Путешествие А.С. Пушкина по Пугачевским местам было одно из самых продолжительных. Более длинной чем эта его поездка было путешествие в турецкий Арзрум, куда "невыездной" поэт самовольно отправился четырьмя годами ранее и получил "Высочайший выговор".
Но на этот раз путь был свободен и коляска поэта мчалась по дорогам России три месяца, обгоняя письма начальства, предписывавшие секретный надзор за поэтом.
Поэт был в Нижнем Новгороде 2 и 3 сентября 1833 года. Мало сохранилось информации о том, где именно он побывал в нашем городе. Те сведения, что дошли в основном взяты из писем поэта к жене.
Вечером 2 сентября он писал ей:
"Гляделась ли ты в зеркало, и уверилась ли ты, что с твоим лицом ничего сравнить нельзя на свете, - а душу твою я люблю я ещё более твоего лица..."
Но есть ещё источники, которые ярко отражают характер и манеры Пушкина.
Из всех воспоминаний о поэте, пребывавшем в Нижнем Новгороде, наиболее ценны те, что о званном обеде в доме губернатора М.П. Бутурлина в воскресенье 3 сентября 1833 года.
Хоть они и записаны со слов героинь этого обеда много лет спустя и у некоторых исследователей вызывают скептическую ухмылку, всё же воспоминания дают определенный цвет портретам Пушкина, оживляя его и делая более приземленным.
Дом губернатора стоял на Большой Покровской улице, напротив и наискосок от дома Дворянского собрания.
Итак, давайте ворвемся незваными гостями на званный ужин к генералу Бутурлину и познакомимся сначала с дамами, сидящими за столом.
За стол с поэтом одни историки усаживали множество известных людей: архитекторов, музыкантов, но потом это всё опровергалось другими историками и сейчас, кроме хозяев дома - губернатора Бутурлина и его супруги Анны Петровны, не вызывает сомнений только присутствие дальней родственницы молоденькой и незамужней тогда Лидии Петровны Стремоуховой.
Спустя много лет, будучи уже вдовой он вспоминала эту встречу, а журналист Николай Граве воспоминания эти записывал:
"Я редкий день не бывала у Бутурлиных - Анна Петровна меня очень любила. Третьего сентября она прислала за мной коляску... В этот день у бутурлиных обедал молодой человек... Я запомнила наружность этого гостя: по виду ему было не более 30 лет. Он носил баки. Немного смуглое лицо его было оригинально, но не красиво: большой открытый лоб, длинный нос, полные губы - вообще неправильные черты; но что было у него великолепного - это темно-серые с синеватым отливом глаза, большие, ясные!
Нельзя передать выражения этих глаз: какое-то жгучее и при том ласкающее, приятное. Я никогда не видела лица более выразительного: умное, доброе, энергичное. Когда он смеялся, блестели его белые зубы. Манеры у него были светские, но слишком подвижныя. Он хорошо говорил; ах, сколько было ума и жизни в его неискусственной речи!
А какой он веселый, любезный - прелесть! Этот дурняшка мог нравиться. Обед кончился. Все перешли в гостиную. Прошло не более часа - гость откланялся и уехал; он торопился в Казань."
В семейном предании Лидии Петровны сохранилось определение р ней как о "мимолетном увлечении Пушкина", возможно, с её собственных слов.
Говорят, что Пушкина не представили Лидии Петровне и она узнала о том, что это был тот самый поэт, только когда он уехал:
"Разве это был Пуш...?!"
Воспоминание Анны Петровны - жены губернатора, передававшееся из уст в уста в итоге тоже было записано и рассказывало о манере поэта говорить, а именно шутить:
-Что же вы делали в деревне Александр Сергеевич, скучали?
-Некогда было, Анна Петровна. Я даже говорил перед мужиками проповеди... Да, в церкви с амвона. По случаю холеры. Увещевал их: "И холера послана вам братцы, оттого, что вы оброка не платите, пьянствуете. А если вы будете продолжать также, то вас будут сечь. Аминь!"
Определенно Пушкин в тот вечер был в ударе! А в следующей статье познакомимся с хозяином дома - губернатором Бутурлиным, узнаем, что думал о Пушкине он, что думал о нем сам Пушкин и при чём тут Гоголь?
Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал! Скучно не будет=)