Всю жизнь Виктор был категоричным донельзя. Если что-то решил - обязательно сделает. Даже если потом придется об этом жалеть.
отец и сын
И ведь есть о чем жалеть. Несколько лет тому назад он одни махом обрубил все отношения с Катей - девушкой, с которой встречался и строил насчет нее серьезные планы.
Почему ушел? Да решил, что их отношения зашли в тупик. Так зачем дальше мучать друг друга? Вот и ушел. Да не просто ушел, уехал в другой город, сменил номер телефона, а свой адрес никому не оставил.
За прошедшие несколько лет в жизни Виктора бывало всякое, в том числе, короткие романы. А так все больше работа. Он твердо решил, что для создания семьи он пока еще не созрел. Их неудачный роман с Катей тому печальный пример.
Это потом уже Виктор признавался, что на чужбине часто думал о брошенной им девушке. Нехотя признавался сам себе, что с ней было легко. Может, надо было не так резко? Может, надо было сесть да поговорить? Ведь он видел, как она пыталась что-то сказать, когда он уходил. Но… свобода и себялюбие оказались дороже.
Иногда мелькала шальная мысль: все бросить, вернуться в родной город, найти ее и… просто увидеть. А потом снова работа и работа.
Но однажды Виктору приснился странный сон. На первый взгляд ничего не значащий. Вот он идет по улице, и вдруг какой-то маленький мальчик подходит к нему и, называя папой, просит завязать ему шнурок на ботинке. А потом берет его за руку и куда-то ведет.
Виктор был технарем и прагматиком, в вещие сны не верил. Но этот сон про мальчика с развязавшимся шнурком почему-то прочно засел в голове. И он решил положить конец своим беспокойным мыслям.
Взяв отпуск, он прилетел на малую родину. И сразу приехал туда, где когда-то жила Катя. Дверь никто не открыл, ее прежний телефонный номер оказался нерабочим. И он решил подождать, сел во дворе на лавку.
Спустя три часа увидел их - Катю и державшего ее за руку смешного мальчугана лет двух-трех. И понял, что пыталась она сказать ему тогда, когда он уходил от нее.
Катя его заметила, заволновалась, сбилась с шага. Он подошел, забыв все, что хотел сказать. Молчала и она.
Первым заговорил мальчишка, переводящий взгляд то на одного взрослого, то на другого: «Мама, это мой папа вернулся, как ты и обещала?».
Катя лишь улыбнулась, а ребенок, восприняв улыбку как утвердительный ответ, несмело шагнул к Виктору, и вдруг посмотрел на свою ногу: «Ой, у меня шнурок развязался . Поможешь, папа?».