ПРАВДА ВБИВАЕТ ГВОЗДИ В НОГИ, МИР - ПРОНЗАЕТ КОПЬЕМ, МИЛОСЕРДИЕ И ИСТИНА ПРИБИВАЮТ КО КРЕСТУ РУКИ
Наше богословие приучило нас смотреть на голгофу глазами юриста. Для нас смерть Христа это прежде всего назначенная расплата за наши грехи.
-ЮРИДИЧЕСКИЙ ДИСТИЛЛЯТ -
Мэтью Генри так определяет евангельскую весть в своем толковании на 3 главу евангелия от Иоанна:
“Иисус Христос пришел спасти нас посредством прощения, чтобы нам не умереть по приговору закона, ст. 16, 17. Это поистине Евангелие, благая весть, лучшая, чем когда-либо сходившая с неба на землю …, цена прощения уплачена, и потому смертный приговор отменен.”
Этот текст отличный пример того, как можно выпарить евангельскую весть, пропустив ее через змеевик церковной кафедры, в юридический дистиллят.Спасение кристаллизировалось в прощение, которое в свою очередь девальвировало до банального выкупа.
Это вполне себе классическое описание евангельской вести.
Об этом проповедуется повсеместно, и мы настолько привыкли к такому пониманию евангелия, что даже не замечаем, что произошло смещение акцентов, подмена понятий.
Человек спасен не от смерти, как таковой, не от безбожия, которое есть суть всякого греха, а от наказания смертью. Бог приговорил, Бог же и простил- вместо нас был наказан Христос.
Странное, надо сказать, прощение, если за него уплачено. По сути это выкуп. Спасение сведено к банковской операции.
По- настоящему миловать и прощать может лишь любовь, которая не ищет взамен ничего. Однако, в наших богословских вывертах Богу прежде чем нас простить , надо обязательно найти того, кто за это заплатит.
По словам же апостола, любовь не припоминает зла, все покрывает, все терпит. Но если любовь Отца к нам обусловлена непременным наказанием Сына, то получается Бог не помнит зла лишь после расплаты (Христу то все наше припомнили), т.е. не любовь все прощает, все покрывает, а справедливое возмездие (если его вообще можно назвать справедливым).
В словах же апостола Павла о том, что Бог доказал нам свою любовь тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками явно сказано, что смерть Сына была именно делом безусловной любви.
Для нас же смерть Христа это прежде всего назначенная расплата за наши грехи. Первичный смысл именно в том, что Отцу важно было именно наказать грешника и наказать смертью, излить свой гнев, а поскольку наказанию подверглись не мы, то это, по отношению к нам, любовью называется. Отцовское возлюбил блекнет В ТЕНИ судейского отдал. Мы учим, что Бог через жертву Христа ставил цель непременно восстановить справедливость.
Но, если отбросить все богословские уловки и честно ответить на вопрос. А достиг ли Бог этой самой справедливости тем, что казнил невинного?
Не усугубил ли Он тем самым несправедливость?!
Каким образом справедливость Божия восстанавливается несправедливым наказанием Сына?
Ведь Бог так жаждет именно справедливости. Но она не только не достигается, но наоборот попирается -умирает невинный.
-КУЛАК ЯРОСТИ-
Если на голгофе произошла прежде всего судебно- правовая сделка, которая постфактум любовью называется, если под спасением я понимаю избавление от наказания или прощение (большинство кого я знаю, именно так и считают, по крайне мере таков их спонтанный ответ), то хочу я этого или нет, тень закона всегда будет присутствовать в моей жизни, и мантра про то, что я спасен по благодати не поможет.
Бог таки посчитался за мой грех и пускай меня укрыл от прямого попадания Его гнева Его же Сын, но Бог таки метнул в меня. Кулак Его ЯРОСТИ таки смял тело Христа в кровь, остановившись в миллиметре от моего носа.
Бог представлен нами как беспощадный борец за справедливость. Мало того, мы представляем Бога неким
шизофреником, который одной рукой наказывает, другой защищает, практически лупит себя же по руке в гневе на меня.
Ч. Райри пишет в своей книге догматическое богословие:
"Все нуждаются в спасении от наказания за грех.
Спасение –главная цель воплощения. Почему для спасения Бог должен явиться во плоти? Плата за грех-смерть. Бог бессмертен: однако, чтобы заплатить за наш грех, Бог должен умереть: а для того , чтобы стать способным умереть, Он должен обрести человеческую природу, то есть воплотиться."
