Иногда мне кажется, что у некоторых людей есть особые гены - гены победителей и созидателей. Накануне Дня Победы мы говорили с Почетным строителем России Таисией Князевой о её отце, брате и о войне.
Включи телевизор, открой Телеграм, разверни газету - тревожные новости заполнят окружающее тебя пространство. И любая - хоть и не хочется в это верить - каким-то краем обязательно касается каждого из нас. Сколько человек уже умерли от эпидемии в мире? А в Москве? А как с этим делом у нас в Липецке? А если эпидемия стихнет, она может потом вернуться? А что будет теперь с экономикой нашей страны и с нашими зарплатами?..
Похоже, мир снова испугался по-настоящему. Похоже, нам всем снова нужно собраться с духом и с силами, не паниковать и постараться защитить себя, своих близких, да и страну, как бы пафосно это не звучало. Поскольку она снова оказалась не готова к нагрянувшей беде. Такое уже было.
Ужас, который не забыть никогда
- Мне было семь лет. Помню, как в летний погожий денёк колхоз расставался с мирной жизнью - громко и страшно. Кричали неистово, просто выли в полный голос женщины, провожая на фронт своих мужей и сыновей. Тут же ревели животные, которых загоняли в кузова грузовиков по специальным сходням. Овец, коров, свиней, лошадей увозили в неизвестном направлении. Наш колхоз «Прогресс» считался зажиточным, и когда объявили войну, он должен был сдать всю скотину для нужд Красной армии. Никто толком ничего не понимал - кроме того, что кончилась одна жизнь и началась другая. Как потом оказалось, невероятно тяжёлая, - вспоминает свои детские годы Таисия Трофимовна Князева.
- И отец бы ушёл на войну, если бы не был инвалидом с детства. Поэтому его оставили председательствовать. Он и раньше пропадал на работе, а теперь и вовсе домой стал приходить к ночи. Усталый, осунувшийся. Ужинал, и всё, что произошло за день, рассказывал маме. А я не спала, я его специально дожидалась, всё слышала, и потому была в курсе многих колхозных дел.
Отец
Трофима Ермиловича Бугро земляки уважали не зря — он был свой по духу и по сути. Родился 20 октября 1901 года в деревне Новопетровка ныне Добринского района Липецкой области в многодетной семье (девять детей), с детства работал от зари до зари. В 1928 году вся их семья вступила в коммуну, организованную в деревне Поповка. Объединились 12 семей, а молодого Трофима избрали бригадиром полеводов. В 1935 году общим собранием колхозников Трофима Ермиловича избирают председателем колхоза «Прогресс» Добринского района, который он и возглавлял до выхода на пенсию в 1959 году.
Доверие колхозников председатель оправдывал в полной мере. На полях «Прогресса» выращивались зерновые и технические культуры, успешно развивалось животноводство. Председатель немалые средства вкладывал в культуру, заботился о быте колхозников. На протяжении ряда лет колхоз участвовал во Всесоюзной сельскохозяйственной выставке, в 1939 году удостоился Золотой медали ВДНХ. В тяжелейший послевоенный 47-й год в колхозе «Прогресс» собрали 609 центнеров сахарной свеклы с каждого гектара на участке площадью 17,2 гектара. За эти выдающиеся трудовые успехи руководитель коллектива был удостоен звания Героя Социалистического Труда.
- Нас в семье было пятеро детей. Самый старший - Иван, 1925 года рождения. После него через два года родилась моя сестра Мария, в 1933 году появилась на свет я, через шесть лет Светлана. Самый младший — Эдуард, он родился в 1942 году. Мама, Мария Семёновна, 1913 года рождения, прожила 88 лет, - перечисляет без запинки свою родню Таисия Трофимовна и, улыбаясь воспоминаниям, добавляет, - мама была очень добрая, а отец строгий, но справедливый. Двери в нашем доме никогда не запирались. К отцу народ ходил день и ночь. Дом был небольшой, на два хозяина. Три комнаты и кухня. А ещё подворье - гуси, куры, овцы, свиньи, корова. Без этого трудно в деревне прожить. Ухаживали за скотиной все. Но только мама провожала корову в стадо, а назад корова-кормилица сама возвращалась. Как-то не доглядели, она ушла в зеленя, там объелась травы. Пришлось её зарезать. Маленькая такая, чёрная, молока давала много и всегда приносила по два телёночка. В общем-то тоже членом семьи была, - тихим голосом рассказывает Таисия Трофимовна, и взгляд её обращён в себя.
А может - в то далёкое время, тяжёлое, иногда страшное, иногда светлое. Но навсегда незабываемое и родное. Потому что детство.
- Жаль, затерялась где-то фотография довоенная — мы всей семьёй сидим вокруг патефона и слушаем пластинки. Отец улыбается, мама, Ваня ещё живой. Это корреспонденты из газеты приезжали в «Прогресс», и нас сфотографировали. Конечно же, они приезжали к папе, колхоз наш знатный был, каждый год с 1938 года участвовал во всесоюзных выставках на ВДНХ, медали завоёвывал — одну большую золотую за урожай зерновых и продуктивное животноводство, а ещё были две больших серебряных медали и малая серебряная. Та фотография с патефоном как светлый привет из безоблачного моего детства, потому что дальше была война, - Таисия Трофимовна припечатывает рукой к столу одну стопку пожелтевших фото и бережно достаёт всего одну фотографию и ксерокопию какого-то документа.
