За сотню лет до рождения Джека Черчилля, который прошёл Вторую Мировую войну с мечом, луком и волынкой, Великобритания подарила миру другого, не менее отмороженного авантюриста: Ричарда Бёртона.
Наиболее скучное из его приключений, пожалуй, поиски истоков Нила, до этого он составил алфавит языка обезьян, привёз в Европу и перевёл первую Камасутру и сказки 1000 и одной ночи и многое другое.
Характер Бёртона начал проявляться в детстве. Когда ему было 6 лет родители, зайдя в детскую спальню обнаружили пропажу дорогого чада: Бёртон с братом того же возраста увязались за проезжавшими сборщиками трупов в соседний город, где свирепствовала эпидемия холеры, и провели ночь, помогая своим новым знакомым в работе.
К 19 годам молодой Бёртон, видимо от скуки, овладел тремя языками: французским, итальянским и латынью. К концу жизни он знал 29 человеческих языков, относившихся к разным языковым группам.
В 19 лет молодой Бёртон поступил в Оксфорд, однако менее чем через два годы был отчислен оттуда по совокупности причин: вызов на дуэль однокурсника за насмешку над своими роскошными усами, абсолютное отсутствие интереса к Священному Писанию и пр. На охоте, в фехтовальных залах и в знаменитом оксфордском питомнике бультерьеров он проводил гораздо больше времени, нежели на лекциях.
Финальной точкой стало участие Бёртона в конном соревновании, что по неведомым причинам было запрещено студентам. В ответ на обвинения он в резкой форме раскритиковал образовательный процесс, за что был исключён из университета навсегда.
После чего, заявив родственникам, что "годен лишь на то, чтобы служить мишенью для пуль за шесть пенсов в день", Бёртон записался в войска Ост-Индской компании и убыл в Бомбей, где оперативно овладел хинди, гуджарати, персидским и арабским языками. Очевидцы сообщают, что он сделал это чтобы никто не мог смеяться над его роскошными усами на неизвестном языке.
Освоившись на новой территории Бёртон завёл в своём бунгало любовницу из туземок, а также стаю диких обезьян, надеясь со временем расшифровать и выучить их язык. Он даже составил нечто вроде словаря звуков, произносимых обезьянами. Сослуживцы Бёртона утверждали, что тот совершенно «отуземился» и прозвали его «белым негром».
Сослуживцы Бёртона не очень любили, он даже получил прозвище «беспокойный хрен» или «Хрен - головорез» (англ. Ruffian Dick), за свой буйный нрав и страсть к дуэлям. Утверждали, что ни один другой человек той эпохи не скрестил шпаги с таким количеством противников, как Бёртон. Британские офицеры в Индии часто устраивали петушиные бои и другие дикости. Бёртон с большим азартом принимал участие в подобных развлечениях и держал своего бойцового петуха по кличке Холостяк. Когда тот погиб в схватке, Бёртон устроил настоящие похороны с фанфарами.
Похоронив петуха и разогнав обезьян Бёртон понял что ничего нового в Индии он уже не увидит. Однако он выяснил что никто из его современников-европейцев не имеет права носить зелёный тюрбан (мусульманский канон). Тогда он рассказал Королевскому географическому обществу, что сможет обмануть мусульман и совершить Хадж (паломничество в Мекку, и, в его случае, в Медину), куда белых особенно не пускали. Именно это путешествие, предпринятое в 1853 году, и сделало Бёртона знаменитым. Чтобы быть похожим на мусульманина, он постоянно изменял свою внешность и даже оскопился. Паломничество позволило ему получить титул хаджи и носить таки зелёный тюрбан.
В марте 1854 года Бёртон был переведён в политический отдел Ост-Индской компании. Ост-Индской компании в тот момент не давало покоя пророчество, согласно которому крупный мусульманский центр, ныне эфиопский город Харэр падёт, если в него проникнет хоть один христианин. Бёртон как нельзя лучше подходил для этой миссии. Преодолев 400 километровый маршрут на враждебной территории, Бёртон достиг Харэра, где не только провёл десять дней, но и был представлен эмиру.
Спустя 20 лет Харэр захватили египтяне. Последний харэрский эмир был взят в плен и в 1876 году казнен.
В ходе следующей экспедиции - в Сомали ему не очень повезло - половина отряда оказалась перебита, а сам он смог спастить бегством с туземным дротиком, застрявшем в щеке. Поэтому уже в 1855 году, он посыпавши голову пеплом вынужден был вернуться в ряды вооруженных сил и отправился проходить службу в Крым в надежде принять участие в боевых действиях Крымской войны. Он был определён в штаб турецкого иррегулярного корпуса башибузуков. Неизвестно что он делал с турками, однако менее чем через год произошёл «мятежа», в ходе которого башибузуки отказались подчиняться приказам и корпус был расформирован.
После этого Бёртон отправился на поиски истоков реки Нил, поработал немного на правительство в должности консула в Дамаске, посетил Исландию и Бразилию.
По окончании странствий Бёртон издал массу произведений лично им переведённых впервые на европейские языки: Камасутра из Ватсьяяны (известная как «Камасутра», 1883), Книга тысячи и одной ночи (1885), Сад ароматов Шейха Нефзави (1886) и Дополнения к Тысячи и одной ночи (16 томов, 1886—1898).
В связи с тем, что в пуританской Великобритании Камасутра была воспринята как порнографический журнал, и запрещена к массовой печати, Бёртон создал целое Общество Камасутры, чтобы распространять книгу среди участников общества. Книги печатались Обществом Камасутры строго по предварительной подписке. А общество тем самым безмерно ширилось. Не PornHub, конечно, но всё же.
После его смерти, супруга сожгла многие работы мужа, в том числе журналы и новый перевод "Сада ароматов", содержавшего главу, посвященную мужеложству.
Отправился в следующее воплощение по колесу Сансары в 1590 году (в 69 лет) в Триесте.