Часть 3
Он сидел на сухой траве и смотрел на север. Тяжелые тучи медленно ползли по небу в земли Айриады. Упала первая снежинка. Вторая. Третья. Лун услышал серебристый смех. Хрустальные башмачки прозвенели по снежной лестнице. И остановились, когда Нея встретилась взглядом с Луном.
— Ты… - выдохнула она, схватившись за грудь. Она боялась еще раз услышать страшный стук своего ледяного сердца.
— Я ждал тебя, - Лун смотрел на Нею и не мог оторвать взгляд, каждую секунду благословляя девочку, подарившую ему глаза.
— Зачем? Сейчас мое время. Твои поля в безопасности.
— Я хотел услышать твой смех.
— Уходи. Твои сородичи давно спят в недрах земли.
— Я тебя дождался, - упрямо ответил Лун. - И не уйду.
— Тогда ты замерзнешь.
— Пусть. Я хочу услышать твой смех.
— И тогда ты уйдешь?
— Да.
Нея через силу улыбнулась. Но рассмеяться не смогла. Ей не было ни легко, ни смешно. Этот уродливый дух что-то сделал с нею. Еще тогда, в первый раз. Все это время Нея гнала мысли о нем. Боялась дотронуться до обжигающе горячих рук Луна, боялась услышать звук собственного сердца, но теперь… Теперь ей не хотелось, чтобы он уходил. А его глаза… такие умные и такие добрые смотрели на нее с ожиданием чуда.
— Согрей меня, - шепнули холодные губы, и две белоснежные ладошки потянулись к Луну, укрываясь в его широких горячих руках.
_________________
Этот мир доселе никогда не видел такого плотного тумана. Люди не могли и подумать о том, чтобы выйти из дома. Сквозь белое марево не было видно даже собственную руку. Отойти от двери означало бесследно пропасть.
_________________
Иней застыл на черных локонах Луна. Руки его стали почти белыми, прежде чем кожа Неи слегка порозовела. Это было время духов стужи, и огонь Гайи в теле Луна был почти бессилен. Но вот тревожным набатом раздался удар сердца. Один, второй, третий. На побледневших губах хранителя пшеничных полей появилась слабая улыбка.
— Я же говорил, что сердце есть у всех, - сказал он тихо.
— Ты совсем замерз, - отозвалась Нея. - Уходи.
— Я не услышал, как ты смеешься.
— Мне не смешно. Уходи же!
— Нет, - покачал головой Лун. - Я хочу запомнить твой смех на целый год.
Серебристые колокольчики смеха зазвучали в морозном воздухе. Нея смеялась, а по щекам катились слезы. Они касались ледяной кожи, замерзали и падали вниз кристалликами льда. Духи стужи не плачут и не ведают горя. Их застывшие сердца не бьются.
____________________
Старики говорят, никогда ранее не было такой мягкой зимы как в тот год. Снег теплым покрывалом укутывал поля, защищая их от мороза. Дети без страха лепили снеговиков и катались на санках. Духи стужи обходили деревню стороной. И лишь однажды маленькая девочка увидела ледяную красавицу в заснеженном поле. Голубые глаза дочери вьюги встретились с зелеными глазами застывшего от испуга ребенка. Над полем разнесся хрустальный смех, но красавица осталась стоять на своем месте, и лишь чуть позже девочка услышала: “Спасибо!”. Помахав рукой, дочь вьюги исчезла из вида. Тогда-то подруга Луна и поняла, кого так упорно ждал дух пшеничных полей. Поняла, но никому не сказала.
_____________________
Снова они встретились лишь в самом начале весны. С первой капелью Лун покинул убежище в земле и вышел на поверхность. Нея уже ждала его.
— Мне пора уходить, - сказала она, глядя ввысь на голубое весеннее небо.
— Мне пора возвращаться, - эхом отозвался Лун.
— Зима была мягкая. Поля хорошо выспались, - улыбнулась Нея. - Урожай будет хороший.
— Спасибо.
— Я вернусь с первым снегом, - пообещала Нея.
— Я буду ждать первого снега, - пообещал ей Лун.
— Ты… согреешь меня? - попросила дочь вьюги.
Вместо ответа хранитель пшеничных полей взял ее руки в свои. В этот раз ладони Неи быстро порозовели, а Лун почти не замерз. Наступало его время. Холодное сердце уютно билось в груди дочери вьюги. Осмелев, Лун склонил голову и коснулся своими губами губ Неи. Ледяное дыхание морозным огнем опалило грудь хранителя пшеничных полей. Лютый холод до конца выжег пламя Гайи в его сердце. Лун упал на землю. Его горячее сердце больше не билось.
Вскрикнув в ужасе, Нея бросилась к нему. Хранитель пшеничных полей был мертв.
Продолжение следует...
