Примечание: Бронислав Виноградский, друг и товарищ Сергея Доренко, обещал приехать на интервью, в итоге задержался минут на 10. Поэтому в начале отвлеченный разговор по новостям и ситуации с коронавирусом, как она выглядела 28 февраля.
А.ОНОШКО: Доброе утро всем. В студии Анастасия Оношко. Наш сегодняшний гость пока задерживается, он будет где-то минут через десять. Это Бронислав Виногродский. Должен быть. Но, я вывесила переписку с ним свою последнюю, сегодняшнюю. Он написал мне: “Еду.” Я написала: “Ура!” А он говорит: “Осталось только доехать.” Я пишу: “ахахахаха, мне тоже! Даст бог, увидимся.” Так что, на самом деле, на самом деле - мы ничего не знаем о будущем. Мы ничего не знаем о том, что произойдет через секунду. Поэтому - мы ожидаем, что Бронислав Виногродский будет здесь, но на самом деле мы не знаем. Что на самом деле будет.
Давайте не будем отходить от наших традиций: десять часов - шесть минут и мы посмотрим на курс доллара. И Евро. Потому что сейчас и сегодня это одна из самых, наверное, любопытных тем, кроме темы нашего противостояния с Турцией, которая тоже естественно очень важна, особенно ввиду возвратности -- не возвратности авиабилетов, брони и так далее. Но мы сейчас попробуем обе эти темы быстро охватить. Доллар сейчас, сию минуту, сию секунду: шестьдесят семь рублей, три копейки стоит. Евро, если покупать евро, то вам придется заплатить семьдесят три рубля, семьдесят две копейки. Это очень большой рост, потому что еще буквально пару дней назад все было иначе. Меньше семидесяти стоил Евро. И доллар соответственно стоил... Сколько стоил доллар? Буквально три дня назад, я сейчас с ходу не скажу. Я, почему-то, на евро обращала внимание. Потому что я все время в голове думала, что он восемьдесят или семьдесят, а потом с удивлением обнаружила, что меньше. А сейчас оказывается все обратно вернулось. Какие перспективы у рубля? Почему он сейчас так резко, внезапно растет? Есть ли какие-то объяснения? Пока мы видим констатацию. Объяснение этому явлению, пожалуйста, прямо сейчас, на телефон на наш прямой позвоните и расскажите нам. Конечно дергается рука сейчас, если у вас есть деньги - рубли, купить долларов, наверное. А с другой стороны может быть и не стоит. 495-й код, 73-73, 94-8. "Запомните этот твит". Помните? Это Варламов по-моему написал, когда в первый раз поехал и поскакал у нас вместе с ценами на нефть рубль. Были скептики, которые говорили, что все, там это будет и сто и трехзначные цифры когда появятся, и что будут делать обменники, у которых окошечки всего двузначные, вот что они будут делать? Надо будет им покупать новые таблички. А другие говорили "нет-нет-нет", сейчас все вернется, откатится. Но в итоге все просто замерло в каком-то положении. Нефть Brent: пятьдесят долларов, шестьдесят два цента прямо сейчас. Соотношение евро/доллара: 1.10. 73-73, 94-8. Кто может объяснить, что происходит с рублем и какие у нас перспективы - звоните. Алло, здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте Анастасия, Павел. Ну на самом деле все просто. Доллар и евро являются защитными активами в случае каких-то нестабильностей. Это связано с распространением и худшими ожиданиями от коронавируса. И плюс последние события с Турцией. В ожидании возможной эскалации конфликта.
А.ОНОШКО: Слушайте, ну давайте начнем с коронавируса тогда. А как он может укрепить доллар? Я не очень поняла до сих пор.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это защитный актив. То есть у нас их не так много. Один из них это золото. То есть растет как непосредственно золото в цене, так и компании, которые занимаются добычей и переработкой золота. Второй момент это валюты. Евро и доллар, ну это просто так вот принято. Поэтому всегда в период нестабильности доллар будет расти.
А.ОНОШКО: Но почему такой резкий скачок? Ведь коронавирус, мы про него знаем уже два месяца или больше.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну вы видите как сильно упали рынки? Вчера только американские рынки более трех с половиной процентов просели. Сегодня просадка продолжается. За эту неделю уже там по некоторым активам просадка достигает десяти и более процентов. Нефтяные акции упали в цене более чем на тринадцать процентов.
А.ОНОШКО: Но я слышала комментарии о том, что рынок американский рос-рос-рос последние десять лет и все были бычьи настроения. Поэтому в принципе вот этот откат, он как бы такой корректирующий, ничего страшного на самом деле. То есть это выглядит неожиданно, может быть, для обывателя, а на самом деле это просто обычная коррекция. Вы как к этому?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну я еще в декабре сказал, что количество денег на фондовых эээ... на биржах, оно сейчас серьезно. Ну когда биржи достигают исторических максимумов, обычно да, происходит откат. Но здесь, кроме того, вот этот негативный фон информационный, он дополнительно подталкивает к падению соответственно реального сектора и к росту защитных активов. Так было и будет.
А.ОНОШКО: А ваш прогноз, если коронавирус, допустим, плохое будет развитие всей этой ситуации? Будут закрываться страны, будут закрываться производства, вот так вот, ну какое-то время. То вот что тогда дальше будет происходить? Такой вот апокалипсис экономический, как он вам видится? Просто будут дальше дорожать золото, доллар и евро? И все, и они останутся единственными нашими, последними что у нас есть?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Тут сложно предсказать, если масштаб будет реально серьезный, и это вызовет панику, именно здесь вопрос даже не столько в негативной информации для нас, а сколько вот именно в панике. И если это панические настроения вызывает, то соответственно происходит лавинообразный рост. Вполне возможно, что у нас рынки увидят исторический минимумы в скором времени. Ну и защитные активы соответственно будут дорожать.
А.ОНОШКО: А обывателю что? Как всегда ничего не делать, не дергаться если у вас меньше ста тысяч, вообще ничего не предпринимать? Или что-то можно? Предохранить?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, я думаю, что ничего не надо делать. Лучше не дергаться сейчас никуда, потому что неизвестно что это. Либо это целенаправленное раздувание пузыря, который образовался уже за эти последние месяцы. Либо это реальная какая-то проблема. Потому что я, например вот для себя не вижу информации о том, что коронавирус сильно разгулялся в Штатах. В основном это у нас Италия, Европа...
А.ОНОШКО: Ну это пока. Мы же не ждали, что будет Иран, что будет Италия, Европа. Ну в смысле, мы думали... Вы вот не думали так же? Что сейчас это там схлопнется, там же где-то, на территории Китая. И все. Не было у вас таких ожиданий? Надежд?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ну как, было уже, несколько раз. И надежды остаются, что это так. И вот лично для меня, проявляется это, так скажем, теория заговора... почему в США нет вспышки? Во всех странах, экономически развитых...
А.ОНОШКО: Ой, ну не надо! Ну вы же видите, каждый день ситуация меняется. Ну кто мог подумать, что в Иране будет что-то, кто мог подумать, что в Италии? Ну сейчас все заболеют.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Каким-то удивительным образом вышибаются противники экономические и политические Штатов.
