Под ногами хрустели тараканы. Он на ощупь пробирался к каждому окну, чтобы впустить свет в эти лабиринты и начать наводить порядок. Хоть немного света. Впервые за долгие годы.
Давно здесь не было психологов с попытками разобраться, что к чему. Заглядывали только некоторые из родственников и приближенных. Они что-то советовали, оценивали, осуждали. От этого выросла ещё дюжина блоков.
Следующие несколько лет он никого не впускал в голову, чтобы не болело. Ему казалось, что с тараканами лучше, чем с болью. Он просто жил, делая вид, что все хорошо. Даже перед самим собой. Даже по вечерам, когда никто не видит.
А когда тараканам стало мало места внутри, они начали вылезать наружу и причинять боль близким. От этого было ещё больнее. Ещё больше страхов, осуждений и стыда. Ещё больше, крепких как гранит, блоков. Это все казалось таким сложным, болезненным и безвозвратным, что, казалось, лучше прекратить все в один момент.
Не все набираются мужества, чтобы обратиться к специалистам. Это ещё один страх. А вдруг кто-то узнает, сколько там всего непонятного и страшного. А вдруг он сам узнает правду о себе.
Он решился в тот момент, когда бездействие стало невыносимым. Знакомое многим чувство.
Первым делом психолог спокойным голосом предложил: «Для начала попробуйте посмотреть в себя. Для этого нужно открыть окна. Давайте я вам помогу».
Он поверил, закрыл глаза и сделал первый шаг в темноту. Впервые за долгие годы.