47. Skin
Джейми Белл рассказывает о своей карьере в роли Брайона "Бэбс" Виднера, татуированного неонациста, борющегося с избранным им путем белых сил, в оскароносной повести режиссера Гая Наттива о происхождении ненависти - и о возможных способах ее обращения вспять. С юных лет Виднер проповедует ксенофобию и разделение до тех пор, пока не встречает мать-одиночку Джули (Даниэль Макдональд). Ее любовь и обещание более здоровой семьи заставляют его пересмотреть свой жизненный выбор. Портрет пылкости трансформации и искупления, Кожа разделяет прямую, тревожную связь с нашим текущим геополитическим моментом. Не предлагая легких решений проблем, которые она представляет, это микро - анализ макро - кризис, сделанный трансфиксации бородавки Белла и все воплощение нетерпимости - этос коренится в вопросах гнева, неуверенности и изоляции, и исправимый (если вообще) только через сочетание боли и жертвенности.
46. It Chapter Two
Теперь взрослые, которых играют Джеймс МакЭвой, Джессика Честейн и Билл Хэйдер, клуб "Неудачники" возвращается в Дерри, штат Мэн, чтобы снова противостоять невыразимому злу в нем: Глава 2, Андрес Muschietti размашистый, управляемый персонаж компаньон пьесы к его блокбастер 2017 года. Как и прежде, злонамеренность этого анклава олицетворяет танцующего клоуна Пеннивайза (Билл Скарсгорд), нечестивого циркового урода, живущего в канализации, который пиршествует от страха, и чье жадное мщение к мести приводит к появлению лучших декораций фильма, в том числе к демонстрации в зеркальном зале. Но что по-настоящему возвышает сиквел Мюсхьетти, так это то, что он фокусируется на попытках своих ныне уже выращенных героев победить те тревоги, сомнения и сожаления, которые после детства стали их определять. Разрыв между временными периодами - это страшное изучение захвата прошлого над настоящим, жизненно важных - и часто едких - средств, с помощью которых воспоминания влияют на наше мировоззрение и самоощущение, а также трогательная ода силе общности. В паре со своим предшественником, это одна из лучших адаптаций Стивена Кинга.
45. Dolemite is My Name
Эдди Мерфи возвращает свою суперзвезду в "Dolemite is My Name", пронзительной биопеи, вылепленной в форме Эда Вуда и "The Disaster Artist" (от писателей первого) о Руди Рэе Муре, клоунском подражателе - развлекателе, который поразил его своей нецензурной рифмой, кунг-фу файтингом, дамской кроватью Dolemite. Прошло уже несколько десятилетий с тех пор, как Мерфи получил эту ужасающую энергию, его гигантская улыбка и дерзкие разговоры возвысили это неудачное усилие от Craig Brewer (Hustle & Flow), которое отслеживает преобразующее создание Муром как его знаменитого альтер-эго, так и семьи друзей и соавторов, которые помогли ему осуществить его мечты о сцене и экране. Мерфи, одетый в разнообразные шикарные разноцветные костюмы (в подходящих шляпах) и с тростью, которая помогает его стойке, превращает историю Мура в его собственное декларативное заявление о несравненной комедийной браваде - и ему нужна каждая унция этой харизмы, чтобы не отвлекать внимание от себя, потому что как режиссер/со-звезда Мура, жукоглазый, вспыльчивый Уэсли Снайпс чуть не украл у него фильм.
44. Tigers Are Not Afraid
С "Тигры не боятся", писатель/режиссер Исса Лопес вызывает в воображении современную сказку, корни которой уходят в травмы как личного, так и политического характера. В мексиканском городе, превращенном в город - призрак жестокими бандами наркоторговцев, юная Эстрелла (Паола Лара) вступает в колючий союз с группой осиротевших мальчиков во главе с Шином (Хуан Рамон Лопес), после того, как ее мать пропала без вести. Убедившись в том, что три мела, которые она получила от своего учителя, исполнили ее волшебные желания, Эстрелла пытается выжить в новых мучительных обстоятельствах на улицах, которые еще более усложняются двумя взрослыми головорезами, намеревающимися вернуть Шайну украденное у них имущество. Аллегорическая черта Лопеса, выраженная в фантастических выражениях Гримса (с примесью Гильермо дель Торо), не уклоняется от жестокой реальности своего сценария, часто с душераздирающим эффектом. Она накладывает заклинание на злобные образы ужасов, а также на движущийся портрет детей, объединившихся вместе, чтобы сформировать импровизированный клан - и в процессе этого мужественно столкнуться с миром, стремящимся уничтожить их, физически и психически, на каждом шагу.
Продолжение тут...