинские маски. И, я думаю, нам придётся заново знакомиться и с окружающими нас людьми, - вроде бы давно знакомыми, но ставшими другими. И с этим изменившимся миром…
Будет ли это знакомство приятным? Поживём – увидим…
А как на Вас влияет масочный режим?
Пишите. Буду Вам очень благодарна.