Когда мы с моим будущим мужем только познакомились, была у него собака Грей. Который, кстати мужу то очков в копилку добавил, когда я к нему присматривалась, потому как муж за Греем этим ухаживал, и всегда собак был сыт и в тепле.
Грей этот был близкий метис ЗСЛ, а может и всамделишный ЗСЛ, охотничьего разлива. И была по сути, эта собака отца мужниного, на момент нашего знакомства, уже покойного.
Крупный, мощный, наглый кобелище серой масти, потому и Грей наверное. Жил он на улице в будке. Питался овсянкой с мясом, собственноручно хозяином варимой и холился как память об отце.
Вел он себя на свой собственный хохряк, как и все лайкоиды.
Рыл ямы вокруг будки, грыз забор, будку свою, ходил в самоволки по возможности, выл бывало по ночам, в общем развлекался как мог.
Меня он серьёзно не воспринял, но зря, т.к. настали у него перемены в жизни. Чтобы жилось ему посвободнее, муж с моей подачи сделал ему блок на троссе вдоль дома, переставил будку, чтобы было место побегать. Вдвоём они за 2 подхода выучили базовые команды: "ко мне", "сидеть" и "рядом", за мотивацию в виде бутерброда с маслом, Грей махом все освоил. И для развлечения ещё "дай лапу", "дай другую" и "вальс".
В жизни Грея появились противопаразитарые обработки, вакцинация и запрет на вытье по ночам.
Выть он любил, когда муж работал в ночную смену, я это музыкальное сопровождение не жаловала, потому как спать оно мешало мне сильно. Да и жутко звучало, в духе тамбовский волк - тебе товарищ.
В первый раз я с ним поговорила, мол, нефиг выть, ночью спать надо, по крайней мере мне.
Не воспринял.
Второй раз я предупредила, что буду бить.
Не поверил.
В третий, показала стимул в виде швабры и рассказала, что ею и бить буду за ночные песнопения.
Снова доводы остались без внимания.
Пришлось при начале очередного ночного концерта одеться, открыть дверь, показать швабру и сказать, что в случае продолжения серенад под окном, буду больно бить шваброй
Не внял и завыл снова.
Вышла со шваброй и применила обидное насилие в виде нахлестать шваброй по наглой серой морде. Морда была против, но метод оказался эффективным.
И впредь, если Грей начинал было запеснячивать с переливами ночью, можно было открыть форочку и сказать, что сейчас буду бить. Если вдруг тяга к пению была сильнее, то приходилось открывать дверь и показывать ему швабру.
Помогало.
Чем меня всегда забавляют и одновременно подбешивают лайки и их производные, так это наличием своего мнения на любой случай и предприимчивостью.
Грей рыл ямы, муж их закапывал, Грей приматывался к собственной будке своей же цепью, муж его распутывал, Грей постоянно находил бреши в изгороди вокруг участка и утекал на волю погулять, муж латал заборы. Холостяковали вдвоём и развлекались как могли, а тут я со своими порядками. Понимаешь ли. Будку переставили, цепью уже не обмотать, подкопа ни нарыть, потому как настил теперь есть, можно кости размять пробежками на блоке вдоль дома. Бутерброды с маслом дают не просто так, а за выполнение команд.
Чешут пуходеркой, даже моют иногда. Ну, не сильно мы друг друга любили с ним, но некое взаимоуважение было, соблюдали паритет.
Кроме ночных смен, у мужа бывали ещё дневные, когда он уезжал на работу спозаранку. После отьезда хозяина почти всегда, Грей истерически лаял, со всей душой и на максимальной громкости, пока не уставал. Та зима была снежная и у внешнего забора участка, где выход на улицу, образовался здоровенный, растущий сугроб, подползающий своей снежной массой к забору. С каждым снегопадом он рос.
Грей с утра провожая владельца, забегал на сугроб и орал оттуда на всех как мог, мордой на улицу. Очень ему это занятие нравилось.
И вот однажды, зимним морозным утром, когда хозяин отбыл на работу, Грей развлекал себя лаем как обычно, а я валялась в кровати, пережидая концерт, чтобы потом ещё поспать, когда лай закончится. Но, в этот раз собакин был в ударе. Он особо громко и с удовольствием орал, прыгая на сугробе.
И вдруг, моментально, вопли затихли. Я несколько удивилась, что концерт столь короткий и внезапно прекратился, но порадовалась, что можно поспать часок другой ещё.
Почему то, не обьясню почему, я все таки встала и выглянула в окно из любопытства.
Что же я вижу!?
Сугроб, забор. Грея нет, и цепочка его внатяжку за забор уходит.
И тишина!
В секунду напялив на себя халат махровый розовый, боты прощай молодость, я вымелась из дома, доскакала аллюром 3 креста до калитки и выскочила на улицу как чертик из табакерки.
И что же!?
За забором на собственной цепочке висел Грей, который как видно от избытка чувств, выкинулся во время утреннего лая за забор и завис, прощаясь со своей собачьей жизнью.
Мороз -30, Оля в розовом халате и ЗСЛ - самоубивец, жалистно висящий на цепи, пристегнутой к ошейнику, перекинутой через забор и максимально натянутой его весом. Началось в деревне утро!!!
И что особо впечатлило, так это жалкая попытка ЗСЛа спастись, которую он предпринял, упершись одним вытянутым пальчиком задней лапки в почву, другими частями тела он до опоры не доставал. Это так жалобно выглядело, до сих пор помню.
Подбегаю к висельнику - уже хрипит и глазки закатил бедняга, не дышит. Обнимаю, пытаюсь приподнять 30кг лайки, прощающихся со своей собачьей жизнью. Тяжело, ёлки!
Чуть-чуть удалось цепь ослабить. Одной рукой собаку по забору вверх пру, второй пытаюсь карабин отцепить. Никак на морозе! Не отстегивается! Не осиливаю одной левой то! Что делать?!
Ещё попытка. Приподнимаю кобелюку одной рукой, помогая себе коленом, пихаю его вверх, второй расстегиваю ошейник.
Грей падает на снег. Не сразу но, поднимается, хрипит, кашляет, плюется - дышит! Водит боками. Раздышался, глянул на меня с уважением, типа спасибо, и раз уж на улице, да без ошейника, покатил гулять хвост трубой!
Воспользовался моментом.
А я цепочку за забор на территорию перекинула, да и досыпать пошла. Довольная тем, что у Грея оказалась крепкая шея и он не сломал себе её сигая через забор спозаранку.
А то как то не приятно висящие на заборе трупики по утру....