Сегодня совсем не было ощущения праздника. То есть, я 9 мая никогда и не воспринимал как праздник, а как День Памяти и Скорби, - но это только я. А так, конечно, это совсем не такой же день, как другие. А сегодня был - день как день. Вполне обычный.
И только вечером я, наконец, почувствовал, что да - всё-таки это праздник. Пошли мы гулять, как всегда, на наше старое заброшенное кладбище, что напротив нашего дома. Убирать там некому, и убираю эту территорию я. По собственной инициативе, разумеется. Просто не люблю гулять на мусорной свалке.
Так вот, сегодня я почти полчаса потратил на уборку мусора. Лео уже успел поохотиться на птичку-невеличку (правда, сама предполагаемая жертва, кажется, не заметила этого), найти недоеденный чебурек и с аппетитом его схрумкать, раза три оббежать всю территорию, отгрызть несколько веток на кустах, - а я всё убирал. Даже слегка вспотел.
Обычная картина: кучи пластиковых посудин разного калибра, пакетов, жестяных банок из-под пива, бутылок.
И я вспомнил, что в русском языке слово "праздник" образовано от слова "праздный". То есть, суть русского праздника - ничегонеделанье, расслабуха. Расслабиться, оторваться - вот что значит "праздновать" по-русски.
Поэтому горы мусора - это душа, стержень русского праздника.
У нас празднуется День Города: происходит сие действо на набережной - она у нас симпатичная, даже красивая. А мы с Лео и Щеной там по утрам, рано, гуляем. Так вот, после Дня Города убирают на следующий день, начиная часов с 9-ти, а мы гуляем с 6-ти до 7-ми утра - и это единственный день, когда мы туда не ходим. Там невозможно пройти из-за завалов мусора.
На фото ниже вы можете полюбоваться, как выглядит Дворцовая площадь в Петербурге после знаменитого фестиваля "Алые паруса". Уверен, если бы Ассоль знала, к чему приведёт её брак с Артуром Греем, - никогда бы за него не вышла, скорее, повесилась бы.
Но она не знала.
Так что, всё-таки сегодня был праздник. Настоящий.
А когда я убрал весь мусор и вытер пот со лба, то увидел, что, оказывается, сегодня красивейший закат. Небо обложено низкими, быстро летящими облаками, но на западе, где заходило солнце, образовался просвет и низкие лучи освещали облака снизу - они стали лимонными, апельсиновыми и розовыми - и эти пятна света скользили, беспрестанно меняя очертания, то увеличиваясь в размерах, то сжимаясь.
Так что, на небе тоже был праздник.
А я давно привык, что он только там и бывает.