А.ОНОШКО: Вот вы прям до такой степени? Ну хорошо, спасибо! Только что было такое рассуждение интересное экономическое... и тут вдруг мы перешли на теорию заговора. Внезапно! Но я хочу добавить последнее, что золото, я вот посмотрела цену на золото: три, четыреста семьдесят три сейчас, а в последний раз - три, двести девяносто семь, было примерно шесть месяцев назад. Ну то есть действительно, на фоне даже года сейчас скачок, да за год такой цены не было. А за три года сейчас посмотрим... и тоже не было, и за три года даже не было такой цены.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Все китайцы!
А.ОНОШКО: Все китайцы. А вы слышите кто к нам пришел? Все-таки встреча состоялась. Здравствуйте!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Добрый день.
А.ОНОШКО: Китаист. Переводчик. Эмм... Мистик... можно так вас называть?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Можно. Вообще веселый парень.
А.ОНОШКО: Веселый парень?!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Веселый дедушка называется...
А.ОНОШКО: Дедушка, да. Я смотрю вам нравится этот образ, да?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Мне очень нравится, да-да-да.
А.ОНОШКО: Вы когда в него начали входить? В каком возрасте?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Слушай... Наверное лет... ну года четыре-пять, вот так вот...
А.ОНОШКО: Всего?!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да-да-да.
А.ОНОШКО: А Шойгу когда? Шойгу, когда говорил Сергею "и дедушку возьми"
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Не, ну это он меня назначил конечно. Он меня назначил дедушкой, Шойгу в свое время.
А.ОНОШКО: Ну это было вам сколько лет?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: А я черт его знает уже, поди вспомни... Но так он меня и не пригласил, куда-то. Он же обещался "дедушку пригласить" Сергею, да?
А.ОНОШКО: Да. Так надо выйти с ним на связь.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: А я лучше с Сергеем выйду на связь, чтобы он там помутил.
А.ОНОШКО: Ахахах! У меня, кстати, был вопрос от слушателя. Я же начала вопросы собирать до нашей сегодняшней встречи. Интересный вопрос: как дать знать тем кто здесь, что у тебя ТАМ все окей? Я тут же переформулировала - а если не окей? То что? Как дать? Есть ли эта связь? Или нет? Вы ее видите?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, связь есть, но это зависит от того, ты ее здесь чувствуешь или нет?
А.ОНОШКО: Хмм...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Тогда, если ты видишь знаки и читаешь - здесь есть два варианта, собственно говоря, сущности... Это могут делать только сущности, которые стали духами, не православная тема, однозначно.
А.ОНОШКО: Я про это потом хотела спросить, да.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Но я хочу сказать, на самом деле православный взгляд на устройство вообще всей вселенной той и этой, он не единственный существующий на планете, да там в разные времена. Значит у меня он точно, он мне не очень подходит, хотя тоже вполне нормальный, годится для определенных целей, там рай, ад, вот это вот чистилище, нормальная тема, да. Овцы сюда, агнцы сюда там. Но мне больше нравится тема - можно становиться разными сущностями. Не все уходят и больше не сообщаются с этим миром. Есть сущности, которые остаются. В данном случае, я имею ввиду - Сергей - он точно здесь. Это значит, мое такое ощущение.
А.ОНОШКО: Ощущение...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Я с ним в коннекте, я с ним в контакте.
А.ОНОШКО: Ещё был вопрос, снится ли он вам?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Мне?
А.ОНОШКО: Не снится? Нет этого?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Мне вообще ничего не снится. У меня другое...
А.ОНОШКО: Не, ну просто это вопрос.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Я этот мир рассматриваю как сон, довольно-таки плохо устроенный на самом деле. В следующий раз не буду переедать, вот это вот перед сном, ну потому что сильно этот... приходится потом стараться.
А.ОНОШКО: Сон муторный получается?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да, муторно. Поэтому я вот тем снам, которые в течение ночи снятся, особого внимания не уделяю.
А.ОНОШКО: Но есть люди, которые видят в этом знаки.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Есть. Да-да-да...
А.ОНОШКО: И поэтому они задают этот вопрос. Но нет. Мы получили уже ответ.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Не, это чудесная тема. Чудесная тема, что сознание совершенно безграничная штука, ты можешь сам придумывать по этому поводу разные системы описания, да?
А.ОНОШКО: Все что угодно.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: И, как это? Управлять миром, не привлекая внимания санитаров.
А.ОНОШКО: Но, это же получается, как бы аннигилирует саму тему мистицизма, потому что, если ты можешь напридумывать себе все что угодно, ты так и делаешь.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Конечно!
А.ОНОШКО: И тебя никто не переубедит.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Absolutely. Как говорят наши, вот эти вот добрые англосаксы по этому поводу, да?
А.ОНОШКО: Ну... Тогда... Как вам последние... Вы же читаете новости науки? Вообще, на новостные порталы заходите?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну так, че-то я так иногда. Иногда че-то до меня долетает. Я специально не читаю ничего вообще, кроме древнекитайских текстов. Все остальное до меня долетает.
А.ОНОШКО: До сих пор? До сих пор вы их читаете? Или вы однажды вот их прочли-перевели и все?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Не-не-не, я все время читаю, они как-то наводят резкость, да. Ну вообще, собственно, мы ж зачем читаем? Вообще что-то читаем. Зачем мы воспринимаем семантические вот эти поля, в виде знаковой какой-то информации? Они конфигурируют наши какие-то, я не знаю там, контуры, да? Вот в которых мы можем сочинять картинки это мира. Вот, собственно говоря, для этого мы читаем. Поэтому сильно надо выбирать чтиво или уметь с ним обращаться. Я совершенно точно понимаю, что вот я там, например со мной ничего не делает какая-нибудь там, западно-европейская философия, да?
А.ОНОШКО: Вас она не...?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Вообще никак! Вот ни с какого боку не трогает. Потому что, это конечно будет звучать дерзко, но такое я и сам сочинить могу, недосуг - да лень. Понимаете, какая штука...?
А.ОНОШКО: Да?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну конечно! Не интересна вот эта вот история. Вот конечно мне например... Вот Платона почитать - да. Вот каких-то там греков потрогать.
А.ОНОШКО: «Диалоги» очень хорошие были.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Чудесная история.
А.ОНОШКО: А как же внутренний моральный императив? Неужели это плохая тема?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да ну... Когда нет иронии и юмора - че с этим вообще делать? Куда его девать? К какому месту прикладывать?
А.ОНОШКО: Я об этом так не думала, в таком ключе.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну а я только в таком ключе, потому что...
А.ОНОШКО: Что это очень серьезные люди, вы думаете?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Конечно! Ну это не просто серьезные... Да бог с ним, можно быть серьезным человеком и думать о красе ногтей, да, вот эта вот история. Поэтому императив - засуньте его куда-нибудь себе и живите с ним, с императивом. Но если вы не можете смеяться над своим императивом, да вот это вот, серьезным этим флагом, то вы обязательно получите Октябрьскую революцию и последующий сталинский террор.