Наказание смертью в этом «юридическом концентрате» становится главной целью воплощения.
СУМАСШЕДШЕЕ богословие! творец мира «наращивает» человеческую плоть лишь для того, чтобы было во что вонзить нож карающего правосудия.
Смерть Христа здесь предельная мера наказания.
Спасение тут не от греха, а от наказания за грех.
Тот же Райри пишет:
«Библия говорит ясно: что Бог умер не только ради нас и из любви к нам, но прежде всего вместо нас.»
Однако, ложные богословские акценты рождают ложное представление о жертве Христа и как следствие ложные душевные и духовные переживания.
Смерть Христа - это высшая мера Его любви к нам: нет большей любви, если кто положит душу свою за друга.
Христос умер ПРЕЖДЕ ВСЕГО за меня, ради меня и из любви ко мне. Именно любовь Христа к нам «сделала» Его человеком, привела Его на крест, ради меня, не ради судебно-правовой сделки приходит Христос.
Моя самая глубинная связь с Богом, ее первичная сцепка, созидается не на основании «вместо меня», а на основании «ради меня».
„Ради меня “- это органические отношения. Родители всегда ради детей. Это безусловные отношения. Не я и он, но мы- тут нет зазора, и даже, когда со стороны кажется, что отец оплачивает задолженность «вместо сына», все знают, что это всегда «ради сына».
«Вместо меня» -это отношения кредитора с должником- заемщиком. Если кто-то делает что-то «вместо меня» это не всегда «ради меня».
не увидеть в смерти Христа прежде всего всё покрывающую любовь к человеку, значит уподобить Его жертву ветхозаветным приношениям, что и происходит по факту.
Овца, приносимая в жертву, вряд ли горела любовью к человеку; от нее этого не требовалось, да и сам человек вряд ли ожидал и желал этого. Уж¬ если, о чем и мечтало сердце человеческое, так это о Творце, как об Отце.
- я И ОН ОВЦОЙ НЕ РОДНИМСЯ-
На голгофе протаскивая меня в мир вечности, Христос, подобно матери, выстрадал меня. Господь совершает,
вынашивает, претерпевает человека до Своей смерти.
Именно на голгофе между Богом и человеком созидается родственная связь: не Творец и творение, но больше Отец и сын. Бог не просто усыновляет нас (через юридические манипуляции), но совершает чудо рождения.
Пережить Голгофу –пережить рождение в Боге.
Христос не просто подменяет собой ягненка на жертвенном столе. его цель не просто лечь под НОЖ, но завоевать человеческое сердце, изгнать из него страх и наполнить его собой: спасти меня от безбожия в свое присутствие, от того злого состояния, о котором бог однажды сказал: НЕ ХОРОШО человеку быть одному.
Заповеди: возлюби Господа Бога твоего и ближнего твоего как самого себя несомненно наибольшие в законе.
Христос же обращает заповедь к Себе, РАЗВОРАЧИВАЕТ ее императив от человека к Себе, исполняя ее в Своем служении любви.
Заповедь перестает быть просто требованием, но становиться даром для нас. Заповедь осуществляется Христом, нам изливается в сердца любовь Его.
Бог совершил такое ПРЕДЕЛЬНО высокое дело по отношению к нам, которое уничтожило в нас наше малодушие (ибо кто я, и кто Он) и произвело в нас дерзновение в отношениях с ним, сделало нас родными.
И лишь такие отношения с Отцом рождают любовь к ближнему. Переживший «безумную» любовь Отца способен любить и другого.
ВЫМАНИТЬ человека из кустов, могла лишь Его жертвенная любовь.
Спасение -это соединение с Богом!
И соединить человека с Творцом никакой жертве не под силу.(Жертвы, не могущие сделать в совести совершенным приносящего.Евр. 9:9)Не сорванный плод, но сердечный отворот от Бога создал стену страха и недоверия между людьми и Богом, и овца не могла эту стену разрушить!
Если Христос не Бог, а просто безгрешный человек, особый посланник, беспорочный Мессия как верят некоторые мессианские евреи, или, ангел, как думают, например, свидетели Иеговы, то Его кровь немногим меняет дело, т.е. вообще ничего не меняет; Его смерть КАК СМЕРТЬ ОВЦЫ не делает меня сыном, родным Богу.
и лишь кровь самого бога вымывает страх из сердца человеческого, потому что, именно его, единственно его отношение ко мне и важно мне, а потому лишь ЕГО КРОВЬ (лишь его подвиг любви) и уничтожает грех.