В романе “Ересь” жена живого классика Рекшана мечется по земному шару. В реальной жизни она тоже заметалась. Из Бомбея привезла мне баночку кофе, из Лондона - шоколадку, с Корсики - сигару, а из Иоханнесбурга - боевой зулусский барабан.
- Договорилась об издании твоей книги во Франции. Только все деньги мне. Подпиши бумагу, - говорит жена и протягивает листок.
Ха-ха-ха! - отвечаю я. - Толстой, вон, тоже подписал бумагу жене. После всю старость каялся.
- Гад твой Толстой! - кричит жена и хватается за нож.
- Толстого не смей трогать! - кричу я в ответ и хватаюсь за вилку.
Живет жена в Париже и это хорошо.
Сделав жену литературным героем некоторых книг, я шутливо наделил ее сверхестественными качествами, которые в реальной жизни не встречаются почти никогда. Например... Примеров много. Из романов качества передались жене настоящей. Но не буду о грустном. Лучше я расскажу трагическую хохму, траги-комическую, комическую...
Выучив французский язык за два месяца, и одолев конкурентов, жена живого классика получила стипендию и пишет диссертацию по экономике в Париже. Одним словом, жена живет в Париже и это хорошо. С острова Сен-Луи она звонит по всему свету, разным зам.министрам и министрам в Москву, узнает нужные цифры. Однажды, не застав кого-то из чиновников, решает позвонить Владимиру Пyтину в ФСБ, почему-то считая ФСБ чем-то вроде Федеральной Службы Банков. Узнает у столичных секретарш телефон. Дозванивается. Там снимают трубку и чекист-посредник предлагает представиться.
- Это Ирина Рекшан из Парижа! - заявляет жена экзальтированно, чекист-посредник думает, наверное, что погорела агентура, мгновенно соединяет с Председателем ФСБ Владимиром Пyтиным.
- Здравствуйте, Ирина, - раздается, знакомый теперь по телеэфиру вдумчивый и вкрадчивый голос.
- Здравствуйте, - подхватывает жена живого классика и для завязки беседы спрашивает: - Как там ваш банк?
Трубка молчит, затем будущий Президент возникает подозрительным вопросом:
- Какой банк?
Можно представить себе панику в госбезопасности: из страны НAТО звонят и открытым текстом спрашивают о тайных счетах, о золоте партии... Опытный чекист быстро успокаивается, объясняет молодому ученому о том, что ФCБ - это тоже самое что и KГБ. Разговор заканчивается. После звонка с телефонным аппаратом на острове Сен-Луи начались проблемы. Сюрте Женерaль или еще кто другой постоянно подсоединялся к номеру и мешал беседам.
При редких и не менее радостных встречах я жене живого классика говорил:
- Тебя там поставили на прoслушку и на наружное наблюдение. Тебя там, а меня здесь.
И действительно, идешь по улице, стоишь в очереди в кассу, выходишь в тихий и пустой осенний лес, и кажется - смотрит, смотрит кто-то на тебя снаружи подозрительно. Подозрительно и с любопытством.
- Если умру, то похорони меня на Литературных мостках. Будешь по выходным приносить цветы, - говорит жене, а та не слушает и отвечает: - Ладно, ладно. Кого-нибудь попрошу цветов принести.
Солнце садится за Варшавский вокзал. По проспекту звенят трамваи. Демократически настроенный россиянин, шатаясь, направляется к моей парадной, чтобы нассaть.
Хорошо жить.
ЭПИЛОГ
Купил я себе машину.
Старинный “Мерседес-Бенц”.
А вот куда ехать - не знаю.
Продолжение следует...
- Предыдущая глава
- В начало
- Спасибо, что дочитали до конца! Если тебе, читатель, нравится, жми палец вверх, делись с друзьями и подписывайся на мой канал!
Встретиться с автором и задать вопросы лично вы всегда можете в музее "Реалии Русского Рока", все подробности здесь. Также, если захотите, вы можете поддержать музей любым пожертвованием. Благодарю всех друзей Музея!