А.ОНОШКО: А китайцы разве умеют смеяться?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да сто процентов! Слушай, я тебе хочу сказать, одна из моих любимых книг - это такой великий писатель Фэн Мэнлун, XV века, у него практически пятитомное собрание анекдотов собрано.
А.ОНОШКО: А-а... Ну они короткие или длинные?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Короткие. Реально анекдотов!
А.ОНОШКО: Можно пример? Хоть один? Ну хоть примерно? Я в Корее когда училась, мне не могли рассказать. Я говорю: расскажите мне анекдоты. Они говорят: мы не знаем.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Современные же они ломаные все, порченые, понимаешь?
А.ОНОШКО: Чем? Европейцами?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Европейцами. Ну один из анекдотов, например. Был такой великий святой - Люй Дунбинь - даосский. Который там по временам, эпохам путешествовал и все что угодно мог делать. И был чувак очень ленивый, значит, он сидел и к нему Люй Дунбинь подходит, а он че-то сидел и вообще ничего не делал. Люй Дунбинь говорит: слушай, хочешь я для тебя что-нибудь... А он ему что ли воды дал напиться. Говорит: я для тебя могу сделать все что угодно. А он говорит: ну в общем... да я ниче не хочу. Хочешь, говорит, я превращу этот камень в золото? Он говорит: ну давай, типо если тебе это надо... Значит превратил этот камень в золото, и говорит: ну скажи, вот что ты хотел бы? Хочешь, я этот камень тебе оставлю золотым? «Не, не хочу». Он говорит: слушай, это круто! Я впервые встретил такого бескорыстного человека, который не захотел этого золота. Что же ты хочешь? Он говорит: я хочу этот палец.
А.ОНОШКО: Ой!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Который превращает камни в золото. Но я тебе хочу сказать, там масса анекдотов, это просто я с ходу сейчас не вспомню, масса анекдотов, которые абсолютно по сюжетам, один в один такие же, как и у нас.
А.ОНОШКО: Да?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Просто вот это очень удивляет, но это правда так.
А.ОНОШКО: Ты знаешь, я просто читала, у меня были советские переводы, например средневековой новеллы китайской. Такие рассказы какие-то. Их причём довольно активно переводили, издавали.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Воскресенский. Переводы Воскресенского вот конкретно, да.
А.ОНОШКО: Да и Воскресенского тоже. И Алексеев, по-моему, тексты более серьезные...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Алексеев переводил Пу Сунлина. Пу Сунлин он такой мистический, да. Пу Сунлин чудесный, послушай. О! Я тебе расскажу рассказ Пу Сунлина, который Алексеев не переводил. У Пу Сунлина масса эротики всякой. Значит, гуляет человек молодой такой, за городом, где-то там какие-то гуляния праздничные. И сидит какой-то грязный даос, разложил подстилочку, на ней всякие снадобья. И этот говорит: слушай, а у тебя там есть, чтобы вот эта штука больше становилась? Он говорит: да. И этот значит говорит: ну давай я куплю у тебя. Он говорит: да, вот смотри, две штучки принимаешь и типо там на два вершка у тебя она увеличивается - действие моментальное! Этому понравилось, а этот че-то отвернулся там, мелочь считает, этот раз - и ещё четыре пилюли стянул у него. И быстро так - хренакс! В рот все это засунул. И вдруг почувствовал жжение внизу живота невероятное. Короче у него штука выросла величиной с третью ногу. После этого его всю жизнь возили на коляске.
А.ОНОШКО: О, Боже! Это вот такая история?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Это Пу Сунлина тоже рассказ.
А.ОНОШКО: Вот это да... Жадность и воровство порицаются в этом рассказе.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну в общем как и везде...
А.ОНОШКО: А почему вы не переводите эти рассказы? Их же можно издать!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, я иногда перевожу. Ну слушай, ну я их перевожу, у меня есть даже такая штука в пересказах. Я их в большей степени люблю пересказывать, чем переводить. Там на самом деле язык невероятно филигранный, красивый. И заморачиваться, вот это вот, передать атмосферу, этого тонкого очень юмора, иронии, которые есть в Пу Сунлине, понимаешь, очень сложно. Невероятно сложно. Это вот как, грубо говоря, какого-нибудь возьмёшь Томаса Стернза Элиота переводить с английского. То есть можно от себя насочинять. Это гораздо легче.
А.ОНОШКО: А разве это не то же самое, что перевод?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет. Это не то же...
А.ОНОШКО: А в чем изменение тогда?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Слушай, вот любой перевод... Люди когда ставят Шекспира, да? Очень многие драматурги вообще Пастернака на дух не переносят. С его переводами. Я тебе клянусь, Настюш. Вот Толя Васильев, например. Анатолий Васильев, наш великий, в общем-то, режиссёр. Потому что от себя насочинял. От себя насочинял. Я сравнивал эти вещи. Я сравнивал, например, Клеопатру.
А.ОНОШКО: Надо дойти, почитать в оригинале, а потом ещё раз перечитать.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Но когда ты в оригинале читаешь, ты видишь что - я же переводчик, я переводил много всего - у тебя всегда есть возможность перевести очень близко оригиналу. Но надо сидеть и морочиться. А когда ты переводишь, когда тебе платят за знаки, понимаешь, какая штука? Всегда же жизнь реальная вмешивается в эти вещи.
А.ОНОШКО: Ну так надо пересказы написать, это будет круто. Мы напишем, что это пьеса.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Я иногда пишу пересказы вот этих рассказов китайский. Очень часто в общем-то.
А.ОНОШКО: На Фэйсбуке можно почитать?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Иногда бросаю на Фэйсбук. Вот прям ты мне напомнила - выложу чего-нибудь...
А.ОНОШКО: Так надо книжку делать. Будем делать книжку. Чтение по подписке.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Слушай, книжек столько много у меня, в работе.
А.ОНОШКО: Но они, в работе, я посмотрела, на самом деле сайт, там в основном вот обучение, или там, прогнозы и так далее...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, это онлайновские темы, которые я сейчас делаю. Но у меня там в работе, послушай, у меня неизданных, я не знаю, ну там десятки тысяч страниц.
А.ОНОШКО: Художественная литература от философской отличается?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: И художественная отличается, от философской отличается, а моя отличается от художественной и философской, моя философская отличается от художественной и так далее. Я же люблю вообще слово, как таковое, бескорыстно. То есть словом надо здесь как можно больше всего намутить, оставить после себя каких-то вот этих протуберанцев.
А.ОНОШКО: Но когда мы читаем - мы все время потребляем то, что было до. Ну и то, что формирует наши картинки. А как насчёт будущего? Как насчёт того, чтобы самому делать то, что потом будет...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну да. Так это мы и делаем. Но только мы его делаем из прошлого, понимаешь? Здесь сразу приходит добрый-старый еврейский Экклезиаст, дедушка Сулейман ибн Дауд, он же Соломон, который говорил, что ничего нового под солнцем нет! Не кипишуй, подруга! Что было - то и будет!
А.ОНОШКО: Настоящее-то хоть есть?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Настоящее все фейковое - все настоящее делается в Китае. Фейки.