Вкус войны
- Вы знаете, что такое жмых? - почему-то чуть смущённо спрашивает Таисия Трофимовна. - Ну да, это продукт, получаемый после отжима на прессе семян масличных культур при изготовлении растительного масла. Отличный корм для сельскохозяйственных животных. Так вот, в войну отец иногда приносил плитки этого жмыха домой. Мы их раскалывали на кусочки, складывали в сумки, где уже лежали учебники с тетрадками, и несли в школу. Школа была в Добринке, в полутора километрах от «Прогресса». Приносили и раздавали всем ученикам по кусочку. Сидим на уроке, сосём и сопим от наслаждения — разгрызть его нельзя было - очень жёсткий. Учителя поначалу удивлялись: «Что это вы там все сосёте?»
Таисия Трофимовна вспоминает о том, как терпели голод, как ели лебеду, суп из крапивы, лакомились жмыхом, так ярко и с таким подробностями, словно это было вчера:
- Ну вот, остались в колхозе только женщины, дети и инвалиды. Мать ходила на полевые работы для взрослых, а я трудилась в бригаде овощеводов. Мы, дети, делали то, что полегче - целыми днями пололи сорняки, сажали огурцы, помидоры, выращивали арбузы, кормовую свёклу для скота. Работали за трудодни, так называемые палочки, а выживали благодаря огородам. В среднем на каждую семью приходилось сорок соток. Сажали всё — и бахчевые, и огурцы, и помидоры, и тыквы… Но главный овощ — картошка. Праздник был, когда мама картофель сварит и сверху жареную капусту на сковороду выложит, плюс каждому по кусочку хлеба. Хлеб пекли сами - собирали в поле колоски, оставшиеся на земле после жатвы, мололи из зерна муку и пекли хлеб. А ещё сушили из него сухари и отправляли их на фронт. Взрослые женщины пряли шерсть на прялках, а мы, девочки, вязали варежки и тоже отправляли на фронт. Писали письма бойцам. А ещё писали письма под диктовку тех, кто в деревне не знал грамоту. Таких было много. И читали им письма, приходящие с фронта. А как мы ждали писем с фронта от Вани!
Брат
- Ваня закончил 10 классов и в декабре 1943 года ушёл на фронт. Пришли повестки ему и ещё двум парням из нашего колхоза. Декабрь, холодно, собирали ребят всем «Прогрессом» - фуфайки, валенки, шапки-ушанки, хлеба напекли каждому по мешку, да сухарей дали, да яйца сварили. Как и у всех парней, у Вани была девушка, невеста. Он посылал письма с фронта — ей чаще, нам реже. Писал, что очень некогда, что бои идут непрерывно, что они постоянно наступают. А мы слали ему посылки каждый месяц, иногда он их получал, иногда они не доходили. Ну и что, всё равно нашим солдатам доставались. Тут Ваня ещё рядовой, - поглаживая фотографию натруженной морщинистой ладонью, говорит Таисия Трофимовна, - а вообще-то он на фронте до старшего сержанта дослужился.
Никогда не забудет Таисия Трофимовна и День победы:
- Наконец закончилась война, пережили её, слава Богу. Как это было? Идём из школы, а народ повыбегал на улицу, кто смеётся, кто плачет, шапки вверх бросают, обнимаются: «Война кончилась! Вона кончилась!» Радость невозможная. А через 10 дней приходит почтальон и подаёт отцу конверт. В конверте несколько фотографий - Вани, его девушки, ещё какие-то фото с фронтовыми друзьями. И бланк. Отец разворачивает, начинает читать: «Ваш сын погиб 28 апреля 1945 года...» Так все эти фотокарточки на землю и посыпались. А эта ксерокопия - всё, что спустя годы удалось узнать о Ване. Нам её из военного архива прислали...
- Теперь главная мечта моей жизни — побывать на могиле брата, - говорит Таисия Трофимовна. - На встрече руководителя администрации нашей области Игоря Георгиевича Артамонова с ветеранами войны в честь 75-летия Победы я рассказала о себе, о брате и о своей мечте. Надеюсь, губернатор поможет мне воплотить в жизнь эту надежду. Да, теперь многое зависит уже не только от него. Но ведь мы одолели «коричневую чуму» - так называли фашизм во время войны, победим и напасть под названием «коронавирус», вставшую на пути человечества к главной его цели — жить спокойно и счастливо. Нам не привыкать.
Сегодня телевизионные экраны, Интернет, стоит только обратить к ним взор, вполне можно сравнить со сводками с фронтов той далёкой, но незабываемой Великой Отечественной — карты, стрелки, диаграммы, цифры — количество погибших, площади освобождённых территорий, противоречивые распоряжения и заявления властей. Кто-то мечется в панике, кто-то, мобилизуя волю и разум, делает всё зависящее от него, чтобы зараза остановилась, кто-то в растерянности: «Такого ещё никогда не было, боже мой, как жить дальше?»
Увы, было такое. И не раз. Ну а дальше следует жить так, как жила и живёт эта маленькая тихая улыбчивая женщина. И всё образуется.
Ставьте лайк, делитесь с друзьями в соцсетях!
Подписывайтесь на наш канал "Пространство для жизни"