Часть 2
С удивлением смотрела дочь вьюги на свою нежную кожу. Та утратила ослепительную белизну и начала розоветь, будто впитывая в себя летнее тепло. Зато темные руки стража пшеничных полей покрылись инеем и побелели. Но он не разжимал ладони, щедро делясь жаром Гайи. Нея не выдержала первой. Случилось что-то странное и страшное - в груди раздался стук, будто там поселилось живое существо. Впервые она испугалась. Вырвав свои ладони из рук Луна, Нея отбежала от него на несколько шагов. Теперь этот дух не казался ей забавным. Он был опасен. Очень опасен.
— Куда ты ушла? - раздался низкий хриплый голос Луна. Уродливый слепец смотрел прямо на Нею, но увидеть, конечно же, не мог. - Я не успел тебя согреть.
— Я дух стужи, ты не сможешь меня согреть.
Слова эти повисли в морозном воздухе, рассыпались на миллионы крошечных ледяных искр.
— Я знаю, - ответил Лун. Его уродливое лицо не дрогнуло. - Но я слышал стук твоего сердца.
— У меня нет сердца, - почти крикнула испуганная Нея.
— Оно есть у всех. Даже у детей стужи. Дай мне руку, я помогу тебе его отогреть...
Ответа он так и не дождался. Только лестница из снежинок зазвенела под быстрыми ударами хрустальных туфелек.
____________
К утру духи стужи ушли из земель Айриады. Вернулось лето. Люди вышли из домов и увидели нетронутые пшеничные поля среди занесенных снегом дорог и обочин. Обрадованные, они принесли щедрые дары богам. Не обошли и Луна. Деревенский умелец изваял идола, которого утвердили на капище, приравняв к богам духа, сотворившего чудо.
Слепое некрасивое лицо Луна теперь было обращено к людям, приносящим ему жертвы.
— Дед, а почему он такой некрасивый? - беззастенчиво спросила маленькая девочка, дернув за руку старика, с которым была на капище. - Почему он слепой?
— А зачем ему глаза? - пожал плечами ее сопровождающий.
— Чтобы он мог видеть, конечно, - ответила девочка.
— Лун живет под землей, средь кореньев. На что ж ему смотреть?
— А разве он никогда не выходит на поверхность?
— Не нужна ему поверхность. Пусть хранит коренья. А будут глаза, как знать, не уйдет ли прочь, - проворчал прагматичный старик.
Девочка нахмурилась, услышав его ответ.
— Но разве не Лун спас нас всех? Разве не он защитил наши посевы? Почему мы не можем его отблагодарить, подарив хотя бы глаза? - спросила она, упрямо поджав губы.
— Незачем ему глаза, - снова повторил старик. - И полно тебе глупости выдумывать.
__________________
Бежали дни. Поспевала пшеница. Лун оберегал посевы. Но никак не мог забыть хрустальный смех Неи. Он слышал его в журчании подземных ручьев, в щебете птиц, в каплях дождя. Наступила осень. Был собран богатый урожай. И вновь люди принесли жертвы Луну. От их даров пламя Гайи в его сердце окрепло, усилилось.
Перелетные птицы собирались в стаи, улетая в край вечного лета. Лун слушал их прощальные крики. Прочие духи земли уже давно грелись у огня Гайи, но дух пшеничных полей все еще оставался здесь, у самой поверхности. Иногда он выходил наружу, напряженно вслушиваясь в шелест сухих листьев, скрип старых деревьев. Об одном лишь мечтал Лун - услышать хотя бы еще раз хрустальный смех Неи. И не так важно, будет ли она смеяться над его уродливой внешностью или же просто потому, что любит слышать звук своего голоса.
Люди начали топить печи. Непогода не выпускала их из домов. Но однажды ночью на окраине деревни скрипнула дверь. Под хлесткие плети дождя вышла маленькая девочка. В руках она сжимала уголек. Девочка быстро, почти бегом, поспешила к капищу, где суровыми стражами стояли темные от воды деревянные идолы. Лицо Луна находилось очень высоко, куда там дотянуться? Но девочка была настойчива. Цепляясь за выступы на идоле, она залезла на самый верх и, чуть не падая, нарисовала на лице Луна два черных глаза. Спускаясь вниз, она поскользнулась, но не шлепнулась в лужу - ее подхватила чья-то сильная рука и бережно опустила на землю. Подняв голову, девочка отшатнулась в ужасе. Перед нею стоял сам Лун. Все такой же уродливый, но больше не слепой. Два черных глаза смотрели на девочку с добротой и теплом.
— Спасибо, - промолвил дух.
— Ой, - только и смогла ответить девочка.
— Я провожу тебя, - сказал Лун и медленно зашагал в сторону деревни.
— Мне дедушка сказал, что ты живешь только под землей, а на поверхность не выходишь.
— Не выхожу, - тихо отозвался Лун, подхватывая девочку, которая опять поскользнулась в луже.
— А почему же ты здесь?
— Жду.
— Кого?
— Не знаю, - ответил Лун. - Я не спросил, как ее зовут.
— А зачем же ты ее ждешь, если даже имени не знаешь?
— Потому что не могу иначе.
— Я и не знала, что духи умеют любить, - совсем по-взрослому вздохнула девочка.
— Любить?
— Да. Ты ведь, кажется, любишь ту, которую ждешь. Я видела, мой брат вот точно так же за Нисими ходил. Встречал ее как будто случайно у колодца и на дороге. А потом они поженились. Ну все, мне пора, - сказала девочка, когда они подошли к границе деревни. - Ты только не замерзни. Скоро зима наступит, - сказала она на прощание.
Продолжение следует.