А.ОНОШКО: Ну я не ожидала вот этого сейчас...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну как? А чего ты? Ну это ж так.
А.ОНОШКО: Почему фейк то? Это настоящее и есть. Нет, я к тому, что время - это миг между прошлым и будущим.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Я же в начале тебе сказал, что ты можешь назначить все чем хочешь. Главное - держи.
А.ОНОШКО: Я поняла - я держу!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Так вот это вот главное. Поэтому все что хочешь назначить настоящим - назначай, но отвечай за базар.
А.ОНОШКО: А у вас как? Вы чувствуете настоящее?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: А мне вообще все равно.
А.ОНОШКО: Я понимаю...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Мне то что? Настоящее/не настоящее - какая разница? Настоящее у тебя Dolce&Gabbana или не настоящее? Потому что здесь вообще вопрос не идёт ни о каком настоящем.
А.ОНОШКО: Вопрос не идёт? То есть этого нет...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Вообще. То есть если встает вопрос о настоящем, значит оно все не настоящее. Есть чудесный мой Щербаков же, который поёт: «Если что-то нужно объяснять, то ничего не нужно объяснять».
А.ОНОШКО: Щербаков это кто? Это комик современный?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да нет, слушай, это великий поэт. Автор чудесных текстов. В частности у него есть просто волшебные тексты. «Кибитка» называется вещь:
Там человек решил, что он рождён, чтоб сказку сделать былью
Так человек решил, но, видно, поспешил
И сказку выбрал он с печальною развязкой,
И призрачную ложь, в реальность превратил.
Теперь бы эту быль обратно сделать сказкой,
Да слишком много дел и слишком мало сил.
А.ОНОШКО: Как интересно... Гениально! И подходит ко всему сразу. Переводчика можно в студию - пишет «De». Какого переводчика?! У вас переводчик в студии сейчас!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Чего перевести надо?
А.ОНОШКО: Бронислав Виногродский - китаист, переводчик. Хотелось про вот этот тюркский текст спросить. Что это за история вообще? С самого начала.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Движется очень мощно она, вся эта история. Я в какой-то момент, я же завязался с казахами, значит в Казахстане там. Я начал им делать Китаеведение. Предлагать свою версию вот этого непотребства китаеведческого. И начал внимательно смотреть вообще на эту историю. И, во-первых, я узнал, для начала, такой общеизвестный факт, что у тюрков было древнее руническое письмо. Рунами они писали тексты. Второе - что, собственно, текстов этих сохранилось огромное количество, рунических текстов, на территории Евразии. Начиная от Якутии и кончая Исландией и Фарерскими островами. И иллюзия того, что руны пришли из Скандинавии - этот иллюзия.
А.ОНОШКО: Это разве одно и то же письмо?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Это одно и то же письмо. Это один и тот же алфавит. Грубо говоря, как кириллицей пишут самые разные народы и знаки там могут читаться по разному. Так вот, двадцать пять процентов всех рун абсолютно совпадают по чтению и написанию.
А.ОНОШКО: Я смотрю на них - они реально похожи.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Руны существуют тюркские. Руны существуют угро-финские. Руны существуют славянские. Руны существуют кавказские. Руны существуют древнегерманские. Руны существуют скандинавские.
Представляешь, какая это территория?
А.ОНОШКО: Огромная...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Это огромная территория. И это существовало древнее единое руническое письмо. Так вот, я вдруг обнаружил... Я увидел, что есть текст. Единственный в бумаге сохранившийся, где-то IX-X века записи.
А.ОНОШКО: Нашей эры?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нашей. Случайно найденный, как обычно, датским антропологом Стейном. В Турфане. В буддийском монастыре. Где он купил какое-то количество текстов. Вместе с которыми купил, кстати говоря, алмазную сутру. Там он ее купил, она появилась на свет. И он хранится в британском музее, по этому тексту - «Ырк битиг» который называется Книга Знаков или Письмена Знаков или Письмена Судьбы - который, невероятно, когда я взглянул на эту историю - я понял, что это Книга Перемен. Древняя евразийская.
А.ОНОШКО: То есть, они ее просто перевели? На китайский потом?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет. Никто не переводил на китайский, потому что Книга Перемен это же дело вообще не в текстах - это дело в числовых и образных структурах и способах интерпретации числовых и образных структур. И текст, который есть в Книге Перемен, это лишь возможный пример интерпретации того что есть, этих знаков. Книга Перемен - это у нас генетический код. Шестьдесят четыре бинарных триплета. Это шестьдесят четыре возможных комбинации бинарных триплетов в молекулах ДНК, которые несут базовую информацию. Это как бы факт, само собой разумеющийся. Это вещь банальная. Есть работы на эту тему. Там генетики этим пытались как-то интересоваться, но проблема с Книгой Перемен - ее трудно понять.
Так вот, существует еще один вариант, вот этот вот древнетюркский, который использовали... Так более того, тюрки гадали на камнях, в отличие от китайцев на палочках тысячелистника. И у китайцев было пятьдесят палочек - стеблей тысячелистника. А тюрки использовали сорок один камень. Сорок один - это тоже очень важное число, такое мистическое по сути дела. И они их раскладывали и получалось тоже шестьдесят четыре комбинации. На основании которых можно было предсказывать будущее. А предсказание будущего, я говорю о том, что ум правильно работает у того, кто даёт сбывающиеся прогнозы. И поэтому, собственно, никто никогда не предсказывал для того, чтобы там на бирже что-то выиграть. Всегда предсказывали для того, чтобы натренировать дающий правильные прогнозы ум. Вот это книга «Ырк битиг» такая.
А.ОНОШКО: А он сейчас лежит где, этот текст? В британском музее?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Он лежит в британской библиотеке. Мой коллега Фёдор Черницын, поехал туда, скопировал эту книгу, и мы ее перевели вместе с ним. С древнетюркского языка на русский. Мы ее издали первый тираж сто экземпляров для казахов, в таком luxury варианте. А сейчас мы готовим к изданию с комментариями, с толкованиями большими этот текст. И собственно говоря, вот это заявление о том, что тут двадцать пять процентов всех рун - от Якутии до Исландии - одинаковые. То есть никто не обращал внимания на этот факт просто напросто. Что существовала действительно единое Евразийское знаковое пространство.
А.ОНОШКО: 10:30, у нас в студии Бронислав Виногродский, вернёмся после рекламы.
НОВОСТИ
А.ОНОШКО: Бронислав Виногродский - китаист, переводчик у нас в студии. Я от волнения назвала новости рекламой. Случайно.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ха-Ха-ха!
А.ОНОШКО: Но можно сказать, что это то же самое - нет? Что нам продают новости?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Одно и то же, кстати говоря. Эта та же самая реклама.
А.ОНОШКО: Ощущение уверенности в себе? Что ты информирован?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Здравствуй! Наоборот - неуверенности.
А.ОНОШКО: Неуверенности?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Конечно.
А.ОНОШКО: Ну да, все время какие-то...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Продается ощущение неуверенности в себе.
А.ОНОШКО: То болезни - то войны, то одно - то другое...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да-да-да-да.
