В терминах игральных карт карты являются частью социолекта геймеров, таким образом, что вокруг них формируются определенные идиомы. Она утверждает, что "эти международные идиомы имеют метафорический субкультурный репертуар, пересекающийся с литературной нормой на любом языке". Общий смысл ее эссе заключается в том, что игральные карты создают специфическую лексику, связанную с их использованием. Как бы важно ни было это утверждение, особенно с риторической точки зрения, оно не учитывает того, что игральные карты сами по себе являются символическими по своей природе, в отличие от того типа речи, который является генеративным от их использования.
Интересно, что, несмотря на их общее употребление и высокосимволическую природу, о значении карт написано не так уж много. Конечно, некоторые авторы написали об истории игральных карт, в частности о влиянии колоды Таро на современную стандартную колоду. Хотя стандартные игральные карты можно использовать для картомании, колода Таро чаще всего ассоциируется с гаданием. Интересно, что связь между картами и картоманией раскрывает лингвистическую силу игральных карт. По мнению Тибо, колода Таро и другие типы карт похожи на "природные языки, картоматические системы социально и этнически обусловлены". Другими словами, "картомания действительно является языком и состоит из двух элементов: механизма распределения карт, который генерирует предложения, и словаря, который объясняет значение каждой карты или идиоматическое сочетание карт".
Точно так же историки, изучающие игральные карты, напомнят нам, что четыре масти означают четыре сезона года, тринадцать карт в масти представляют лунные месяцы года, а когда вычисляются числовые значения каждой масти, то общее количество составляет 364. Если прибавить к счету джокера, то он становится 365, представляя таким образом количество дней в году. 52 карты в колоде также означают 52 недели в году, а 13 карт в каждой масти "равны тринадцати лунным месяцам в году". Кроме того, красный и черный цвета могут означать день и ночь, или "большое деление года на две равные части, от солнцестояния до солнцестояния и равноденствия до равноденствия". Таким образом, игральные карты, как произведения искусства, переводят символическое значение искусства в наше сознание.
Согласно Дж. Царю ван Ренсселаеру, карты использовались египетскими жрецами для общения с божествами. Как сообщает Гоггинрепорт, "среди египетских богов Тот характеризуется как великий изобретатель". Одним из его многочисленных новшеств является пергамент, который, согласно легенде, использовался для расшифровки знаков, на которые только что ссылались со стен храма. Ван Ренсселаер и другие предполагали, что изобретение пергамента придало переносимость этой семиотической системе, позволяя священникам брать знаки с собой и консультироваться с богами вне храмов с Тотом". Кроме того, "со временем выяснилось, что листья книг Тота более удобно носить в виде пачки несвязанных, незакреплённых таблеток, которыми можно было с большей лёгкостью манипулировать, а также раскладывать и читать как авгур". Таким образом, по мере того, как цыгане из поколения в поколение приносили такие карты в Европу, "эти скрижали становились игральными картами", так что "косточки на мастях - это последние остатки прутьев, брошенных на алтарь священниками Тота". Конечно, эти карты составляли начало колоды Таро.
Наряду с производством смысла посредством отображения символов, игральные карты помогают создавать - или, по крайней мере, усиливать или увековечивать - идеологический смысл. Как описывает Лотман, "игра" в игральные карты приписывает идеологический смысл таким образом, что это тонко и часто незаметно с учётом акцента на то, как карты функционируют в играх, а не как открытые политические послания:
Игра - это особый вид представления комбинации регулярных и случайных процессов. Благодаря ярко выраженной повторяемости (регулярности) ситуаций (правил игры) любое отклонение становится особенно значительным. В то же время, базовые правила не позволяют предсказать все "ходы", которые появляются как случайные по отношению к основным повторам. Это означает, что каждый элемент (ход) имеет двойное значение, выступая в качестве подтверждения правила на одном уровне и отклонения от него на другом. Двойное (или множественное) значение элементов заставляет нас воспринимать модели игрового типа как весьма значимые.
Кому-то может быть трудно в это поверить, но одна колода игральных карт фактически представляла собой все философское понятие Французской революции - пренебрежение традиционной монархией, неприятие общества на основе классов, сопротивление неравенству, охват. прав личности, надежды на экономически равноправную культуру и веры в справедливую правовую систему.