С самого начала не задалось. Как чувствовал, не надо ехать, но в последний момент решил, что это просто трусость, слабость загнанного в угол. Не по-мужски как-то. В общем, сам себя взял на слабо и бросился в омут с головой.
Уже на корабле пожалел. Как выяснилось, копеек в кармане не хватило даже на самую ничтожную булочку, засиженную мухами в греческом буфете. Пришлось глотать слюну все путешествие и задыхаться от жажды. За воду тоже надо платить. А плыть до острова предстояло около суток.
Если первое плавание я почти не запомнил, три часа пролетели как три минуты, второе так же не оставило заметного следа, я всю дорогу, вместе со случайными попутчиками, двигал шахматные фигуры, пытаясь понять где ошибаюсь, то третье запомнилось надолго.
Мы попали в шторм в Эгейском море. Последнее китайское предупреждение лично мне.
Кораблик сразу показал свою сущность. Нет, он не стал тонуть, но размеры его заметно уступали парому и высоким океанским лайнерам, на которых довелось плавать до этого. Лодочку раскачало так, что все пошло ходуном. Я с детства не люблю болтанки и качели. У меня сразу начинает кружиться голова, лицо моментально зеленеет, как и содержимое желудка, вываливающееся наружу.
Конечно, мне стало плохо. Я проблевал половину пути, стоя на палубе и рискуя кувыркнуться в пучину вниз головой в особо опасных кренах судна, черпавшего огромные волны бортами.
Еще недавно, месяц назад, я сидел в комфортном кресле и наблюдал за спокойным морем, сейчас, посреди этого кошмара, я его ненавидел.
Непогода достигла такого градуса, что, как мне впоследствии рассказал Ерменков, капитан корабля всерьез задумывался повернуть обратно и отменить путешествие. Но, к моему несчастью, постепенно все улеглось, пик шторма мы благополучно проскочили.
Когда я смог более-менее самостоятельно передвигаться, как только спала в глаз зеленая пелена, я окинул взором компанию, меня окружавшую. О, боги!
На кораблике присутствовала все та же толпа болгар высокого шахматного ранга. Сплошь гроссмейстеры и международные мастера.
Где же обещанные слабаки?!
Васил Попчев, круглолицый невозмутимый болгарин, от которого за версту пахло рафинированной Европой. Рядом с ним — Крум Георгиев, насмешливый хитрый профи, давно «прописавшийся» в Греции, бывший на короткой ноге с «нужными» людьми. С организаторами и просто любителями шахмат, у которых водились деньги.
Именно острый нюх на возможные неплохие дивиденды привел Крума и его компанию на катер. Я в этой толпе никак не отсвечивал, являясь случайным «пассажиром» на болгарском празднике жизни. Ерменков, предложивший поездку из человеческих побуждений, в интриге задействован не был. В силу собственной значимости и обеспеченности, он просто наслаждался видами и обществом молодой девушки баскетбольного роста.
Донка совершенно не говорила по-русски, впрочем, как и вся болгарская молодежь. С падением Советского Союза братство двух славянских народов уже не казалось само собой разумеющимся.