А.ОНОШКО: Я погрузилась, между прочим, тоже в Википедию только что, в это древнетюркское письмо. И, оказывается, в Windows 8 был даже шрифт, он называется "Segoe UI Symbol".
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, шрифты есть.
А.ОНОШКО: Шрифты есть, прям даже можно писать в Ворде на рунах.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Можно, да.
А.ОНОШКО: Смотрите, это же алфавитная письменность? Я посмотрела - она чуть-чуть напоминает древнегреческую, чуть-чуть.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Алфавитная. Нет, она напоминает больше... Самое интересное, что на самом деле и латынь происходит из рун. И греческий происходит из рун. И Иврит. Тоже если ты древние посмотришь эти вещи, там они тоже очень рунического характера.
А.ОНОШКО: Первое слово расшифрованное было слово Бог.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Тенгри. Это на самом деле не особо Бог - это в большей степени вот как китайское понятие неба.
А.ОНОШКО: Те самые... Невидимый мир.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да-да. Вот этот текст, на самом деле, «Ырк битиг», он как раз собственно единственный текст, который дает полную картину, что такое это Тенгри. Как это работает. Реально. Просто, почему я обратил внимание? Потому что Книга Перемен она же тоже полна подразумеваемых каких-то смыслов, которые там точно зашиты, но которые не видны на поверхности. Ее нужно уметь толковать, Книгу Перемен. И собственно к Книге Перемен, основное обучение заключается не в том, что ты выучил последовательность, порядок, слова, а ты научился способам толкования этих знаков. Потому что, вот выпадает тебе какой-нибудь знак... На сегодня, например, там выпадает знак... Сейчас я тебе вспомню. Я каждый вечер гадаю, как сложится следующий день. Сегодня выпадает знак "дела". Гул, брожение. "Дела" вообще рассматриваются в китайской традиции, как последствия каких-то искажений прошлого. Тебе нужно делать дела, ты все время затягиваешься в дела, когда у тебя все время искажения в прошлом. И дела у тебя идут или по отцовской, или по материнской линии приходят к тебе. И ты, собственно, делая дела, ты исправляешь эти искажения. И обычно дела... Дел всегда много. И по-китайски понятие дело - оно одновременно означает проблему. Ты приходишь, тебе говорят...
А.ОНОШКО: А проблема значит задача. В англосакской интерпретации.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да, абсолютно верно. И вот эта вот тема - научиться правильно толковать. Эти самые знаки, которые тебе выпадают. И следовательно - окей, дела. Проблемы какие-то. Ну и чего собственно? Как говорят мудрые еврейские люди: если проблему можно решить деньгами, то это не проблема, а расходы. Раз, и сразу меняется взгляд на происходящее. И здесь то же самое. Ну проблема, ну и че? Ну типо ужас. Но не ужас-ужас-ужас, понимаешь?
А.ОНОШКО: А ужас-ужаса вообще не существует.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Сто процентов. Более того - и ужаса вообще не существует. Существует способность твоя создавать картинки мира и менять контексты.
А.ОНОШКО: Как может научиться человек менять свой контекст? Ну в смысле, если он чувствует так? Он такой чувствует, что ужас-ужас повсюду, есть такие люди. Что делать?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну что делать? Это психиатрия. Неправильное питание. Неправильный образ жизни, как таковой.
А.ОНОШКО: Препараты надо тогда брать. Витаминки пить. Анализы.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Надо делать много чего, для того чтобы выровнять эти свои искаженные контуры, твоего сознания.
А.ОНОШКО: А если тебе все равно? Ну вот абсолютно...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Если тебе все равно, значит у тебя все ровно.
А.ОНОШКО: Все хорошо. Ничего не надо менять. Мне, кстати, очень понравилась эта идея, почему европейская не подходит - потому что очень серьезная. Слишком серьезно - нельзя смеяться. А там, вроде бы, можно смеяться. Но на самом деле, а мы не приписываем это? Для себя, чтобы нам стало самим веселее? Тоскуя от серьезности. А может быть там, те мечтают о побеге из муравейника?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Не, ну они там мечтают конечно. Но они мечтают в основном о джинсах Armani.
А.ОНОШКО: Нууу... Это самое меньшее из зол.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Слушай, ну навязанная же тема эта консьюмеристская, потребительская китайцам, которые на нее ведутся.
А.ОНОШКО: А они разве не всегда были торговцами?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Послушай, ты знаешь, что торговцы всегда были кастой пораженной в правах в Китае? Великий китайский поэт Ли Бо не имел возможности сдать государственные экзамены на должность, потому что происходил из семьи богатых торговцев. Три поколения!
А.ОНОШКО: Конфликт интересов. Видите, как они блюли это?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Три поколения нельзя было идти на государственную службу.
А.ОНОШКО: А государственная служба, это до сих пор...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да, потому что совершенно другая ментальность. Если ты торговец, то тебе необходимо обманывать совершенно обязательно. Даже если это очень красиво упаковано, типо Американ, или либералистский какой-нибудь стайл западный - это все равно обман. Понимаешь, какая штука? То есть он там присутствует. Другое дело, что и мир сам по себе обман. Illusion. Just illusion.
А.ОНОШКО: Как ты понимаешь что это illusion? Когда, в какой момент?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Честно тебе хочу сказать - всегда.
А.ОНОШКО: Как? Ну как?!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Как я понимаю? Просто я говорю, что illusion да и illusion... Я точно знаю совершенно, что однажды кончится.
А.ОНОШКО: О, это абсолютно.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Я вот прям ехал и думал, что на самом деле, конечно же самое интересное, единственное интересное событие, которым стоит заниматься, это только твоя личная смерть.
А.ОНОШКО: Эхх... Но как можно этим заниматься? Оно просто будет и все!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, это в силу того, что ты живешь в парадигме, в которой нет времени, как такового, да? Имеется ввиду, нет материи времени. А у времени есть материя. Имеется ввиду, если она будет - значит она уже есть. И ты обязательно пересекаешь эту границу. Ибо смерть это не то что там - раз - и тебя выключили. И от тебя остался какой-то там кокон, который должен утилизоваться где-то. Сжечься или в землю засунуться, да? Смерть - это пересечение твоей душой этой границы.
А.ОНОШКО: Но...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: А она все время рядом. Мы же очень хрупкие, очень тонкие. Но дело даже не в этом. Мир невидимый однозначно гораздо больше, чем мир видимый. Что там - я не знаю, несомненно. И у тебя нет никаких оснований вообще себя смотивировать, на то, чтобы этот мир невидимый как-то воспринимать и как-то с ним взаимодействовать.
А.ОНОШКО: Но мы не можем точно знать про душу ничего. Потому что мы не можем никак проверить ничего.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да потому что... Само собой! Потому что, конечно, приборами это не померяешь.
А.ОНОШКО: А почему?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну как почему? Потому что приборы для другого. Приборы для того, чтобы бабки с населения косить. Понимаешь? Сделал IPhone. Сделал на него наценку. Сделал бренд. Продаешь дорого. Покупаешь дешево. Приборы - они все для этого. Наука - для этого. Наука не для познания мира. Слушай, ну не надо быть детьми.
А.ОНОШКО: Тепло просто уходит из тела, электрические импульсы заканчиваются и все. И тебя нет.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Хороший рассказ. Но я все время говорю, что вот эта концепция круглой земли, которая несется в космосе... ну можно и так, но нафиг она мне нужна?
А.ОНОШКО: Но она не отличается ничем от... Но самоутешение от того, что есть связь, сохранение информации, невидимый мир, который больше...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, это все равно все через информацию. Но я тебе при этом говорю, мне гораздо больше нравится, когда земля стоит на каких-то там черепахах или слонах. Это гораздо более гуманно и красиво. Мне не нравится это понятие, о том что солнце это какой-то огромный шар, который через два миллиарда лет погаснет. И я когда, маленький ребенок, узнаю что солнце погаснет... Я себе три дня не могу представить, какие два миллиарда лет?!
А.ОНОШКО: Ну ты же пережил это. Ахаха. В итоге. Ну как бы мы с этим живем. Оно есть прямо сейчас.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Мы все пережили огромное количество шизофреногенных идей. Включая вот эту идею круглой земли, которая несется в космосе в какой-то пустоте, со скоростью триста тысяч километров в секунду!
А.ОНОШКО: Удаляясь, да...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Я говорю: у меня с нее лапка соскальзывает. Идите нафиг с этой концепцией! Дайте мне что-нибудь более гуманитарное. И я хочу сказать, что на самом деле шизофреногенность этого мира, она в огромной степени базируется на таком большом количестве концепций, которые конечно необходимы, чтобы сделать IPhone и HUAWEI. Ракету ГРАД. Напугать друг друга посильнее. Купить этих китайских лампочек, увешать ими всю Москву, чтобы она показывала тебе, что есть китайская сказка. American Dream в китайском исполнении.
А.ОНОШКО: Да-да-да-да-да... Вот смотрите, у нас до, мы сказали, православие, западная философия, которая слишком серьезна для нас, например. Но это же от нас! Восприятие зависит от нас. Но ведь было "до". Почему мы не обращаемся к тому, что было до? Почему оно менее интересно, чем там?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Потеряли. Потому что не сохранили традиций. Потому что поломали все эти истории. Ну вот, грубо говоря, что такое русская кухня? Вот русская кухня?
А.ОНОШКО: Ее нет, да, почти.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Русская кухня это же не вот эти расстегаи и, там, суточные щи. Русская кухня это то, что готовилось в русской печи. Из продуктов и в посуде, которая делалась там же.
А.ОНОШКО: Да... да...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Вот, что такое русская кухня. Ломается культурный уклад и уходит знание о том, что и как делалось.
А.ОНОШКО: А там оно разве не было сломано?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: А у них не поломалось, они сохранили. Они сохранили, почти до последнего времени, вот этот культурный уклад. Они сохранили эти тексты. Послушай, ну конечно китайцы самая, с этой точки зрения, самая дольше всех себя помнящая нация. Они до сих пор пользуются этими вещами. Вот буквально недели две назад, я встречался с одним китайским серьезным бизнесменом, там в переговорах помогал я общаться. И вот, первое что он сказал: я еду здесь с Дао дэ Цзином. У меня здесь Дао дэ Цзин. И вот принципы, по которым я делаю бизнес - они все здесь.
А.ОНОШКО: А это сразу открывает глаза на то, как это происходит?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну да...
А.ОНОШКО: А как?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну как бы ты понимаешь и видишь... ну он делает...вот китайцы вот... собственно говоря, чудесная же тема, у нас же еще коронавирус этот не затронут...
А.ОНОШКО: Не затронут, давайте затронем!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Вообще волшебный. Что там происходит для меня? То есть некое произошло явление. Которое, конечно же, китайцы используют и отъюзают по полной программе. Так, что только потом: Ах, ну мать честная! Вот они хитрые!
А.ОНОШКО: Как удачно все сложилось, да?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Как это у них все получилось? Что вроде они все проиграли... Я все время, тем кто у меня советы спрашивает, как поступить в ситуации, я говорю: победу отдай врагу, а себе возьми плоды. Победу отдай врагу - пусть почести, вот это все, медалями увесится. А тебе плоды победы. Понимаешь, какая штука? И китайцы, в конечном счете, вот они, типо там, они проиграли, они попали в форс-мажорные обстоятельства, у них сократилось производство и так далее. Но у них появилась такая возможность переструктурировать вообще планетарные отношения свои с миром.
А.ОНОШКО: А как все будет? Мы не знаем?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Мы не знаем. А в этом и прикол, мы не знаем. В этом и суть стратагемы. Она заключается в том, что ты делаешь хитро. Одна из стратагем, она же говорит: шумишь слева - бьешь справа.
А.ОНОШКО: А-а...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: То есть все, что происходит сейчас в Китае, отвлекает наше внимание от чего-то другого. Вот китайцы про это знают, а мы нет.
А.ОНОШКО: А верхушка китайская пользуется вот этими знаниями?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Сто процентов. Так все что сейчас происходит, конечно, сто процентов. Они пользуются, потому что это часть мышления, это часть языкового семантического поля, в котором они выросли и живут.
А.ОНОШКО: У них аналитический язык. Не такой как у нас. Мы конструируем язык, а у них аналитический, такой же, как английский. То есть каждое слово может стоять в любой части предложения, и оно, в зависимости от этого, меняет свой вектор. Там существительное или глагол.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну да...
А.ОНОШКО: Ведь они в этом смысле похожи с англосаксами, нет?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну в определенной степени. Только у китайцев эта аппаратура разработана на порядки величин сильнее и лучше. Ну у англосаксов когда литература начинается?
А.ОНОШКО: Литература... Ну с рун! Ахахах, если только.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну не. Кто эти струны читал тогда?
А.ОНОШКО: Ну поздно-поздно. Ну средние века наверное, да?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну поздно, да. А у китайцев, извини меня, я все время даю эту информацию, такую статистическую. Мы же любим статистику?
А.ОНОШКО: Очень.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Во времена династии Тан. С VI по IX век нашей эры. В антологии великой Танской поэзии насчитываются стихотворения двух тысяч двухсот выдающихся поэтов, в количестве сорок восемь тысяч. Досвидос! Все! И это выдающихся, а там писал каждый, кто вообще был образован.
А.ОНОШКО: Да, это было таким... Письма писали стихами.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: С VI по IX век. Это в период. Потом писали стихи, до этого писали стихи. Просто Танская поэзия был взлет.
А.ОНОШКО: Почему они оказались в позиции догоняющих в XX веке?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Они оказались в позиции догоняющих в XX веке, потому что Англия стала империей мировой, по сути дела. И собственно ее одна задача была всех подчинить, и навязать всем свой порядок. Почему они все-таки вылезли сильнее и быстрее, чем Индия из всей этой истории? Потому что они все-таки формально не были колонизированы, они не потеряли независимость. Мы же забываем все время, что были колонии. Колонии нещадно грабили. Собственно говоря, и книжка вот эта вот - «Ырк битиг», которая лежит в британской библиотеке, а также масса каких-то памятников, которые там лежат - они были просто украдены. По причине того, что мы были сильные и назначили себя правыми.
А.ОНОШКО: Ну... Да, но остался Тайвань. Гонконг, который там бузит.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, ну Тайвань существует сейчас только потому, что есть Америка. А он однозначно вернется в лоно Китая. Даже сомневаться ни одной секунды не надо.
А.ОНОШКО: Будет прямое военное столкновение между Америкой и Китаем?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Между Америкой и Китаем? Нет, не будет. Америка, она ж такая, понимаешь... Америка же бьется только со слабым противником. Она никогда на сильного не полезет. Никогда.
А.ОНОШКО: Потому что она следует стратагемам? И понимает, что проиграет?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Потому что Америка труслива. Америка самонадеянна. Америка вот этот подросток, небитый подросток, знаешь? У которого накачаны мышца, а никто еще по сусалам не давал хорошо. А дадут однажды обязательно.
А.ОНОШКО: И это будет Китай?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Китай нет. Китай, в силу того, что взрослый он эту Америку уделает, знаешь как типо эти, блатные урловые в подворотне пацана. Понимаешь, какая штука? Сами все отдадут и не заметят.
А.ОНОШКО: Вы смотрите TikTok?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет.
А.ОНОШКО: А We Chat? Пользуетесь?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: We Chat пользуюсь, да.
А.ОНОШКО: В какой мере? Что для вас We Chat?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Чисто месседжер.
А.ОНОШКО: Как месседжер для общения и все?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: С китайцами, да.
А.ОНОШКО: А там эти магазины? Блоги?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Не хожу туда. Ну сейчас еще, там появилась же возможность в We Chat, в конце концов, платить этой картой западной. Западную карту привязывать. Это очень удобно.
А.ОНОШКО: Очень. И вы пользуетесь?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну я еще не пользовался, потому что я не был в Китае с тех пор пока.
А.ОНОШКО: Не тянет вас на дальний восток переехать?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Меня вообще никуда не тянет, я честно скажу. Мне так нравится у себя в деревне. Вообще, мне нравится быть там, где я есть.
А.ОНОШКО: Место найдено?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нуу... Как бы меня нашло место, я нашел место - кто его знает?
А.ОНОШКО: Там - дома?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Пока так. Там - дома, да-да-да. Но дом у меня там, где я есть.
А.ОНОШКО: В центре где я, прямо как из рекламы?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Абсолютно точно.
А.ОНОШКО: Это когда, я помню... к кому...? к Мамонову! Вы, кстати, знакомы с Мамоновым - нет?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Близко где-то там... нет, я не пересекаюсь.
А.ОНОШКО: Не пересекались ни разу? Просто Мамонов, когда к нему там приехали какой-то очередной фильм снимать, интервью. И ему человек, журналист из Москвы (ну там четыреста километров) говорит: ой, далеко же вы живете. А он сидит и говорит: откуда далеко?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Абсолютно точно, да-да-да.
А.ОНОШКО: Я нормально живу, да.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Вот щас прям отсюда и поеду, прям туда, к себе в деревню.
А.ОНОШКО: Сколько дорога?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Сто пятьдесят километров.
А.ОНОШКО: Три часа.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну три часа где-то, да.
А.ОНОШКО: Сейчас же пятница, это значит все туда сейчас начнут уже...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да слушай, все всегда по разному. Видишь, я ж этот, свободный казак. Поэтому я себя ничем не неволю. Вольному воля. Поэтому в разное время все по разному.
А.ОНОШКО: Вам кажется, что вы китайцев, которые вот сейчас вот... верхушка айсберга. Вот были только что китайцы. Еще летом. Красные курточки, вот эта вся история. И это же... люди, как сказать... Где граница между философией и мракобесием? Вот эти люди, вы их хорошо понимаете, или это все такие же просто люди которые...?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Слушай, у китайцев... Мы же пошли по пути индивидуализации сознания.
А.ОНОШКО: Да.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Вот эта вот индивидуализация, да? Это опять же, отнюдь не всегда и отнюдь не все считали это единственно возможным способом существования. И сейчас точно так же. Отнюдь не везде считают, что только так можно и нужно, несмотря на мощнейшее навязывание такого типа подхода. А китайцы, они конечно гораздо более коллективные. Сами по себе. Это не значит, что внутри этого коллективизма нет индивидуальности. Есть мощнейшие индивидуальности вызревают. Они есть. Мыслители очень интересные.
А.ОНОШКО: Но склонение уже состоявшихся, индивидуально мыслящих, к такой эрзац-коллективности, которая там. Оно же уже устарело, оно просто не работает. Когда зовут, говорят: давай-давай! Мы все вместе, потому что мы то-то...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Не, не работает.
А.ОНОШКО: А это же вызывает просто отвращение.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну есть же, видишь, есть манифест коммунистической партии Китая. А при этом существует еще Чжуан-Цзы. Которая не менее важную роль играет в китайском мировоззрении. Которая говорит о том, что если хочешь в пальце показать то что в пальце пальцем не является - не лучше ли тебе взять не палец, чтобы показать в пальце то, что в пальце пальцем не является?
А.ОНОШКО: А они читали это все?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Конечно. Слушай, я вчера ехал и слушал Хармса. Я его вообще очень люблю, невероятно. Он очень похож на древнекитайский способ восприятия.
А.ОНОШКО: Даниил Хармс?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да. Он потрясающий. Я не помню, как там, когда сидит этот со спиртуозом, Николай Иванович, предположим, да? И он там рассказывает... достался этот спиртуоз... Но самое главное, что впереди перед Николаем ничего нет. А потом, мы вам скажем, что и позади ничего нет.
А.ОНОШКО: Ахахахаха!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: А потом и внутри ничего нет! А как же он выпил?! Куда же он выпил?! И вот этот способ дискурса - это сто процентно древнекитайский, даосский дискурс такой.
А.ОНОШКО: Слушателей чуть-чуть подключим?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Давай.
А.ОНОШКО: В том смысле, что у нас есть СМС и Telegram. Можно писать, задавать вопросы. СМС-портал +7(925) 88-88-94-8. Восьмерки хорошие цифры! Сергей очень любил восьмерку. Он говорил она к богатству. Это правда?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: К богатству - к богатству, да.
А.ОНОШКО: А 94-8? Четверка - плохо.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нуу... она там посерединке...
А.ОНОШКО: Ну ладно, по серединке мы сгладим.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ничего, мы ее затрем.
А.ОНОШКО: Telegram: govoritmskbot. Латинскими буквами. Не рунами! Надо бы, кстати, месседжер на рунах сделать. Это было бы очень интересно. Виногродскому даже вопрос задать страшно - он ТАКОГО наговорит, потом живи с этим.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да-да-да, пусть живет
А.ОНОШКО: Не смог поставить We Chat - пишет Илья Сергеевич. Две недели отдыха в Китае, плясок с бубном. Китайцы все сделали, чтобы закрыться от нас!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Серьезно?
А.ОНОШКО: Ну вот человек не смог. Бронислав крутой, спасибо, что нашел время.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Вау! Я кланяюсь. На коленях.
А.ОНОШКО: Спасибо вам. И от меня тоже. Я тоже. Мы сейчас будем прощаться на коленях. И отползать. Ощущение, что Сергей с нами. Ну, вот видите, у вас есть ощущение. Оно, на самом деле, у кого-то есть, у кого-то нет.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: У меня очень четкое. Я его назначил на самом деле, в своем этом, он покровитель журналистики российской.
А.ОНОШКО: Которой нет, да, спасибо.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Вот будет теперь.
А.ОНОШКО: Ахаха, теперь будет. Корни уже пущены. Вот тут вот вопрос в том, ты же все равно сам это все решаешь для себя. И, получается, ты можешь себе представить, что все хорошо. И тот, с кем ты общаешься - он тебя хвалит. Или что все плохо и вот он бы сейчас сказал: Ааррргх! Вот так вот.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Какая гадость.
А.ОНОШКО: А как с этим быть? Как выбрать, в какую сторону...?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Спокойно быть. Спокойно.
А.ОНОШКО: Сказать -ну и ладно?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Сказать - это я решаю. Я решаю! Бери на себя ответственность за свой мир.
А.ОНОШКО: Да, но потом когда ты схлопнешься - всем будет грустно.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нуу...
А.ОНОШКО: Погрустят и перестанут?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Переживут. Ничего страшного. Здесь нет никого, кто бы не умирал. Все обязательно однажды отваливают. Нормальная тема.
А.ОНОШКО: Спасибо за сегодняшнего... СОБСТВЕННИКА? Супер! Ну это, видимо "собеседника" - автокоррекция.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Да-да-да. Но собственник мне нравится.
А.ОНОШКО: Автокоррекция нам подбрасывает Хармсовских...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Мне нравится, хорошая автокоррекция.
А.ОНОШКО: Сознание индуцируемо извне, у готовой к восприятию метасистемы. Индивидуальный отклик. Душа бессмертна.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: I LOVE IT!!!
А.ОНОШКО: Друзья, вам надо какое-то общее, мне кажется, место, куда все вот в таком духе будут писать. Надо бороться за госсистему, в которой у человека будет много свободного времени. У всех.
Клинопись относится к рунам?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет. Клинопись это клинопись. Шумерские дела.
А.ОНОШКО: Шумерские?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ага.
А.ОНОШКО: Они индивидуальны, они схлопнулись и все?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Схлопнулись и все, индуцировались.
А.ОНОШКО: Ага. Так. Перед новым годом услышала по радио, что по китайскому календарю 20-й год, год крысы - проблемы с легкими. Проблемы с легкими?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Проблемы с легкими? Нееет, на самом деле это очень крутая история. Дело не в том, это не потому что год крысы. На самом деле, я прочитал такую тему, но не стоссмипроцентно проверил. Из китайских месседжеров, мне прислали по-китайски. Ученый - не помню сейчас его фамилию, не буду рыться, время тратить - предсказал в 2011 году, в статье написал, что 25 декабря 2019 года начнется эпидемия, связанная с легкими. В пять часов, сорок восемь минут. Которая закончится...
А.ОНОШКО: КОГДА???
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: 24 марта, по-моему...
А.ОНОШКО: Фух!
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Закончится абсолютно, да-да-да-да-да.
А.ОНОШКО: Если есть предсказание - уже пол дела сделано.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: И это предсказание в чистом виде сделано на техниках традиционной китайской медицины. То есть это вычисления, в чистом виде, когда включаются какие каналы, меридианы. То есть эпидемии предсказывали всегда.
А.ОНОШКО: Мы запомнили этот твит. 24 марта. Мы запишем.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Ну слушай, сейчас прям вот...
А.ОНОШКО: Ну примерно. Какого года, главное спросить.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, двадцатого - двадцатого.
А.ОНОШКО: Хорошо. У вас есть личные друзья китайцы? Вот прям друзья? Как Сергей?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Есть. Да-да.
А.ОНОШКО: Они там, в Китае живут?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: В Китае, да.
А.ОНОШКО: Они не те, которые хотят сбежать из муравейника? Меня все этот вопрос занимает.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Послушай, мои друзья вообще никуда не хотят бегать. В гости друг к другу ездить это хорошо. А бегать? Куда нам бегать?
А.ОНОШКО: Вы ездили в Тибет?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: В Тибете я был, когда-то, да.
А.ОНОШКО: Давно? Когда не было железной дороги?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, как раз я по железной дороге ездил.
А.ОНОШКО: По железной?! Ну расскажите, что это? Это величественно?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Самое большое ощущение... А я перед этим летал на Алтай. На Белуху. На вертолете мы ее облетали. Сколько там? 4200.
А.ОНОШКО: Что такое белуха?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Гора главная на Алтае. Там сакральный центр. Гора Белуха. На вертолете мы к ней подлетали. Огромная эта махина из снега и льда. И через неделю я еду на этом поезде из Синина в Лхасу. И проезжаю отметку высоты 5070 м. Понимаешь, и вот это всхлопывание, какое-то.
А.ОНОШКО: А как она там указана? Или они объявляют по громкой связи?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет, там прям стоит высотометр и там цифры идут.
А.ОНОШКО: Ага. Собственный рекорд. Вроде ничего не делаешь, а уже...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: А мы же не горные люди, понимаешь?
А.ОНОШКО: Тяжело было физически?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Нет-нет.
А.ОНОШКО: Нормально? Ничего не вот этих вот... кислородная подушка, ничего не понадобилась?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Не, ниче, нормально абсолютно, да.
А.ОНОШКО: Там в Лхасе, я посмотрела фотографии. Сейчас есть возможность же внутренним взором все объять. Ахаха, никуда не надо ездить. И там, с одной стороны, вот эта вот гора, и вот эта вот... эээ...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Потала.
А.ОНОШКО: Да, постройка самая известная.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Дворец.
А.ОНОШКО: : А в другую сторону оборачиваешься, а там новостройки, вот эти классные! Вы там были внутри в них?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Был-был.
А.ОНОШКО: Там люди, они все-таки тибетцы отдельные или они китайцы?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Не-не-не, тибетцы тоже. Нет, тибетцы все равно...
А.ОНОШКО: Тибетцы отдельные? Ну со своей вот этой религией Бон...?
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Послушай, ну тибетцы это же сложная конструкция. Там не то, чтобы там была одна религия Бон, или... Там были, какие-то, например, народности, которые занимались исконно грабежом. Такие были в Тибете, жили такие персонажи. Там отнюдь не все были буддистские монахи.
А.ОНОШКО: Ну это же тоже индуцирует шизофрению. Я в свое время прочла... уже забыла... этого британского... Вторник Лобсанг Рампа! В полной уверенности, в двенадцать лет, что это все правда... Пара моментов меня смутила. А потом я, вот сейчас, во взрослом виде, в Википедии почитала, что этот человек все выдумал.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Какой молодец!
А.ОНОШКО: А я погрузилась...
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: И это правильно! Надо выдумывать.
А.ОНОШКО: Мы с Брониславом Виногродским с вами сейчас прощаемся. А вы оставайтесь выдумывать свою реальность дальше.
Б.ВИНОГРОДСКИЙ: Давайте.
А.ОНОШКО: Всем пока.